Исповедь смертного греха 2 - Макс Вальтер

Зал затих. Даже те, кто тягал железо в углу, остановились и уставились на нас.

Карина поднялась. Не раненая, но ошеломлённая. Её дыхание сбилось. Я даже не припомню, чтобы хоть раз видел такое. Она смотрела на меня, и в её глазах читалось непонимание, смешанное с чем-то похожим на страх и одновременно уважение.

— Да что ты такое? — тихо спросила она.

Я моргнул — и сетка исчезла. Траектории, стрелки, цифры, — пропало всё, оставив лишь обычную картинку: запыхавшуюся Карину, стоящую посреди зала, и её протянутую руку.

— Сказал же, — ответил я, пожимая её ладонь, — теперь я — Грех.

Она посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом. Потом криво ухмыльнулась и вдруг чмокнула меня в щёку.

— Принято, Грех. Будем считать, что ты наверстал.

А я стоял и хлопал глазами, не в силах выдавить и звука. Простой невинный чмок в щёку мгновенно отправил меня в нокаут. Да уж, какой-то хреновый из меня Грех, если я краснею от подобного.

Глава 4

Хотелось бы понять

— Горячев, что случилось? — Ко мне подошёл майор. — Что с твоими результатами?

— Не знаю, тащ майор. — Я развёл руками, предварительно разрядив и положив пистолет на стойку.

— Как себя чувствуешь? — Он с сомнением посмотрел на меня.

— Да нормально. — Я пожал плечами. — Ничего необычного.

— Вчера на занятиях ты выбил десятку тридцать раз подряд, — с ухмылкой произнёс Михеев. — А сегодня едва три пули смог в неё положить. Значит, ничего необычного?

— Виноват! — Я вытянулся.

— Да при чём здесь… Ясно, Горячев, вольно, — отмахнулся майор и пошёл дальше вдоль рубежа. — Замотаев, отличный результат.

— Спасибо! — гаркнул Санёк.

Я крепко задумался о том, что происходит. Вроде всё делаю как обычно, но отчего-то наниты сегодня не желают меня слушаться. С момента выписки прошло уже две недели, и мои друзья знатно шагнули вперёд, а я… В общем, всё как-то странно. Я не то чтобы топчусь на месте, скорее, добиваюсь результатов с переменным успехом.

После нашей товарищеской схватки с Кариной, в тот же вечер на тренировке я потерпел крах. Но на следующий день в схватке с виртуальным противником показал такой мастер-класс, что у тренера челюсть отвисла.

То же самое произошло в стрельбе. Вчера, когда я встал на рубеж, перед глазами появилось перекрестие прицела, точно такое, как в компьютерных играх. И, как выразился майор Михеев, мне удалось показать максимально возможный результат. Я натурально положил все тридцать пуль в одно отверстие, которое сделал первым попаданием. А сегодня руки меня просто не слушались, что бы я ни делал.

Перед глазами висела эта чёртова строка кода, и я понятия не имел, что означает всё это дерьмо.

Немного подумав, я всё же принял решение, рассказать обо всём Дашке. Уж кто, как не она, поможет разобраться и сохранит всё в тайне.

Кстати, об этом. Секреты на «Монолите» — дело скорее условное, особенно если их озвучить. Камеры здесь натыканы повсюду, и даже в туалете. А перед официальным поступлением мы все дали согласие на съёмку и запись. К этому вроде как и не принуждали, но вопрос стоял просто и понятно: не нравится — можешь быть свободен.

Желающих покинуть академию не нашлось. Да для того, чтобы тебя сюда просто зачислили, нужно пройти семь кругов ада. И речь сейчас только о регулярных отрядах ШОК. Такие места, как наши, вообще находились где-то на уровне горизонта событий чёрной дыры. В том смысле, что для большинства попасть в спецотряд не представлялось возможным.

Впрочем, у нас оставалась крохотная лазейка, которой мы время от времени пользовались. Наша личная mash-сеть на низкочастотном уровне сигнала. Ей я и решил воспользоваться, чтобы написать Дашке сообщение.

«Привет. Мне нужна твоя помощь», — набрал я и отправил подруге.

«Что случилось?» — почти сразу ответила она.

«Мои наниты, — попытался объяснить я. — Я не понимаю, что с ними не так. Они включаются когда хотят, словно живут сами по себе».

«Так, может, с этим вопросом тебе к Михаилу Сергеевичу лучше обратиться?»

«Если бы было всё так просто. При загрузке произошёл какой-то сбой, и учёные потеряли связь с нанитами. Для них они теперь недоступны».

«Блин, Кость, ты серьёзно? А я-то чем могу тебе помочь?».

«Я постоянно вижу какой-то программный код, но не понимаю, что с ним делать».

«Любопытно. Можешь прислать?» — тут же заинтересовалась подруга.

Я скопировал строчку, которая висела на визоре с самого утра, и отправил её Дашке. Подруга замолчала, и тишина продлилась примерно минут двадцать. Во входящем сообщении я обнаружил ещё какой-то кусок кода и приписку с инструкциями: «Скопируй его и вставь». Что я и проделал. А когда выполнил, голова едва не взорвалась от боли. В глазах моментально потемнело и зарябило от количества строк и цифр, которые понеслись сплошным потоком. Это продлилось недолго, и как только закончилось, я был готов выпрыгнуть из постели и порвать любого, кто попадётся на пути. Настолько меня переполняла энергия. Пришлось приложить немало усилий, чтобы остаться на месте.

«Что ты сделала?», — спросил я.

«А что случилось?» — вопросом на вопрос ответила Дашка.

Я как мог описал ей свои ощущения, не забыл и о куче непонятных строк рассказать. И подруга снова замолчала. Пауза продлилась примерно столько же, а в ответном сообщении я снова обнаружил какой-то код. На этот раз я немного подумал, прежде чем вставить его в тускло мигающую строчку на визоре. Но любопытство победило. Дашка явно что-то нащупала, а ей я доверял даже больше, чем себе.

Глубоко вздохнув, я вставил часть кода и… На этот раз голова не болела. Напротив, тело как-то расслабилось, излишки энергии улетучились, зато перед взором возникло долгожданное перекрестие прицела.

«Так, может, наконец объяснишь, что происходит?» — снова спросил я и получил тот же ответ, что и в прошлый раз.

«Какая была реакция?»

Пришлось снова рассказывать о бегущих строчках, о смене ощущений и появлении перекрестия прицела.

«Я всё поняла», — ответила подруга и опять замолчала.

«Даш, может, теперь объяснишь мне, что ты там поняла?»

«Твои наниты каждый раз требуют от тебя команды. Иногда они понимают потребности твоего тела в автоматическом режиме, например, в стрессовой ситуации. Но чаще всего им нужна конкретная команда».

«Так и что с