Возвращение. Часть I - Даниил Корнаков

застал эту жизнь и прекрасно помню, как мы всё дальше люди уходили от Бога, как открещивались от его заветов, превращая созданный им мир в бесконечный балаган и царство разврата. Потому Господь и отвернулся от нас, и Дьявол воспользовался этим! Он взял бразды правления в свои руки! И сказал мне тогда буревестник устами Бога: «Выведи их, Уильям Морган, из пучины греха, ибо Я дам тебе силу разорвать цепи тьмы и вернуть заблудших к свету Моего закона».

Абсолютная тишина. Никто не смел даже шелохнуться.

— И вот с Его помощью я здесь, новый правитель «Палмера», ещё несколько лет назад бывший обыкновенным рыбаком. Отец и наставник сотни душ. И теперь все они — избранные! Последователи Божьего Закона! Глашатаи Нового Мир! Писцы Новейшего Завета! Все вы отныне мои братья и сёстры, сыновья и дочери!

В толпе возрастал оживлённый гул.

— И не только они, но и все вы! — подчеркнул Уильям, указывая на толпу. — Но знайте и внемлите моим словам! Звание Избранного можно легко лишиться, достаточно лишь отступить от Его законов и впустить страшный грех в свою душу! Тех же, кто осмелится пойти против Моей воли, а следовательно против воли Бога, ожидает незамедлительная кара!

И вдруг на сцену выволокли под руки троих: головы закрыты мешками, руки за спиной скованы наручниками.

— Боже, что происходит…? — Маша схватилось за Матвея и крепко сжала руку.

— Ничего хорошего… — пробубнил Лейгур.

Уильям Морган сбросил мешок с первого заключённого. Это был мужчина, седовласый, лицо покрывала красная сыпь. Его бешеный взгляд метался по куче людей.

Уильям вытащил из рукава большой охотничий нож. Лезвие устрашающе сверкнуло в дневном свете.

— Узрите, предателей веры! Противников Нового Мира!

Палмеровцы в зале всполошились. Теперь никто не боялся говорить. Охранники встали плотнее друг к другу.

Уильям подошёл к одному из заключённых мужчин сзади, схватил его за волосы и приставил лезвие к его горлу. Кадык несчастного быстро поднимался вверх-вниз.

— Покайся! — раздался голос Уильяма из динамиков. — Пусть все прознают о твоём грехе!

Тот зарыдал. Его лицо блестело от горячей испарины.

— ПОКАЙСЯ! — требовал Уильям и сильнее прижал нож к его горлу.

— КАЮСЬ, КАЮСЬ! — завизжал заключённый.

— Какой грех ты совершил?

— Я… не знаю… я…

— Говори!

— ВЕСЕЛЬЧАК! — завопил тот. — Я торговал Весельчаком!

— Значит, ты целенаправленно убивал людей наркотиком? Давал им нюхать пингвиньи испражнения, помогал затуманивать их разум? Ты отвратителен!

— Нет! Я же… я! Ведь они…

— ПРИМИ ЖЕ МУКИ АДА!

Нож в руке Уильяма медленно полоснул наркоторговца по горлу, и кровь фонтаном брызнула на сцену.

Люди ахнули.

— Так ему, ублюдку! — закричал вдруг кто-то.

— У меня от этой дряни племянник помер!

В толпе слышались одобрительные возгласы.

Настала очередь второго пленника. Им оказался юноша чуть старше Арины. Светлые волосы спускались до самых плеч, глаза карие. Он дрожал как парус во время сильного шторма.

— ПОКАЙСЯ! — потребовал Уильям. — КАКОЙ ГРЕХ ТЫ СОВЕРШИЛ?

— Прошу, не убивайте меня! Я ничего плохого не сделал!

— ПОКАЙСЯ!

— Клянусь, я ничего…

— ПОКАЙСЯ!

У коленок юноши образовалось чёрное пятно мочи.

— Я убил его!

— Вот значит как? И кого же ты убил⁈

— Старика! Но ему оставалось ещё немного, а мне нужны были ватты! Я…

— Ты убил старика ради ватт⁈

— ЭТО ОН! — раздался в толпе женский вопль. — Этот ублюдок убил моего папу!

— Мне нечего было есть! — ревел парень. — Я… я не хотел, но я…

— ПРИМИ ЖЕ МУКИ АДА!

— Нет, пожалуйста, я…

Жуткое кряхтение, разрывается плоть, звуки захлёбывания. Парень упал лицом в лужу собственной крови.

Пришла очередь третьего. Когда мешок сняли, то всем открылось лицо мужчины, искажённое гримасой гнева. Из одежды — лёгкая куртка, кожаный ремень и подранные штаны.

— Вот же чёрт… — прошептал Юдичев. — Я знаю его! Это ж Салли, помощник шерифа.

Услышанное холодом скользнуло в груди Матвея.

— ПОКАЙСЯ!

— Пошёл ты, — рявкнула он.

— Какой грех ты совершил⁈

— Я скажу, какой грех не совершил, — его голос звучал железно. — Не успел прикончить как можно больше вас, долбаных фанатиков!

— Убийца! — сквозь зубы процедил Уильям. — Прими же муки ада!

Помощник шерифа по имени Салли на глазах сотни людей ещё долго мучался в конвульсиях и барахтался на полу словно выброшенная на берег рыба.

— Избранный народ Палмера! — раздался голос Уильяма. — Это лишь крохотный шаг в избавлении нашего мира от греха. Грядёт Новый мир, Новый порядок, и лишь от вас зависит, как быстро это произойдёт. Ну а я помогу вам, — его окровавленные длани распростёрлись в объятиях к присутствующим, — проведу вас за руку по дороге к прекрасному будущему, где будете лишь вы, спокойствие и служение Богу! Ибо аз есмь уста Его и с Его помощью вместе мы очистим этот мир от греха!

Бо́льшая часть палмеровцев ответила одобрительным возгласом.

Глава 4

У Сони есть план

После устроенной проповеди в зале театра толпа стала рассасываться по всему лайнеру. Некоторые шли, склонив голову, погрузившись в глубокие раздумья, не давая словам вырваться наружу. Другие же, напротив, громко судачили, обсуждая случившееся.

Матвей пригрел уши и мельком подслушал разговор мимо проходящей парочки:

— … он же пьяница и извращенец был, наш Ларсен. Или ты забыл, какие шабаши он здесь устраивал?

— Не забыл, помню прекрасно. Он много всякого вытворял, конечно… Но убивать людей? За кражу и торговлю Весельчаком?..

— А я считаю правильно это. У меня столько ребят на этой дряни помешались, все ватты просмеяли…

Их разговор утонул во всеобщем гуле.

— Вот уж чего не отнять у этого Моргана, так это умения срать в головы простым людям… — бормотал Макс, озираясь по сторонам. — Заливает он как соловей. Даже я, признаться, на минутку уверовал в свою избранность.

— По крайне мере теперь понятно, почему за ним так много народу следует, — добавил Лейгур.

Они дошли до лестницы, стали подниматься.

— Не хочу и лишнего дня задерживаться на этой посудине, — пробормотала Надя, прикусывая нижнюю губу. — Надо убираться отсюда.

Макс возразил:

— Эх, сестрёнка, побывай ты здесь до прихода Братства, то влюбилась бы в это местечко с первого взгляда. «Палмер» — станция возможностей!