О нефрите и драконах - Эмбер Чэнь

– Нервничаешь? – спросил Е-ян, скривив губы. – Я сознаю, что, возможно, несколько поторопился, когда предложил тебе участие по моему мандату. Я просто хотел помочь, ведь лучшего кандидата у меня все равно не было. И мне показалось, что нельзя позволить пропасть твоему таланту. Но испытания в Гильдии – серьезный риск, особенно учитывая, что ты выступаешь под маской другого человека. Ты точно этого хочешь?

Он пристально смотрел на нее, и Инь потребовалась вся ее решимость, чтобы выдержать его взгляд и не отвести глаза. До сих пор ей в жизни не встречались люди с глазами цвета пасмурного неба, в которых изредка вспыхивали искры-молнии – опасные, но завораживающие.

Она кивнула, все же отводя взгляд.

– Я хочу вступить в Гильдию.

Она не просто хотела – ей это было необходимо. Она содрогнулась при воспоминании об иссеченном шрамами убийце и девятихвостой лисице, которая чуть не разорвала ее в клочья на острове Муцзы. Убийца ее отца и тот, кто за ним стоит, все еще где-то здесь. Возможно, в стенах Гильдии она будет в большей безопасности.

– Хорошо, – ответил Е-ян, сцепив руки в замок. – Не знаю, много ли тебе известно о Гильдии и вступительных испытаниях, но уверяю тебя – что бы ты ни слышала, они куда сложнее. Репутация Гильдии возникла не на пустом месте.

– Я справлюсь. Я не боюсь, – ответила Инь. – Отец научил меня всему, что знал сам.

Ее отец – лучший на свете, и он хорошо ее обучил. У нее не было причин сомневаться в собственном мастерстве.

Е-ян провел пальцем по ободку своей чашки.

– Не сомневаюсь, – сказал он, – но таланта и уверенности может быть недостаточно. У Гильдии есть свои недостатки, свои темные стороны, и накал соперничества порой толкает хороших людей на плохие поступки. Немного осторожности не помешает.

Инь почувствовала в его голосе искреннее беспокойство. Молодой бейл обладал скромным обаянием, которое она редко встречала в юношах. Парни из ее деревни были либо грубыми силачами, как ее брат Вэнь, либо самовлюбленными глупцами. Бейл напомнил ей отца, когда тот расчесывал длинные локоны матери, – она наблюдала эту картину в раннем детстве.

Она поскорее выкинула эту ассоциацию из головы.

– Испытание учеников состоит из трех этапов, – объяснял тем временем Е-ян, – разум, сердце и душа. В течение шести месяцев ты будешь брать уроки у наставников, изучая материалы, дизайн, строительство, историю и стратегию, и использовать полученные знания для прохождения трех испытаний, по одному в конце каждых двух месяцев. Кандидатов, не выполнивших требования на любом этапе, немедленно отсеивают.

– Сколько человек доходят до конца?

– Не более трех из ста человек на старте. В прошлом году Гильдия приняла только одного.

– Одного! – сдавленно пискнула Инь. Ее уверенность немного пошатнулась.

– Рано об этом беспокоиться, – сказал Е-ян и ободряюще улыбнулся. – Завтра, оказавшись на территории Гильдии, ты сможешь лучше разобраться, как обстоят дела и кто твои конкуренты. Поверь, они попытаются любым способом запугать тебя и захотят твоего поражения. Но, раз уж решилась на этот шаг, не сдавайся. – Он поднял последний белый камень, который все еще оставался на доске, – победную фишку – и принялся крутить ее в пальцах. – Ты сама сказала: возможность сопряжена с риском, и надо иметь мужество рискнуть.

На следующее утро повозка Четвертого бейла прокатилась под сводом огромной арки и въехала в обширный каменный двор, который вел к бесконечному лестничному маршу. На вершине лестницы виднелось внушительное сооружение, мрачный ансамбль в унылых серых тонах, больше напоминающий военную крепость, чем учебное заведение. Это и была столь почитаемая Гильдия инженеров, и стоило им пройти в ее ворота, как яркий, пестрый городской пейзаж Фэя остался в прошлом.

У подножия лестницы была установлена небольшая будка, где два писца проверяли бумаги у кандидатов всех мастей и размеров, выстроившихся в длинную очередь. Инь рассматривала соперников из-за занавесок повозки.

– Может, мне пора выйти? – спросила она, нервно поправляя одежду. Перед отъездом из дома бейла она несколько раз проверила свое отражение в зеркале, чтобы удостовериться, что сможет слиться с другими кандидатами: волосы были заплетены, как принято у мужчин, стройная фигура скрыта под слоями туго намотанной ткани, но все равно у нее сосало под ложечкой.

