Пиратобой - Эл Лекс

Да еще и капитан рядом со мной внезапно коснулся своей метки на пальце, и что-то тихо пробормотал, словно заклинание какое-то читал. И в ту же секунду «Бекас», который только что покачивался на морских волнах, застыл на месте, как прикованный. Я даже оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что мне не показалось… И нет — не показалось. Кучерявые барашки волн все так же сминали морскую гладь, но для «Бекаса» их будто бы не существовало. Он стоял ровно, как масштабная модель на подставке в шкафу коллекционера, а волны, хоть и бились о его борта, но даже на миллиметр покачнуть не могли.

— Это что еще такое? — я повернулся к капитану. — Это вообще как?

— Ты о чем? — не понял Бофор.

— Качка исчезла. Корабль стоит ровно. — я обвел рукой вокруг себя. — Такое же было в самом начале боя, я еще тогда этому удивился. Это тоже навык системы, верно?

— А, вон ты о чем! — улыбнулся капитан. — Да, это навык системы марин, специализации «Капитан», как ты понял, у меня именно такая. Называется «Волнолом». На одну минуту позволяет кораблю полностью игнорировать эффект качки, как будто стоишь посреди озера в полный штиль. Откат пять минут. Я специально применил его в начале боя, чтобы нам было удобнее стрелять по пиратам… Ну и сейчас, чтобы ребятам помочь, тоже.

Что ж, я только что получил еще одну причину разобраться во всей этой системе марин как можно глубже и прокачать ее как можно быстрее. Когда видишь, как человек справляется с другим человеком с помощью какого-то там навыка, это одно. А когда видишь, когда целый огромный корабль весом в несколько сотен тонн подчиняется одной лишь воле своего капитана, посылая при этом нахер и законы физики, и здравый смысл — вот это уже совсем, совсем другое! И вряд ли система на этом ограничивается — если у нее есть специализация «Капитан», то какие еще у нее есть специализации? Танкист? Артиллерист? Пилот?

И главное — на что эти люди способны?

От раздумий меня отвлекло новое движение на корабли морской стражи. За время боя он неспешно подошел вплотную, борт к борту, так, что можно было просто спрыгнуть с одного корабля на другой. И именно это сейчас и делала целая группа людей, состоящая из трех стражников в такой же черной форме, но только с зеленой молнией на рукаве, парочки в непонятных синих комбинезонах, и одного статного представительного мужчины. Он единственный из всех был одет не в черное, а в очень даже белое, я бы даже сказал нарядно-белое, хотя даже с такого расстояния было заметно, что форма не парадная, а очень даже полевая. Отличить нетрудно — у парадной все швы и углы заглажены, отутюжены, и на большом расстоянии форма выглядит острой и резкой, будто ее из бумаги склеили и нацепили на плохо подходящий манекен. А полевая форма, которую надевают для дела, а не пыль в глаза попускать, обязательно садится по фигуре, обмякает, и становится почти как вторая кожа для человека.

Вот примерно такую форму я и наблюдал сейчас, а когда человек, спускающийся спиной вперед, наконец слез на палубу «Бекаса» и развернулся лицом к нам, я увидел еще кое-что.

Награды. Три ряда орденских планок, закрепленных точно над сердцем, украшали белый китель этого человека. На плечах золотились погоны, но рассмотреть отсюда, что на них изображено, было невозможно, да и сомневаюсь, что звания в этом мире совпадают с привычными мне. А если и совпадают — вряд ли совпадут обозначения этих званий.

— Идем! — засуетился Бофор рядом со мной. — Надо поговорить с капитаном!

— Ну, раз капитан. — усмехнулся я и первым полез вниз с надстройки.

Успели мы как раз к тому моменту, когда капитан в сопровождении одного из синих комбинезонов подошел к нам. Зеленые молнии рассредоточились по палубе, присели возле раненых и начали оказывать им первую помощь — значит, это медики тут так обозначаются. Причем помогали они не только с помощью содержимого сумок, которые достали из-за спин, но и собственными руками тоже. Я своими глазами видел, как медик наложил на глубокую рану на бедре от матросов сияющую зеленым светом руку, подержал ее там несколько секунд, и кровотечение остановилось, а рана стала выглядеть так, словно ей уже провели первичную хирургическую обработку и приготовились зашивать.

— Капитан Сигмунд Бофор! — лихо щелкнув каблуками, представился Бофор. — Благодарю вас за помощь, капитан?..

— Адмирал. — суровым низким голосом ответил собеседник. — Адмирал Виктор фон Дракен.

— Тот… Самый⁈ — упавшим голосом спросил Бофор, и отчетливо вздрогнул. — Простите… Адмирал, не рассмотрел ваши погоны!

— Ничего страшного. — как разбуженный посреди зимы медведь проворчал адмирал, и перевел взгляд из-под кустистых седых бровей на меня. — А вот что страшно, это то, что у вас, капитан, член экипажа одет не по форме. Из-за этого мои люди его чуть не пристрелили. Соизвольте объясниться!

— Понимаете, адмирал, тут вообще невероятная история приключилась! — схватив самого себя за руку, начал Бофор. — Дело в том…

— Дело в том, что я не член экипажа. — перебил я его, поняв, что Бофор окончательно раскис перед такой мощной и важной фигурой и ждать от него нормальной подачи информации не следует. — Я не член экипажа, а поэтому и формы у меня нет.

— Вот как? — Адмирал смерил меня с головы до ног внимательным взглядом и огладил пышную седую бороду. — А тогда какого морского лешего ты делаешь на этом корабле, не-член экипажа? Капитан Бофор, что у вас тут происходит?

— Так я же и говорю — история просто невероятная! — натужно засмеялся Бофор. — Если бы мне ее кто-то рассказал, то я бы и сам ни за что не поверил!

— Я слышал много невероятных историй за свою жизнь. — адмирал стрельнул в него разрядом голубых глаз. — Но ни в одной из них не фигурировали не-члены экипажа.

— Адмирал, предлагаю так. — я снова взял инициативу в свои руки. — Мы с вами поговорим с глазу на глаз и я вам все расскажу. А там уже вы самостоятельно решите, насколько моя история вероятна или невероятна.

Адмирал перевел взгляд на меня и несколько секунд пристально смотрел, будто пытался продавить меня тяжелым взглядом и заставить отвести глаза, признавая тем самым, что я не до конца честен.

Я, конечно, взгляд не отвел. Я честен до конца и ничего не скрываю. Даже если бы адмирал прямо сейчас