Стража - Алексей Гришин

Рейн и Элен поняли, что их маленькая хитрость раскрыта и одновременно смущенно опустили глаза.

– Извините, мэм, – пробормотал Рейн.

– Простите, док, – сказала Элен, – Мы просто хотели вас порадовать. Но это была дурацкая шутка.

– Нет, это тест был дурацкий, – со вздохом подвела итог Тэри, – И он закончен. Вы свободны.

– Вы не сердитесь? – спросила Элен.

– Нет, не очень. Но окажись у вас настоящие способности к внечувственному восприятию, это сыграло бы нам на руку, – сказала Тэри, – Хотя я пока ума не приложу, как мы могли бы их использовать? Возможно, это увеличило бы показатель синхронизации со Стражами… Но это дело ученых, я в этом не разбираюсь. Тем более, все равно ничего не получилось. А теперь уйдите с глаз долой, я хочу отдохнуть.

Сконфуженные Рейн и Элен поспешно покинули кабинет. Едва за ними закрылась дверь, Тэри откинулась на спинку кресла и прыснула со смеху.

– Какое изощренное коварство, – проговорила она про себя, – Пробудить надежду и тут же развеять ее в дым… Впрочем, дети не виноваты. Я сама хороша – должна всегда помнить, с кем имею дело.

***

Спустя две недели.

Этим вечером Рейн пришел в гостиную позже обычного. Элен вместе с Мэй и Лоуренсом смотрела записи юмористических шоу и не заметила его появления. Валентайн, который иногда называл телевизор «ящиком для полоскания мозгов», с наушниками плеера в ушах дремал в кресле. Келли равнодушно взглянула на Рейна поверх журнала и вернулась к чтению.

Облокотившись на спинку дивана, Рейн коснулся плеча Элен, ощутив, как она едва заметно вздрогнула.

– Рейн? Боже, ты меня напугал. Обязательно так подкрадываться? – Элен обратила внимание на странное выражение его лица, смесь сомнения и тревоги.

– Садись, чувак! – Лоуренс целенаправленно сдвинулся в сторону Мэй, освобождая место, – Посмотрим шоу Монти. Хотя, на мой взгляд, такими хохмами не насмешить даже детей.

– Но это не мешало тебе хохотать, как ненормальный, пять минут назад, – заметила Мэй.

– Одна хорошая шутка за пять минут – не так уж плохо.

– Нет, спасибо, что-то не хочется, – сказал Рейн, – И так голова гудит от учебы. Элен, как насчет прогуляться немного?

– Куда это вы намылились? – Лоуренс подмигнул Рейну, но тот отмахнулся.

– Да никуда. Просто хочу поговорить, а тут слишком шумно.

– Ох уж эти разговорчики наедине и секреты, – с притворным раздражением сказала Мэй, – Ну, сходи с ним, Элен. Не съест же он тебя, наверное. И не мешайте нам смотреть.

– Ага, – поддакнул Лоуренс, – Не мешайте нам, и мы не будем мешать вам, лады?

Элен встала, оставив диван в полном распоряжении Лоуренса и Мэй. Те, несмотря на внушительные размеры этого самого дивана, продолжали сидеть вместе, касаясь друг друга плечами.

Келли проводила Рейна и Элен подозрительным взглядом, но ничего не сказала и снова уткнулась в журнал. Валентайн приоткрыл глаза, но лишь затем, чтобы полюбоваться профилем Келли, и, возможно, запастись впечатлениями для каких-нибудь своих непристойных помыслов. Мэй оказалась права в своих прогнозах, во всяком случае, наполовину.

– Что случилось, Рейн? – спросила Элен, когда они вышли в пустой коридор.

– Хочу поговорить с тобой, – повторил Рейн.

– А почему мы не можем поговорить в гостиной, или у кого-нибудь из нас?

– Это один из вопросов, которых я хотел бы коснуться. Думаю, не стоит вести разговоры, не предназначенные для чужих ушей, там, где их могут услышать.

– Ты хочешь сказать… нас подслушивают? – удивилась Элен, – Но зачем?

Элен была удивлена не только странными подозрениями Рейна, но и тем, что из всех курсантов он завел этот разговор именно с ней. Да, после той памятной драки в спортзале они неплохо сдружились, и даже слепой заметил бы неуклюжие попытки Рейна ухаживать за Элен. А Элен, узнав Рейна получше, разглядела за невыразительной внешностью сильный характер и доброе сердце, и не скрывала своей симпатии к нему. Но Рейн дружил также с Лоуренсом, да и с остальными был в хороших отношениях. Тем не менее, он выбрал ее.

– Я не знаю наверняка, – ответил Рейн, – Но считаю, что в гостиной есть и скрытые камеры и микрофоны. Насчет наших спален – сомневаюсь. И все же не стоит рисковать.

– «Жучки» в наших комнатах? Какой ужас! Ты хочешь меня напугать?

– Отнюдь. Говорю же, в спальнях вряд ли стоят микрофоны. Они же у нас отдельные. Ты с кем-нибудь разговариваешь, когда одна в комнате?

– Ну, ты однажды заходил…

– Это не в счет. А так – какой смысл устанавливать «жучки» в помещениях, где они почти все время бездействуют? В гостиной – другое дело.

– А ты уверен, что нас не слушают прямо сейчас?

– Не уверен. Но уповаю на поговорку «кто будет сторожить самих сторожей?» Слышала когда-нибудь?

Элен растеряно помотала головой.

– Я это к тому, что если бы они решили следить за каждым нашим шагом – им пришлось бы установить камеры и микрофоны во всех местах, где мы бываем – в спальнях, коридорах, столовой, спортзале, классах, даже в туалетах, черт возьми…

– О, боже… – вздохнула Элен.

– Потребуется слишком много людей, чтобы прослушивать и просматривать все записи. Поэтому, я думаю, они ограничились только теми помещениями, где мы надолго остаемся вместе без присмотра инструкторов. Я бы на месте генерала Блэки поступил так.

– Но ты не можешь точно знать, что «жучков» нет в туалетах?

– Да ну тебя! – не сдержался Рейн, – Я хотел сказать, что в гостиной они есть точно, а в других местах может и не быть.

– Так ты об этом хотел мне рассказать? Поздравляю, я теперь не смогу нормально сходить в туалет, даже если на самом деле никто там за мной не подсматривает.

– Нет, дело