Стоп-кадр - Брендон Сандерсон

— Нам лучше поговорить наедине, — сказал Дэвис нарко.

— Почему? — спросил тот.

— Ты не захочешь, чтобы то, что мы расскажем, получило огласку, — ответил Дэвис, заглядывая ему в глаза и стараясь излучать уверенность, которой не испытывал.

Нарко окинул его оценивающим взглядом. Позади них по улице с тихим гулом проехало такси. Наконец нарко кивнул и повел их дальше в переулок. Остальные члены банды остались на месте. Один, как бы предупреждая, направил на Дэвиса его же пистолет.

— Пепе ты перепугал что надо, — сказал нарко. — Он решил, что вы федералы. Ловко ты спрятал дозу стиффа в руке прямо у него перед носом. Скажи, почему бы мне просто не пристрелить тебя?

— Если мы федералы, то почему ты решил, что укокошить нас — хорошая идея? — заметил Чез.

Дэвис спокойно достал из кармана бумажник, открыл его и показал значок реальности.

Нарко, будто загипнотизированный, впился взглядом в значок. Его глаза расширились, как после дозы. Прошептав тихую молитву, он благоговейно коснулся пальцами значка.

— Ты… — Нарко сглотнул. — Ты сказал, что вы не копы.

— Этого я не говорил, — отозвался Дэвис, не убирая значок. — Я сказал, что мы готовы заплатить за информацию. О человеке, который арендует у вас определенное здание.

— Ты влип, приятель. — Чез достал сигарету и сунул ее в рот, но не зажег. Он пытался бросить курить. — Знаешь, кто этот парень, который тебе платит? Он убивает людей: проституток, детей. Находит тех, от кого не бывает проблем.

Нарко тихо выругался.

Дэвис показал телефон, выведя на экран все свои сбережения. Приличная сумма, большинство копов столько никогда не накопит. Но расходов у него было мало — разве что алименты на сына. Ночевал он в убежище на окраине города, которое предоставлял участок, поскольку так было меньше шансов наткнуться в стоп-кадре на самого себя.

— Расскажи нам о парне, который снимает здание, — сказал Дэвис. — Ты же знал, что с ним что-то не так. Облегчи совесть, и получишь всю сумму до последнего цента. Я плачу.

— Все ненастоящее, да? — Нарко провел ладонью по бритой голове и грубо выругался. — Все ненастоящее.

— Конечно, конечно, — подтвердил Дэвис. — Абсолютно ненастоящее. Но об этом знаешь только ты, приятель.

— Возьми деньги, — предложил Чез, прислоняясь плечом к стене. — Оторвись сегодня по полной. Этот стоп-кадр выключат вечером, и ты исчезнешь. Так почему бы не воспользоваться тем временем, что осталось?

Дэвис покачал телефоном. Взглянув на экран, нарко сполз по стене.

И заплакал.

Чез закатил глаза. Дэвис, взглянув на уличного бандита, ощутил, как сжалось сердце. Стоп-кадр был устроен так, что дубликаты, увидев значок, сразу понимали, что они не настоящие. Счетоводы снаружи это отрицали, но они здесь не жили — не видели, как мужчины вроде этого, закоренелые преступники, столкнувшись с неминуемой правдой о том, что весь их мир обречен, ломались и превращались в детей.

Дэвис опустился на землю рядом с парнем. Жестом попросил Чеза передать пачку сигарет и предложил одну нарко.

— Мама всегда говорила, что сигареты меня убьют, — сказал тот и засмеялся.

Дэвис понял, что ошибся с его возрастом. Нарко было не за тридцать, просто он выглядел старше по сравнению с остальными.

Нарко взял сигарету. Дэвис дал ему прикурить и прикурил сам.

— Порой я чувствую себя вестником смерти, — признался Дэвис. — Знаешь, являюсь невесть откуда и сообщаю людям, что через пару часов они умрут.

Нарко затянулся, выдохнул дым. Он сидел, прислонившись затылком к стене, и по щекам у него по-прежнему текли слезы.

— Как тебя зовут? — спросил Дэвис.

— Это имеет значение?

— Парень, я настоящий. Я запомню твое имя.

— Хорас, — ответил парень. — Меня зовут Хорас.

— Хорас. Денег, значит, не хочешь, Хорас?

Тот покачал головой.

— Они не заставят меня забыть, эсе^[2].

— Тогда иди домой. Обними маму. Но сначала сделай доброе дело. Расскажи о парне, что снимает у тебя то здание.

— Какое это имеет значение?

— Он убивает детей, — сказал Дэвис. — Конечно, твоя жизнь окончена. Мало приятного. Но черт, почему бы перед смертью не помочь нам остановить этого монстра?

Чез покачал головой, скрестив руки. Мальчишки у входа в переулок перешептывались, явно напуганные поведением нарко.

— Молодой, — пробормотал Хорас. — Наверное, моего возраста. Двадцать четыре-двадцать пять. Азиат. Спокойный такой. И жуткий. Мы не лезем в его дела — решили, что он кого-то убил и хочет отсидеться. Но мы и не думали… ну… — Он вздрогнул. — Он не вернется. Один из наших видел, как он убегал. Ваши люди побывали в его норе и спугнули его. Он свалил.

— Имя знаешь? — спросил Дэвис. — Хоть что-нибудь?

— Имени не знаю. — Хорас затянулся сигаретой. — Есть на чем написать?

Порывшись в кармане, Дэвис вытащил клочок бумаги. Бандит достал из кармана ручку и что-то написал — адрес.

— Хотел снять два здания, — тихо сказал он. — С большими ваннами или бассейнами, которые можно заполнить водой. Это второе. Бывшая школа. Если он соображает, то сбежит, и вы его никогда не увидите. Но такие, как он, в чем-то соображают хорошо, а в чем-то…

— Совсем тупые, — кивнул Дэвис. — Спасибо.

Хорас пожал плечами, снова затянувшись.

— Ты прав. Я знал, что с ним что-то не так. Береги себя, эсе. Он… ну, я думал, он просто чокнутый. Но он знает.

— Знает? — переспросил Дэвис, глянув на Чеза.

— Что это все не настоящее, — ответил Хорас. — Все время это твердил. Это стоп-кадр, мы в стоп-кадре. Говорил, нужно избавиться от отклонений. Предупреждал меня — не будь отклонением…

Дэвис похолодел.

— Короче, гони бабки. — Хорас протянул телефон.

— Ты же сказал, что не хочешь.

— Я не хочу. — Он махнул в начало переулка. — А вот парни от премии не откажутся. Пусть пошикуют пару часов. Только не говори им, идет?

— И не собирался. — Дэвис коснулся своим телефоном телефона Хораса и перевел ему сумму, которой бы хватило на хорошую тачку.

Хорас поднялся, затоптал сигарету и пошел к своим. У ног Дэвиса остался небольшой клуб дыма. Перед тем как приблизиться к мальчишкам, нарко зашагал увереннее, нарочито излучая непобедимость.

— Пушки верните! — крикнул им Дэвис, вдруг испугавшись, что мальчишки сбегут, прихватив оружие.

Они бросили пистолеты на землю и исчезли.