– Лэгуй все уладит, – ответил Е-ян, вращая на указательном пальце нефритовое кольцо. – А пока подожди здесь.

Инь не знала, чего они дожидаются, но послушно сидела в повозке и видела, как Лэгуй без очереди подошел к писцам. Они было проявили неудовольствие, но хмурые взгляды сменились льстивыми улыбками, как только Лэгуй показал им белый нефритовый кулон: видимо, его приняли за члена семьи Четвертого бейла.

– Аньхуэй Минь из клана Хуайжэнь Аньхуэй, – громко объявил более худощавый писец, как он делал для всех прочих кандидатов. Парочка обменялась любопытными взглядами, затем тот, что был покрупнее, торопливо записал имя и родовую принадлежность в свою регистрационную книжицу.

Лэгуй получил прямоугольный деревянный знак и торопливо отнес его в повозку, сунув через окно Инь прямо в руку.

– Поздравляю, – чуть улыбнулся Е-ян. – Теперь ты официально кандидат в подмастерья Гильдии инженеров.

Инь разглядывала кулон, лежавший на ладони, и указательным пальцем проводила по бороздкам, вырезанным в сандаловом дереве, которые образовывали иероглифы «Гильдия инженеров». От кулона исходил тонкий аромат, напомнивший ей о благовониях, которые отец обычно поджигал в своей мастерской.

Вдалеке трижды зазвонил колокол.

– Идем, пора, – скомандовал Е-ян, поднимая занавеску, чтобы выйти из кареты. Инь привязала деревянный кулон к поясу и последовала за бейлом.

Выйдя на воздух, Инь обнаружила, что их паровая повозка – не единственная во дворе. На стоянке были еще три, одинаково роскошные и величественные, с отполированными крышами, сверкающими в солнечных лучах. Их пассажиры тоже только что вышли и направлялись к подножию ступеней.

– Е-ян, – громогласно окликнул бейла грузный человек в бордовом шелковом халате на пуху с воротником и манжетами из черного меха. Большая часть его головы была выбрита – по столичной моде, как заметила Инь, – а оставшаяся копна волос была заплетена в одну косу на затылке. Он подошел к Е-яну и покровительственно похлопал его по спине.

– Я слышал, ты только что вернулся из Цзюйваня. Вот уж не думал, что в этом году ты сунешь нос в испытания Гильдии.

Он улыбался и говорил дружелюбно – пожалуй, даже слишком дружелюбно.

– Эрдао, – поприветствовал его Е-ян.

– Ты всегда такой серьезный, мальчик, – сказал Эрдао достаточно громко, чтобы его услышали все вокруг. – Не мешает время от времени расслабляться. Никто не ждет, что ты взвалишь на себя бремя заботы обо всех Девяти островах, кузен.

Е-ян криво усмехнулся, но отвечать не стал.

Слушая этот диалог, Инь, стоявшая поодаль, закипала от гнева.

– Кто это? – спросила она у Лэгуя.

Управляющий посмотрел на нее с презрением.

– Это Эрдао, Второй бейл. Старший племянник Верховного главнокомандующего, – нехотя ответил он. Он указал на двух других мужчин, выходящих из своих повозок. – Это, – он кивнул на человека с ястребиным носом и злым взглядом, – Первый бейл, Е-лу, а второй, – указывая на вельможу с более округлыми формами, сонно поглядывавшего вокруг из-под набрякших век, – Третий бейл, Е-хань.

Это были старшие сыновья Верховного главнокомандующего.

«Все четыре бейла Верховного командования Аогэ», – изумилась Инь. Вместе эти четверо управляли самыми грозными силами Ордена Кобры, их власть уступала только могуществу самого Верховного главнокомандующего.

Забавно, но все четверо выглядели совершенно по-разному. Не зная, что они члены одной семьи, она бы в жизни не догадалась, что их связывает хоть какое-то родство.

Она перевела взгляд на Е-яна. Его облик совершенно переменился в тот момент, когда он ступил на землю, выходя из повозки. На смену мягкому, сдержанному юноше, к которому она привыкла, пришел суровый, строгий муж. Широкоплечий, с резко выраженными чертами лица, Е-ян был ярче и заметнее остальных бейлов, несмотря на свою молодость и относительно невысокий рост. Плечом к плечу с ними он ничуть не казался менее значительным. Эрдао пытался унизить его своими шуточками, но Е-ян словно не замечал