Могучая крепость - Дэвид Вебер

— Боже мой, Мерлин. — Кайлеб сидел молча во время рассказа Мерлина. Теперь он покачал головой. — Прости меня за вопрос, но разве мы все не решили, что нам нужно оставить этих людей в покое? Присматривать за ними и создавать свою «базу данных»?

— Так и было, — согласился Мерлин. — Но когда они убили отца Тимана, они перевели ситуацию на совершенно другой уровень. — Его сапфировые глаза были мрачными и жёсткими. — Было бы достаточно плохо, если бы они только похитили его, держали в качестве заложника, выдвигая требования или что-то в этом роде. Но они намеревались убить его с самого начала, и они сделали это таким образом, который был преднамеренным вызовом архиепископу Клейрманту, авторитету Гарвея, Регентскому Совету и даже Чермину. Я не мог этого допустить — не тогда, когда Тиман и другие Реформисты добились такого сильного успеха в столице.

— Ты не мог это просто оставить как есть? — осторожно спросила Шарлиен, и Мерлин кивнул.

— Не мог, — категорично подтвердил он.

В совещательной зале снова воцарилась тишина. Снег за окном валил всё сильнее, и Нарману показалось, что он чувствует дневной холод даже с того места, где он сидел. За исключением того, что холодный ветерок, дувший ему в спину в данный момент, не имел никакого отношения к погоде.

«Мы склонны забывать, что у Мерлина — Нимуэ Албан — есть свои планы, — тихо подумал Изумрудский князь. — Мы так тесно сотрудничаем с ним, а успех Черис так важен для его миссии, что мы забываем, что он сам на самом деле не черисиец. Даже не сэйфхолдиец, если уж на то пошло. Подозреваю, что с тех пор, как Кайлеб узнал правду о нём, это первый случай, когда Мерлин даже не посоветовался с Императором, прежде чем принять решение такого масштаба. Интересно, как Кайлеб и Шарлиен — особенно Кайлеб — отреагируют на это?»

— И по какой причине ты не рассказал нам всего этого вчера? — тихо спросил Кайлеб.

— Потому что, как я уже сказал, я хотел сказать это вам лично. Я надеялся, что вы не услышите об убийстве отца Тимана до того, как я вернусь сюда, поскольку я тот, кто обычно следит за тем, что происходит в Менчир. Я хотел сообщить вам эту новость лично, а не по комму. И я хотел лично рассказать вам, что я сделал по этому поводу.

— Потому что ты ожидал, что мы разозлимся, что ты даже не посоветовался с нами, прежде чем перевернуть всю нашу стратегию в отношении Менчира с ног на голову? Это всё что было? — По тону Кайлеба ничего нельзя было понять, но его глаза были очень пристальными.

— Не столько потому, что я ожидал, что вы с Шарлиен разозлитесь, нет, — твёрдо ответил Мерлин. — Тем не менее, я подумал, что, поскольку я уже двинулся вперёд и принял решение — поскольку это то, что мы привыкли называть «свершившимся фактом» на Старой Земле, — я, по крайней мере, обязан оказать вам любезность и лично объяснить, что я сделал и почему.

Кайлеб откинулся на спинку кресла со своей стороны стола, пристально глядя на высокого голубоглазого мужчину в чернёных доспехах, украшенных золотыми, синими и серебряными эмблемами Черисийской Империи, стоящего по другую сторону. Нарман даже стало интересно, кого Кайлеб видел в этот момент: Имперского гвардейца или ПИКА с душой мёртвой женщины?

Затем император на мгновение взглянул на Шарлиен и пожал плечами.

— Во-первых, Мерлин, позволь мне сказать — и я полагаю, что в данном случае я также говорю и от имени Шарли — что, учитывая обстоятельства, я всем сердцем одобряю твое решение.

Он приподнял одну бровь, глядя на свою жену, которая кивнула в знак твёрдого согласия, затем снова обратил своё внимание на Мерлина.

— Во-вторых, однако, я хотел бы напомнить тебе о разговоре, который у вас был когда-то давным-давно с моим отцом. «Я уважаю вас и во многих отношениях восхищаюсь вами», — сказал ты ему. — «Но моя истинная преданность? Это принадлежит не вам или Кайлебу, но будущему. Я воспользуюсь вами, если смогу, Ваше Величество».

В совещательной зале снова воцарилась тишина, и Кайлеб слегка улыбнулся.

— Ты удивлён, что я знаю, что ты ему сказал? — спросил император.

— Немного, — признался Мерлин через мгновение. — Я не знал, что он сказал вам об этом.

— Он этого не сделал. Чарльз Гарденер сделал. Отец не говорил ему не делать этого, и когда он увидел, как мы с тобой сблизились, он подумал, что я должен знать. Дело не в том, что он не доверял тебе, Мерлин. Просто его верность во-первых, в-последних и всегда принадлежала Черис. Дому Армак.

— И вы злитесь, что моя — нет? — мягко спросил Мерлин.

— Мерлин. — Кайлеб покачал головой с внезапной, неожиданной улыбкой. Эта улыбка была чуть кривой, но это определённо была улыбка. — Мерлин, я всегда это знал. Даже если бы Чарльз не сказал мне, ты говорил, достаточно часто и открыто. Это не помешало тебе предложить нам с Шарли свою дружбу — даже свою службу. Ради Бога, ты пролетел полпланеты, чтобы спасти её жизнь! Конечно, я мог бы пожелать — надеяться — что мы всегда придём к общему согласию. И я признаю, что предпочёл бы получить хотя бы небольшой пояснение, прежде чем ты натравишь Гарвея на Веймина. В связи с этим, пожалуйста, не стесняйся будить меня посреди ночи так же свободно, как я всегда чувствовал, когда будил тебя. Но не думай, что я ожидаю, что ты сделаешь хоть на дюйм меньше того, чего, по твоему мнению, требует от тебя твой долг. Я не настолько глуп. И я так же не настолько эгоистичен, Мерлин. — Он снова покачал головой. — Есть фраза, которую ты однажды сказал мне о ком-то другом. Ты сказал, что он «заплатил наличными» за право принимать собственное решение о чём-то. Что ж, и ты тоже.

Последовал ещё один момент тишины, затем