Исповедь смертного греха 2 - Макс Вальтер

— Закроем добычу. Лития полно и на других планетах. А они без нас просто сдохнут. Кстати… ты узнал, кто поставлял им оружие?

— Мы работаем над этим.

— У тебя неделя, Измайлов. Я хочу, чтобы эти ублюдки стояли здесь, передо мной, на коленях. Всё, свободен.

Директор по безопасности кивнул, развернулся в одно движение и покинул кабинет начальства. Выйдя за дверь, он привалился спиной к стене и с силой провёл ладонями по лицу.

— Всё в порядке, Аркадий Валерьевич? — поинтересовалась красивая секретарша.

— Да, Светик, всё хорошо.

— Орал? — с участием спросила она.

— Угу, — кивнул Измайлов и отпустил бородатую шутку: — И анал тоже.

— Ха-ха-ха! — брызнула от смеха Светлана, вежливо прикрывая ротик ладошкой.

Глава 6

Укрощение строптивых

— В общем, смотри, — произнесла Дашка, предварительно скинув мне какой-то файл. — Я тут приложение написала, должно упростить тебе работу с нанитами.

— Уже ставлю, — кивнул я, следя за тем, как двигается индикатор установки. — Что это?

— Ну, обычный интерфейс. Сейчас сам всё увидишь. После установки на визоре внизу слева появится силуэт человека.

— Вижу.

— Зафиксируй на нём взгляд.

— Есть.

— Что видишь?

— Ничего, — пожал плечами я, — какая-то таблица… Стоп… кажется, понял.

— Я собрала несколько управляющих скриптов и объединила их под кнопки. Но это лишь малая часть того, на что способны наниты. Как только разберёмся с остальным, я буду добавлять функционал по мере изучения. Пока у тебя три основных параметра: боевой режим, ночное зрение и стрельба. Каждый из параметров можно настраивать, видишь?

— Нет.

— Посмотри внимательнее, рядом с кнопкой есть три точки. Зафиксируй их.

— Ага, есть.

— Видишь, там ещё внизу, под всеми кнопками, галочка: «Турборежим».

— Вижу.

— Это активирует все параметры на максимум. Так что не советую её нажимать.

— Тогда зачем она?

— На крайний случай, — улыбнулась Дашка. — Я просто не знаю, какие будут последствия после её активации. Но уверена, что потом тебе будет очень плохо.

— Ладно, я понял. Но всё же хотелось бы испытать, чтобы понимать, чего ждать.

— Лучше сделать это под присмотром учёных.

— Ты знаешь моё мнение на этот счёт.

— Знаю, — вздохнула подруга. — Тогда просто пообещай, что не включишь его в одиночку. Сделай это хотя бы на тренировке, чтобы наставники успели отреагировать.

— Я подумаю.

— Блин, Грех! — Дашка, довольно болезненно ткнула меня кулаком в плечо, заметив мою ухмылку. — Я серьёзно, вообще-то!

— Да всё, всё, только не бей.

— Дурак, — нахмурилась она и стукнула ещё раз.

В тот же вечер, на тренировке я опробовал новый интерфейс. Боевой режим включился без запинок, и я наконец-то смог как следует накостылять Карине. Не сильно, конечно, в рамках учебного спарринга. Однако победа меня очень порадовала.

На следующий день, на стрельбах, я также без особого труда выбил лучший результат. Михеев похвалил меня как-то сухо. Он уже привык, что я периодически показываю отличную стрельбу, а на следующем занятии едва управляюсь с оружием. Посмотрим, что он скажет, когда я закреплю результат на следующих занятиях.

Всё шло в привычной рутине учёбы. Наша жизнь была настолько стабильной и предсказуемой, что я мог с точностью до минуты сказать, когда, кто и где из нас находится. Порой мы находили друг друга, даже не созваниваясь. Мишка всё больше времени проводил в ангаре. В их группе наконец-то начались занятия по подготовке к полётом. Нужно было видеть рожу друга, когда он рассказывал о тренировках на эмуляторе.

Санёк тоже сильно изменился за это время. Уроки по концентрации внимания сделали его просто невыносимым. Даже не знаю, есть ли в мире человек, способный утаить от него хоть что-то. Он читал нас, словно открытую книгу. А ещё научился очень ловко манипулировать беседой. Порой мне казалось, что таким образом он оттачивает на нас свои навыки.

С Дашкой всё и так было ясно. Программный код она читала, словно обычный текст. А усидчивость и трудолюбие быстро сделали из неё лучшую в группе. Даже я, при всех своих аномальных способностях, всё ещё не мог добраться до результатов, которые показывали Карина с Димоном.

В общем, жизнь шла своим чередом. Дни сменяли недели, недели складывались в месяцы. А мы становились быстрее, хитрее и сильнее. Пока в один прекрасный день не случился прорыв периметра.

Сигнал тревоги взвыл посреди ночи. Я спал, как, впрочем, и все. Проснулся от рёва сирены и того, что койка подо мной задрожала. Оказалось, это Димон, спавший внизу, уже вскочил и натягивал комбинезон. В коридоре зажглись аварийные полосы, и динамик под потолком разразился голосом дежурного:

— Боевая тревога! Всему личному составу третьего и четвёртого взводов прибыть в оружейную. Это не учебная тревога. Боевая тревога…

Далее голос пошёл на следующий круг, повторяя одно и то же.

Я никогда не слышал, чтобы дежурный говорил таким голосом. Обычно он звучал скучающе, словно у робота. Даже когда объявлялись учебные тревоги, это больше походило на бормотание зазубренного текста. Сейчас в нём слышалось настоящее напряжение, а значит, дело серьёзное.

Через десять минут мы уже стояли в оружейной, получая боекомплект. Михеев в полной боевой выкладке выдавал распоряжения, и его голос перекрывал гул взвода:

— Прорыв на северо-восточном участке. Твари прошли через дренажный коллектор. Автоматические турели сожгли половину, но остальные рассредоточились по территории. Ваша задача: зачистить сектор «С» и не дать им прорваться к жилым корпусам. Работаете пятёрками. Горячев, твоя группа — Ибрагимова, Замотаев, Литвинов, Пересветова. Держитесь вместе, слушайте старшего. Старшим назначаю Ибрагимову.

Карина кивнула, даже не взглянув на меня. Я не стал спорить. Она действительно лучшая в рукопашке и стрельбе, и сейчас не время для выяснения лидерских амбиций. Мы получили оружие: штатные автоматы, лёгкие, с подствольными фонарями и голографическими прицелами. Также нам выдали по четыре запасных магазина и отправили на поверхность.

Сектор «С» представлял собой складской комплекс на окраине базы. Низкие бетонные строения, контейнеры с оборудованием, узкие проходы между ними. Освещение только аварийное, тусклое. Видимо, командование заглушило атомный генератор, чтобы избежать катастрофы с последующим радиационным заражением в случае его разрушения. Тени метались по стенам, когда мы пробирались между контейнерами. Где-то впереди уже грохотали выстрелы, похоже, что другие группы вступили в бой.