Из огня да в полымя - Антон Бабушкин

Там за туманами, вечными, пьяными,

Там за туманами любят нас и ждут.

* * *

Ждёт Севастополь, ждёт Камчатка,

ждёт Кронштадт.

Верит и ждёт земля родных своих ребят.

Там за туманами, вечными, пьяными,

Там за туманами жёны их не спят.

* * *

И мы вернёмся, мы, конечно, доплывём.

И улыбнёмся, и детей к груди прижмём.

Там за туманами, вечными, пьяными,

Там за туманами песню допоём.

* * *

И. Матвиенко, А. Шаганов.

Да — там, за кормой вовсе не «синее море», а Пустота, да и сам я ни разу не флотский, но моему настроению эта песня соответствует на все сто. Я. Еду. Домой. И уже скоро там буду.

ЧАСТЬ 7. Возвращение.

Идём домой, к Земле. Целый месяц безделия. Тратить время попусту неохота и я, традиционно, берусь за самообразование. На этот раз по профессиям пилот, штурман и командир лёгкого транспорта. С учётом стоящих без дела вирт-тренажёров и доступного гипно-обучения получается оно несложно — идёт себе и идёт. Без практики, конечно, но и это, в принципе, решаемо.

Командира корабля, поначалу битый час отбрыкивавшегося от этого счастья, я, в итоге, уговорил, не без материального стимулирования, конечно. Пришлось слегка попотрошить мой именной счёт в ИВБ. Но оно того стоило. И теперь четыре часа в сутки я провожу за штурвалом челнока под контролем штатного пилота. Выхожу из дока фрейта, нарезаю несколько кругов по различным траекториям, возвращаюсь обратно на борт. И, по отзывам летуна, вполне себе неплохо у меня получается, благо управление челноком от управления элтэшкой отличается мало. Глядя на меня, той же лётной практикой занялись и Жека с Серёгой, а за ними и Мей с Гитой. В общем нашли мы чем заняться, чтобы не сходить с ума со скуки.

В расчётный срок фрейт вошёл в Солнечную систему. Отсюда наши дороги разошлись. Народ полетел на подмосковную базу, а я на другом челноке в гости к Моше. По дороге уговорил летунов ещё раз пустить меня за штурвал, да ещё и курс к Земле я самостоятельно проложил, предоставив выкладку на проверку командиру. Ура! Оценка «Хорошо» по обоим видам деятельности. А вот как потенциальному командиру корабля — «Неудовлетворительно». Почему? А нефиг посторонним делать в рубке на практическом курсе. Ну… Согласен. Я бы никого и близко не подпустил.

Ну и ладно. Мелочи это всё. Главное — я дома.

* * *

Высадка на Землю прошла мягко. Вернулся я именно туда, откуда когда-то начинался мой путь в Империю. Челнок под включенным «Пологом-СпН2М» (есть, оказывается, уже такая модификация) аккуратно скользнул в атмосферу и опустился чётко в центре поля. Парни флегматично разгрузились, переместив надлежащий груз, включая и мой багаж, из трюма в подошедшие КАМАЗы. Я нырнул в кабину и колона покатила к базе.

Через три часа мы были уже на месте. Выпрыгиваю из кабины, вытягиваю свои два баула личных вещей и осматриваюсь. Блин… Ни фига не изменилось. Ни на йоту. Совсем. Как было, так и есть — дыра-дырой. Оно, в принципе и неудивительно — здесь-то, в отличии от Империи, прошло всего-то три с половиной месяца.

А вот и давешний «дед»-синтет. Тоже, как и был — с виду дремуче-замшелый и зело бородатый. Стоит, тупо пялится на одетого в Имперскую повседневку со всеми положенными регалиями меня и ждёт чего-то. Ну, считай дождался.

— Сидор, твою мать! — от души рявкаю я на эльвифтроне, — С какого хрена тут целый штурм-полковник Десантно-штурмовых войск своими руками тяжести таскает? Схватил и уволок баулы в мои апартаменты! Бегом, в котёл твою дивизию!

Сидор пару секунд тупит, а потом выдаёт:

— Слушаюсь, гертальт штурм-полковник! — подхватывает мои баулы и несётся в дом.

Ему на смену выходит местная Глафира. Та самая, которая тогда, в самом начале, на пару с синтетом-Прохором две недели проводила мне регенерацию, вирт, гипно и прочее. Это ж надо. С моего прошлого визита тоже ноль перемен во внешности. Даже синтетский комбез с кроссовками тот же и игриво расстёгнут так же. Не иначе Моше понравилось… Это с чего, интересно, её сейчас из отсека регенерации и вирта, где раньше торчала она безвылазно, выдернули? Другой прислуги нет что ли? А синтетка тем временем вытягивается в струнку у калитки в идеально уставной стойке «смирно» и смотрит на меня в ожидании указаний. Ну, будут щас тебе указания.

— Где комендант этого дурдома? — в той же тональности и на том же языке продолжаю рычать я.

Глафира тоже тупит, не хуже того Сидора, но таки-ж справляется:

— В административном помещении номер четырнадцать, гертальт штурм-полковник! — наконец отвечает она.

— Сюда его! Галопом! И чтоб по Уставу обмундирован был! Исполнять! Бегом!

Глафира браво отвечает:

— Слушаюсь, гертальт штурм-полковник! — и испаряется из вида, ныряя в тот самый погреб.

А я неспешно закуриваю и усмехаюсь. М-да… Типа навёл шороху. Хотя оно и бессмысленно априори. Они ж синтеты. Пофиг им рычат на них или нет. Ну, да ладно. Сейчас Моше свеже-обмундированный прискачет. Поприкалываюсь немного. А то скучновато тут что-то.

Моше выскочил минуты через три. Или побольше… Но ненамного. Докурить я успел и окурок отщёлкнул в кусты непосредственно перед его появлением.

А вот и явление коменданта народу. Вот тут перемены есть. Куда делась былая вальяжность? Весь какой-то помятый, встрёпанный. На всё лицо нарисовано: «ОЙ, МЛЯ!!!» Форменка подогнана абы как — явно только что. Скачет этот супер-воин ко мне через двор спотыкаясь и на бегу нахлобучивая помятую кепи. Да-а… Красавец, однако.

Подскакивает он ко мне, «вытягивается» в нечто похожее на строевую стойку… Гы! Кто бы из моих бойцов так «вытянулся» — помер бы на дополнительной физухе. И Росе бы его подарил на денёк — для допзанятий по рукопашке. То-то было б весело. Ему. Да… А Мозес-то наш на казённых харчах раздобрел. Кил этак пять накинул, пока не видел я его. Красавчег.

А Моше вскидывает ладонь к козырьку и докладывает запыхавшимся голосом:

— Гертальт штурм-полковник! Комендант вспомогательной базы ОЭ №12/47 унтер-лейтенант Моше!

Осматриваю его с ног до головы. Да-с… Испуганный тыловик зрелище жалкое. Однако не всегда он тыловиком был. На груди планки полного бронзового банта. Вижу и бронзовый «За ранение в бою» с тремя звёздами и «За штурм» с двумя. А вот и серебряный дворянский знак Шевалье. Короче — хорош измываться над человеком.

Отвечаю на воинское приветствие Моше:

— Вольно, лейтенант, — говорю