Пятый курс - Денис Кащеев

– Не вопрос, – кивнул Соколов. – Разве что один момент: лучше, если вооружен будет не тот, кто поведет машину – чтобы, если что, руки были свободны. А из меня, ты знаешь, водила – так себе.

– Так и я, увы, не профи, – пожал плечами Голицын. – А мы, вон, Нику за руль посадим! – пришла ему в голову удачная мысль. – Она, я помню, хвасталась, что хорошо водит…

– Я готова, – тут же откликнулась девушка.

– Права есть только на нас с тобой, – напомнил Глеб.

– Да? Ну… Как до цивилизации доберемся – пересядем, – решил Иван. Расставаться с бластером не хотелось. – А тут, в лесу, кто про права спросит, медведь?

Соколов пожал плечами, но возражать не стал.

Укрывшись за машиной, друзья по-быстрому переоделись.

– Форму в багажник? – задал вопрос Глеб.

– Да, клади пока. Потом где-нибудь бросим. Здесь – нельзя, пусть они как можно дольше не знают, что мы уже «по гражданке» одеты. Тебе, кстати, тоже следовало взять с собой свой комбинезон, – повернулся он к Нике.

– Я… Я как-то не подумала… – пролепетала та.

– Жаль… Впрочем, мы и сами не подумали, – смилостивился Иван. – Ладно, поехали, что ли?

– Последний вопрос, – поднял вверх указательный палец его друг. – Хохлов говорил, в какую сторону надо ехать?

– В какую сторону… – Голицын неуверенно огляделся. – Вроде нет… Не помню… На трассу повернуть налево – это говорил, а здесь… Наверное, как машина стоит, так и нужно ехать, – предположил он.

– Не факт, – покачал головой Соколов. – Ее могли оставить, как пригнали.

– Тоже верно…

– Она разворачивалась, – опустившись на корточки, Ника склонилась к траве. – Вот след. Приехала вот оттуда – и развернулась.

– Молодец! – похвалил девушку Иван, сам, впрочем, тут же несколько удивившись этому обстоятельству. Та потупилась – а, может быть, просто еще раз нагнулась, внимательнее изучая следы. – Так что едем прямо! По коням!

– А что, нормальная машинка, – проговорила Ника, обеими руками выкручивая руль, чтобы не свалиться колесом в колею. – У меня у родителей такая была раньше, только более старая модель.

– А еще на такой, помнится, сам Президент России в свое время по Дальнему Востоку рассекал, – вставил реплику с заднего сидения Глеб. – Кстати, тоже на желтой.

– Только, говорят, их там у него тогда три было, – заметил Иван. – Две своим ходом шли и еще третью, запасную, на эвакуаторе возили.

– А что такого? – подался вперед Соколов. – Думаешь, когда он в кортеже на лимузине едет, следом запасной не идет? Или на самолете летит – думаешь, нет резервного борта? Президент есть Президент, здесь все должно быть предусмотрено.

– Да я что, против, что ли? – пожал плечами Голицын. – Вот только нас сзади эвакуатор с запасным бортом сегодня не сопровождают. И случись что с машиной в этой глуши…

Впрочем, пока, вопреки опасениям Ивана, «Лада» проявляла себя с самой лучшей стороны. Завелась с пол-оборота, шла плавно, мотор тарахтел ровно, а то, что кондиционера нет – так и не лето чай, не запаришься, в конце концов, всегда можно стекла боковые опустить. Ровно через семь километров – тютелька в тютельку, Голицын засек по одометру на приборной панели – дорога вынырнула из леса, примкнув к двухполосному асфальтовому шоссе.

– Налево, – подсказал Иван.

– Да, да, я помню, – откликнулась Ника, притормаживая.

– Что-то как-то пустовато тут, – заметил сзади Соколов.

Трасса действительно была абсолютно свободна – ни одной машины ни в ту, ни в другую сторону.

– Может, рано еще, – предположила Ника, аккуратно вводя «Ладу» в поворот.

– Да не так уж и рано…

– Может быть, дело вот в чем, – проговорил Голицын, листая атлас. – Дорога эта раньше на Новосибирск шла. А теперь… Кто туда поедет? Да и оттуда некому. Вот и пусто…

– Вокруг Новосибирска сохранилось куча деревень, поселков, даже городков, – не согласился Глеб. – Так что это не объяснение.

– Так где ж тогда машины?

– Появятся еще, я думаю…

Однако на протяжении десяти следующих километров им так и не встретилось на шоссе ни одной машины. Не говоря уже о том, что никто не нагонял сзади, никто не маячил впереди. Пару раз на обочине попадались останки автомобилей, пострадавших в былых авариях: выгоревший дотла микроавтобус «Мерседес» и искореженная малолитражка, определить марку которой уже не представлялось возможным. И нигде ни одной живой души.

– Жутковатая картина, вы не находите? – пробормотал Соколов. – Словно вся Сибирь вымерла…

– Сейчас вольемся еще в одну дорогу, та, вроде как, главная будет, – сказал Голицын, изучая карту. – Там наверняка кого-нибудь встретим…

В этот самый момент его резко швырнуло вперед, и если бы не пристегнутый ремень, Иван наверняка врезался бы головой в лобовое стекло. Послышался визг тормозов. Выпущенный из рук атлас скользнул по коленям Голицына и упал на пол.

– Ты че, сдурела? – набросился он на Нику.

– Блин, еле успела затормозить, – прошептала девушка. – Смотрите!

Иван повернул голову: поперек дороги, перегораживая ее от обочины до обочины, лежало огромное дерево.

– Ничего себе! – выдохнул Глеб.

– Еле успела затормозить, – повторила Доренко.

– То-то тут не ездит никто, раз здесь такие дела творятся, – буркнул Иван. – Объехать никак? – он вновь повернулся к Нике.

Вытянув шею, та внимательно осмотрела преграду.

– Никак, – заключила она через несколько секунд.

– Надо его убрать, – заявил Соколов.

– Пошли, попробуем, – отстегнув ремень, Голицын распахнул дверцу.

Выйдя из машины, они с Глебом приблизились к поваленному стволу. Ника заглушила двигатель, и теперь тишину нарушало лишь истошное стрекотание сорок. Так от самого лагеря, что ли, за ними и летят?

– Тяжелое, – проговорил Иван, примеряясь к дереву. – Ну да ничего, вдвоем справимся, я думаю. Давай, ты стой стороны, я с этой… И… раз!

Дружным рывком они оторвали ствол от земли, выпрямились…

– Отлично! Вот так и держите пока! – раздалось из зарослей. – И смотрите, не уроните!