Миттельшпиль - Михаил Баковец

Защита феода легла на плечи оставшихся дружинников, в том числе и нетерисов, а также на пять десятков наемников и двух магов с Силой чуть ниже средней. Этих людей мне прислали компаньоны, вооружив и оснастив амулетами за свой счет. Прибыв в виконтство, пятьдесят два человека первым же делом принесли мне клятву служения на особом амулете, что обеспечивало их верность на все время найма, которое было обозначено в сто дней. За каждые десять дней я обязался выплачивать отряду по короне, плюс обеспечивать питанием. Насколько мог судить, с дисциплиной отряд хорошо знаком, и беспокоиться за их поведение мне не придется.

На всякий случай, чтобы родовитые компаньоны не посчитали, что я пользуюсь их вкладом в общее дело в личных целях, я отправил Десткару письмо, где сообщал, что еду в пустое королевство за особыми вещами, которые должны помочь облегчить добычу жемчуга.

Да, я перестраховывался где только можно, но кто знает, что и когда пригодится, а? Знал бы, где упаду, то соломки бы подстелил – очень уместная поговорка из жизни.

В фургоны, где лежали припасы и фураж, запрягли рабочих големов. Шестиногих химер решили вести налегке, чтобы сберечь им силы. В одном из фургонов ехал я с Аней, в другом разместились «шпунтики» и Ползун.

Едва только колонна двинулась в сторону Леса, как Ерана гикнула, сдавила лошадь коленями и унеслась в голову отряда. За ней, чертыхаясь себе под нос и стараясь это делать незаметно для жены, поскакал Колька. Следом двинулась пара всадников из его дружины. А за теми я направил двоих чапиидов с глефами, которые отличались высокой ловкостью и скоростью по сравнению с прочими големами, и одного големопса. Прочие четвероногие магические создания попарно охраняли отряд в боковых дозорах.

После того, как вышли из Леса, я приказал сворачивать резко в сторону, уходя с наезженной дороги, которая вела в направлении земного поселения и мегаполиса. Вроде бы и нечасто ей пользуются, но уже успели колеса автомобилей, повозок копыта лошадей да сапоги людей намять отличную грунтовку, которые можно увидеть на Земле вдоль полей. На то, почему я так сделал, имелись две причины. Первая – это опасение, что недавняя массовая экспедиция аборигенов очистила все окраины и разворошила город, как муравейник, и делать там нам нечего и опасно. Вторая – я хотел исследовать противоположную сторону Пустого королевства, куда земляне мало заглядывали. А ведь там, по словам нескольких земляков, пришедших с тех краев, не очень далеко от поселка (чуть меньше суток или сутки максимум пешим ходом) перенеслись два земных поселения – поселок городского типа на десять-двенадцать тысяч населения и небольшой городок на пятьдесят пять или шестьдесят тысяч жителей.

Палыч отказался от, так сказать, разработки этих мест не только в силу расстояния (до мегаполиса намного ближе), но и из-за того, что технике там тяжело передвигаться. Болотистая местность, насыщенная оврагами и дремучими рощами, разрезаемая ручьями и речками. Вот с моими големами пройти будет в несколько раз легче, чем на машинах. Если бы еще не усложняли путь тяжелые габаритные фургоны. Но без них обойтись сложно.

Первая ночь прошла тихо и без происшествий. Днем также обошлось без неприятностей. У меня даже создалось впечатление, что я еду где-то в средней полосе России далеко от обитаемых мест. Но вторая ночь мигом сбила расслабленное состояние.

Проснулся от выстрелов, ржания лошадей и громких криков.

– Что это? – испуганно сказала Аня. – На нас напали?

– Угу, судя по всему, – ответил я, второпях одеваясь и обуваясь.

– И что делать?

– Тебе – оставаться здесь. Ползун станет защищать. А я должен быть среди своих людей.

– А…

– И, бога ради, сейчас просто выполняй, что сказал! – перебил я ее, потом чуть смягчил тон: – Ань, пойми, ты ничем там не поможешь, а подвести – запросто. Я стану защищать тебя, и такое отвлечение внимания от обстановки может стать катастрофичным. Все, я пошел, – я поцеловал девушку и выскользнул на улицу.

От големов, шлющих мне образы, в голове творился кавардак, так что пришлось от этого отключиться. Понял только, что на лагерь напали какие-то обезьяноподобные существа, вооруженные камнями и палками. Вроде бы простые предметы, но пользовались ими нападающие виртуозно! Даже умудрились повредить двух чапиидов и големопса.

Фонари и магические «светляки» быстро превратили ночь в ясный день. И это было очень кстати, так как темнота стояла такая, что собственную руку было сложно рассмотреть. Ко всему прочему оказалось, что обезьянки свет на дух не выносили и быстро удрали в свое логово, едва наш лагерь засиял, как новогодняя елка на Земле первого января.

– Во какие красавцы, – Шацкий бросил мне под ноги существо, похожее на гоблина, заросшего черной густой шерстью. Из-за нее обезьянка казалась крупнее лопоухих злобных карликов, хотя общих черт между теми и этими хватало. – Десятка два накрошили, еще столько же удрали назад.

– Наших кого задели?

– Лично видел, как камнем откололи ногу твоему волкодаву. И пару лошадей утащили внаглую. Пока одни на нас наскакивали, остальные проскользнули к загону.

– А с людьми что? Меня они беспокоят больше, чем мерины и големы.

– Убитых нет, – ответил парень. – Про раненых еще не докладывали. Пойду, узнаю.

– Потом мне скажи.

– Угу.

Через двадцать минут я узнал, что отряд отделался легким испугом. Три поврежденных големов, что исправляется за час при помощи инструмента и легкого кровопускания. Четыре лошади – двух утащили ночные твари, две были ранены и не могли поддерживать темп колонны, поэтому их пришлось добить. Половина дружинников обзавелась синяками и шишками, к счастью, от серьезных травм спасли доспехи, обработанные мной.

Удивительно, но эти мелкие мохнатые гоблы метали камни с такой силой, будто использовали пращу. Несколько таких снарядов попали по фургону, стоящему ближе всего к месту самой жаркой схватки, и проломили ему борт. Не то чтобы насквозь, но две доски треснули пополам.

После подсчета мы все вздохнули с облегчением. Ведь могло быть во сто крат хуже. Не стоит забывать, что находимся в самом страшном и опасном месте этого мира.

Только Ерана ярилась и слала проклятья на голову нападающих, которые утащили ее любимую кобылу. Теперь девушке предстояло пересесть в седло заводного скакуна.

После такой побудки спать расхотелось всем. Так и просидели с оружием в руках и в броне до рассвета, не убирая освещение.