Пришлые - Юлия Михалева

– Девушка, – не нашёл лучшего ответа Ясь.

– Это я понял.

– Она тут спит. Ну или спала – ты так разорался, что, наверное, сквозь гору выскочила.

От проёма левой спальни послышался смех.

Вол посмотрел на Вару так, что очень захотелось ему врезать.

– Ваши сказали про болезнь в Гнилке. Что это? – спросил Ясь.

– Не знаю, но ничего уж такого страшного. Боль в животе и всё такое, – сказала Вара. – Кора и молитва всегда помогают. Но заболел землекоп, а его жена – из Оси. Вот она и убедила, что срочно нужна помощь лекарей ваших, иначе помрёт.

Дмитрий хмыкнул. Вол как будто обмяк – расслабился. Пошёл к бочке попить.

– Малой, показывай, где ваша ванна да помоги набрать. Как же давно я не мылся, – беспардонно приказал Дмитрий.

– Я тоже хочу, – сказал Вол, и Ясь снова поразился, как свободно гостям в отцовском доме.

Снова засмеявшись, Вара вернулась в комнату, а Ясь взялся за деревянную ручку ведра.

Глава 6. Нож

– Да разве мы с отцом могли представить, что ты станешь таким … – мать хватала ртом воздух, подбирая подходящее слово. Она так крепко вцепилась в руку Яся, что он, даже если бы Вара и не была причиной их ссоры, вспоминал бы её рассказ. Наверняка синяки останутся не меньше, чем у неё. – Таким никчёмным… – она снова замерла на миг в поиске. – Человеком?

Увидев Вару у огня, она изобразила гостеприимство, с виду радушно и с улыбкой – пусть и кривоватой, и не особо искренней – расспросила, как её зовут и откуда она. А после схватила Яся за рукав и вытащила из горянки, чтобы как следует отчитать на радость соседям. Они как раз возвращались с работы и с любопытством прислушивались к ссоре.

– Который день ты уже сегодня прогулял? За тебя нам в седьмое солнце совсем ничего не выделят. И чем нам кормить всех этих людей, которых ты притащил в наш дом?

Ну, во-первых, Ясь, строго говоря, позвал только Вару. Вол увязался за ним сам, хоть и по причинам, о которых упомянула мать. Дмитрия же и вовсе пригласил отец. Во-вторых, еду в дом приносили и родители, причём мать ещё и свежую булку с пекарни могла забирать в конце каждого дня, а не только в седьмое солнце, и Ясна. И… Вдруг стало очень неловко. А мать словно в голову к нему заглянула:

– Тебе самому не стыдно? Вот совсем ни капельки? Ты давно взрослый мужчина, а ведёшь себя как мальчишка. У нас с отцом в твоём возрасте уже были вы с Ясной, а ты даже не озадачился, чтобы тебе хотя бы определили место под горянку.

Ясь посмотрел себе под ноги – на башмаки. Правый по-прежнему натирал. Вдруг подумалось: а ведь они из кожи – стало быть, из животных, которых убивать нельзя. И пусть эту кожу сначала привезли на обмен в Топор, а затем уже её выменял осийский сапожник – но ведь и она когда-то принадлежала чему-то живому. И, может быть, даже вкусному.

– Нет, ты меня не слышишь, – сказала мать. – И даже не слушаешь, только делаешь вид. Пойми, я совсем не против, я даже рада, что ты наконец нашёл невесту. И пусть даже из Гнилки, хотя я бы предпочла местную. Но привести её ты должен не в нашу горянку, а в свою.

– Мама, да не невеста она мне, – снова попытался объяснить Ясь, но на сей раз уже не слушала мать.

А Вара, между тем, оставалась внутри, в компании пожирающих её глазами Дмитрия и Вола. Смотрели так, что вот бы и вонзили в неё свои зубы, как в того кролика.

И неизвестно, сколько бы ещё мать удерживала Яся, если бы не вернулись Ясна и отец, который снова позвал на ужин стеклодува.

Мать наконец взяла себя в руки и даже извинилась перед соседом за то, что ужина придётся подождать. Ещё бы, когда бы она его готовила, если столько времени чихвостила Яся перед всем ярусом?

Отец встретил Вару вполне дружелюбно.

– О, у нас снова гости? Добро пожаловать.

– Новые лица всегда видеть приятно, а такие красивые тем более, – засиял Михайла.

Старик, а туда же – хвостом крутить.

Ясна кивнула и глянула недобро.

– Ну что, хозяйка, мы завтра в дорогу – меньше ртов будет тебя объедать, – сообщил за ужином Дмитрий.

Показалось, или мать слегка покраснела?

– Мне всё равно так и не смогли ответить, когда я смогу забрать Лёню. Так что мы пока сходим в Гнилку, а потом, может, и прояснится что-то.

– А я ведь кое-что нашёл, что, возможно, вам поможет. Отцу вашему ещё даже рассказать не успел, – сказал Михайла.

Увидев знакомый блеск в его ясных глазах, Ясь понял, что сейчас они снова отправятся в прошлое. И не ошибся.

– Я еще вчера вспомнил, что один из наших первых жителей, отцов-основателей, так сказать – это его записи наша невеста обычно читает, – Михайла подмигнул Ясне, на что та невесело улыбнулась, – однажды решил найти вора. Он писал, что кто-то крал зерно из сарая, но они никак не могли его поймать, хотя даже дежурства устроили. И тогда он решил обратиться к одному старому способу. И смог его воссоздать. Вот про это я помнил, а как именно он это делал, я и подзабыл. Так что вчера записи его кое-какие взял на время, чтобы в памяти освежить. Всю ночь просидел у огня – и ведь нашёл!

Отец даже отложил недонесённую до рта ложку, разбрызгав остатки супа из неё на стол. Со вниманием слушали и остальные.

– Он решил снимать отпечатки пальцев, чтобы по ним понять, кто заходил в сарай. Сразу скажу – у него ничего не получилось, потому что в их сарай заходили все. Но вам может и помочь. Пётр говорит, что рядом с убитым нашли нож, и что ты, Дмитрий, сказал, что твой друг его из рук не выпускал. А в таком случае к нему прикасались умерший и те, кто заходил в сарай: Главный, Пётр, врачевательница, вы, видимо, все по очереди – и убийца.

На последнем слове Михайла, довольный собой, хлопнул мощными ладонями по крышке стола, да так, что подлетели тарелки. Вара округлила глаза – или рассказа стеклодува напугалась об убийстве в Оси, или его эмоций. Или всего вместе.

– И что это за способ такой? – заинтересовался Дмитрий.

– Мы возьмём ваш нож, на рукоять нанесём состав из мела, сажи и мелких