Нерушимый 4 - Денис Ратманов

— Делать ему больше нечего. У меня еще два брата, да и отец — занятой человек. Ему поспать некогда, не то что за мной следить. Он же всерьез мой футбол никогда не воспринимал.

— Но ты же совершеннолетний, — сказал я. — Ты сделал свой выбор. Не стал папеньку слушаться. Молодец. Мужик.

Мика скривился, будто собрался заплакать.

— Ты не понимаешь. Я не оправдал доверие. Он мне деньги слал, а теперь… Эх-х… Знаешь, что он сказал? Что я ему больше не сын.

— Это потому что злится. И долго может злиться. А вот когда на кубке СССР комментатор на всю страну прокричит: «Рябов, вперед! Двое защитников преследуют его, подача в штрафную… Погосян берет пас! Го-ол!» — вот тогда он все тебе простит.

Погосян лишь вздохнул. Покосился на затемненное стекло, где отражались я, Микроб и он — сутулый, взъерошенный, словно замерзший воробей.

Перед входом Микроб выставил руку, как шлагбаум, и предупредил:

— Обидите ее — убью.

В его голосе было столько холодного достоинства, что я поверил — убьет.

Бар был совсем небольшим, всего шесть столиков. На огромной «плазме» транслировали фигурное катание. За одним столом сгрудились три смотрящих в телефон парня. За последним, под плакатом с загорелыми накачанными бегунами в коротких шортах — на кожаном диванчике расположились две девушки, блондинка и темноволосая. Был полумрак, и деталей я не разобрал.

Светленькая встала и помахала нам. Микроб аж как-то вырос, плечи расправил и сказал:

— Идем, представлю вас… Это Лера.

Лера… Такими рисуют фей в компьютерных игрушках. Маленькая, хрупкая, миниатюрная, с фигурой «песочные часы» и волнистыми, казалось, невесомыми волосами до плеч. Ее подруга была не шатенкой, а темно-рыжей, со стайкой веснушек на носу и вытянутым лицом, и тоже малышкой. Наверное, это и правда гимнасточки, туда в основном низкорослых берут.

Мы представились друг другу. Поедая меня взглядом, рыжая, которую звали Юлей, освободила место на диване для Микроба, а сама пересела между мной и Погосяном, улыбнулась… И я вздрогнул. Ее губы поднялись, обнажив выдающиеся вперед челюсти, как у лошади. Так и казалось, что вот-вот запрокинет голову и заржет.

Ладно, нельзя о человеке по внешности судить, мы же просто пообщаться.

Сам на себя не похожий Погосян молча принялся листать меню.

— Тут самообслуживание, — сказал Микроб.

Я посмотрел на стойку, над которой виднелась лысая голова бармена.

— Возьму молочный коктейль. Что кому?

— Фруктовую нарезку и яблочный сок! И еще творожное пирожное! — затараторила Юля, пожирая меня взглядом.

Такое впечатление, что она готова прямо здесь и сейчас.

— Мне бы коньяку, — буркнул Мика, не реагирующий на дамские прелести. — Бутылку. Две. Но… ладно, и мне того же.

— И мне, — сказал Микроб, кладя руку на спинку диванчика за спиной Леры — территорию обозначил.

Лера обворожительно улыбнулась, покачала мороженицей, и на ее щеках появились ямочки.

— Спасибо, мальчики, у меня есть.

Все так же жадно глядя, Юля придвинулась ближе, расправляя декольте платья. И у меня случился когнитивный диссонанс: рьяный боец одобрил ее намерения, а мозг — нет. Не понравилась ему девушка.

— Принесу. — Улыбнулся я, вставая и направляясь к стойке.

Боец сказал, что я дурак, нужно брать, когда точно дадут, но упорствовал недолго.

Увидев, что гость готов сделать заказ, бармен начал подниматься. И я вспомнил «Ну, погоди!» — как из машинки на каруселях вылезает огромный лев.

Это был качок с шеей шире головы и бицухами размером с бедро. Я озвучил заказ и сел на высокий стул у стойки, наблюдая, как он колдует со стаканами, которые в его огромных руках казались рюмками. Тренькнул телефон, я прочитал сообщение от Лизы:

«Вы выиграли! Так держать!» — и ее фотография.

Влажные приоткрытые губы, взгляд с поволокой, обнаженные плечи и ямочка между ключиц — взгляд так и нырял туда и спускался ниже, к вырезу декольте. Последнее сообщение от нее:

«Приезжай скорее в Москву! Да, тебя тут ждут».

Я ответил в том же духе, послал поцелуй, и почему-то стало по-весеннему тепло. Надо же, детский сад — роман в Комсети, а в глубине души что-то щекочет, будто перышком по коже.

— Привет! — прощебетали женским голосом — я вздрогнул, обернулся.

Рядом устроилась раскрасневшаяся с мороза Рина, сдула упавшую на лицо прядку волос. А может, она раскраснелась, потому что бежала — вон как быстро добралась.

— Привет! Поздравляю, ты побила скоростной рекорд, — улыбнулся я.

— Неподалеку живу. Спасибо, что позвал, я тут пока никого не знаю, такая тоска! — она кивнула назад. — Вон там ваш столик?

— Ага. Что ты будешь?

Она посмотрела меню на барной стойке и заказала мороженое с клюквенным сиропом, а потом мы расставили заказ на два подноса и понесли за свой столик. Увидев Дарину, Погосян приободрился и уступил свой стул, а себе взял другой. Юля впилась в Рину взглядом и раздула ноздри, а я оказался между ними.

— Знакомьтесь, — проговорил я, — это Рина, ангел-хранитель нашей команды.

Когда Погосян, как Микроб, обозначил территорию, положив руку на спинку стула, где сидела Рина, Юлю отпустило, и она придвинулась ближе.

Думал, Погосян распушит перед Риной хвост и будет изображать брачующегося павиана, но он будто онемел, заерзал на стуле, поглядывая на нее, как адепт на божество.

— Девочки, а вы — гимнастки! — узнала Леру Рина. — Я — реабилитолог. Так что… хотя лучше ко мне не обращаться. Но если спина болит или мышцу потянуло — всегда пожалуйста.

Лера склонила голову набок и пожаловалась:

— Шея хрустит, и спина.

— Остеофиты, — сходу поставила диагноз Рина, — из-за микротравм, никуда от этого не деться. Но притормозить процесс можно. Если хочешь, я тебе схему распишу, что пить и есть.

— Только у меня ничего не хрустит, — сказала Юля и положила руку на мое колено.

Это видели Микроб и Лера, Рина и Погосян — нет. Так… территорию обозначили. А я, как тот мамонт, которого тюк — и к себе в пещеру. Меня Снежная Королева в Москве ждет, как бы намекнуть Юле, чтобы не обидеть?

За пятнадцать минут до выступления нового президента футбольного союза бар начал наполняться людьми. Пришли качки, поздоровались с барменом и заняли столик напротив плазмы. Еще какие-то парни оккупировали свободный стол. Пятнадцать минут — и полный зал гудит, поглядывает на экран.

Фигурное катание заканчивается. Короткая сводка новостей. В Болгарии защищают исчезающий вид тюленя-монаха и хотят создать огромный заповедник. В Академгородке Новосибирска разработали ноотроп, эффективный при лечении параличей и парезов. Советский Союз разрабатывает спутник-охотник, способные сбивать вражеские объекты не только на земле, но