Граф Рысев - 3 - Ande

— Сава, я предложу тебе столько денег, что ты впереди дирижабля побежишь, вооруженный одним лишь ножом. — Я мило улыбнулся.

— Вам не говорили, что вы иной раз используете грязные методы, для достижения цели. Вы же граф, ваше сиятельство, — поджал губы Павлов.

— Ну что вы, какие грязные методы, я же художник, — я продолжал улыбаться. — Там, где кто-то увидел грязные методы, я вижу изящное решение возникшей проблемы. Кстати, что с моей второй просьбой? На каком этапе рассмотрения она находится?

— На стадии переговоров. — Тут же ответил Сава. — Я связался с фабрикой Кротовского, но, вполне возможно, что вам придётся самому связываться с хозяином. Слишком уж большой заказ вы собираетесь сделать.

— Не столь уж и большой. Я больше, чем уверен, что в столице у каждого второго мобилет в ходу. В нашей же дыре я пока только у тебя его видел. — Я задумался, потом нехотя ответил. — Если нужно будет встретиться с хозяином, я встречусь. Но хотелось бы этого избежать. — И я выразительно посмотрел на него.

— Я сделаю всё в моих силах, чтобы избавить вас от хлопот, — Сава снова поклонился.

Я же кивнул Николаю.

— Пожалуй, я поеду домой, покажу приобретение деду. А ты поезжай на Ягодную. Может быть, Сусликов сумел выбраться из этого храма порока и вырвал ещё живого Чижикова из цепких лап очаровательных пираний…

— У пираний не может быть лап, — перебил меня Николай.

— Тьфу, ты. — Я даже сплюнул от избытка чувств. — Нет в тебе, Коля, чувства прекрасного.

— Нет, — подтвердил водитель. — Это вас, ваше сиятельство, вон как распирает. Сразу видно, жениться человек собрался. Да ещё и с выбором угадал. А мне пока пираний с лапами представлять не нужно. Я на той Ягодной с ручками прелестниц найду, если совсем приспичит.

— Так, о чём я сейчас говорил? — острое желание переехать на новой машине кланового водителя только усилилось. Но, дед может не понять.

А вообще, я заметил, что наглеть с графом Рысевым могут себе позволять ПроРысевы. Проблема в том, что их много и они представляют собой приличную такую силу. С которой нужно считаться, и не только зарвавшимся соседям, и охамевшим тварям.

— Вы, ваше сиятельство, о пираньях весьма красочно рассуждали. Видимо вас рассказы о путешественнике Чайкине вдохновили, — напомнил мне Николай, а я только тихонько зарычал в ответ. Водитель понял, что, кажется, перегнул палку, и тут же поправился. — Вы что-то про капитана Сусликова говорили. И про Чижикова.

— Да, поедешь и заберешь этих двоих. Хватит девушкам головы дурить. Им отдыхать нужно, у них вечером работа начинается, а тут ещё днём кого-то развлекать приходится. — Лаконично завершил я свою небольшую речь и сел в машину.

Двигатель завёлся на удивление мягко. Он урчал, если это слово применимо к двигателям. Включив злополучную передачу, я выехал с перрона, оставив там посмеивающегося Павлова, и нарвавшегося на взыскание Николая. Хрен ему, а не испытательный полигон. Лучше будет речь фильтровать и за языком следить. А то, нашёл, понимаешь ли, объект для острот.

Похоже, что Коля сам понял, что встрял. Потому что резко ответил что-то Павлову, сел в машину и двинулся за мной. Всё это я видел в зеркале заднего вида, прежде, чем завернуть за угол.

Скорость плавно нарастала. И вот уже я мчался по улицам городка, а прохожие останавливались, чтобы посмотреть вслед машине, на которой я проносился мимо них. Таких небольших и интересных машин Ямск ещё не видел. Интересно, мы сможем её через портал протащить? Всё-таки большую часть года нам с Машей нужно будет жить в форте во время обучения. А, если она будет ездить на машине, а не бегать по городу пешком, то мне будет спокойнее.

Скорее всего, можно будет. Мою же машину как-то протащили. Не в форте же собирали. Или в форте? Так этот момент стоит уточнить.

Я сам не заметил, как подъехал к дому. Ворота не открывались. Егеря не узнали машину. Хотя, почему не узнали, они её и не знали. Ко мне вышел дежурный. Им оказался Игнат.

— Ваше сиятельство, — опознав меня, егерь тут же принялся с любопытством осматривать машину. — Какой интересный автомобиль.

— Если вы мне ворота откроете, то сможете её рассмотреть получше, — заявил я ему.

— Да-да, конечно, — Игнат засуетился. — Да, тут барон Соколов приехал. Очень хочет с вами о чём-то поговорить. Один приехал, без Марии Сергеевны.

Я пару раз моргнул. А ему-то что здесь понадобилось? Он же совсем недавно уехал. Ворота открылись, и я заехал на территорию поместья. Вот сейчас и выясню, что Машиному дяде доспелось сюда приезжать.

Глава 11

Оставив машину во дворе, чтобы сразу показать её Соколову, я уже хотел зайти в дом, но тут на крыльцо выскочил Тихон и подбежал ко мне.

— Ваше сиятельство, к Сергею Ильичу приехал Дмитрий Фёдорович Медведев, они сейчас беседуют в кабинете его сиятельства. А в гостиной барон Соколов вас дожидается. О чём-то серьёзно поговорить хочет. И его сиятельство велел передать, чтобы вы сразу же к ним шли, как только заявитесь. Так куда вы в первую очередь пойдёте, ваше сиятельство?

— Думаю, что распоряжения главы клана куда важнее, чем просьба о встречи барона Соколова, который совсем недавно уехал от нас. Мог и успеть наговориться. А если бы случилось что-то критичное, то все бы уже давно на ушах стояли. — Рассуждал я, останавливаясь на ступенях крыльца. А вот зачем приехал Медведев — это, конечно, загадка, и она меня интересует гораздо больше, чем Соколов.

Зайдя в дом, я сразу же прошёл в кабинет к деду. Медведев сидел на небольшом диванчике, пил кофе, и о чём-то неспешно беседовал с графом.

— Добрый день, — я прошёл в комнату. Дед кивнул мне, одновременно приветствуя меня и разрешая присаживаться. Пустая дань традициям. Потому что я всё равно бы сел, и дед это прекрасно знает. Всё-таки мы очень многое берём от своих тотемов, а рысь, как известно, не поддаётся тренировке.

— Евгений Фёдорович, я уж начал думать, что не дождусь вашего появления. Дела-заботы, скоро свадьба, всё понимаю, — Медведев улыбнулся, а мне от его улыбки захотелось сбежать подальше.

— Как ваше здоровье, Дмитрий Фёдорович? — спросил я, стараясь сделать лицо как можно более возвышенным.

— Отличное, впрочем, как всегда. Собственно, я прибыл сюда по двум вопросам. Один из них я уже обсудил с Сергеем Ильичом. А вот второй касается именно вас, Евгений Фёдорович, точнее, ваших планов на дальнейшее обучение. Вы не передумали переводиться на мой курс?

— Эм-м-м, — я не могу сейчас ответить на этот вопрос. Просто не могу! Это там в форте всё казалось просто, а здесь в Ямске я уже не уверен, что хочу этого. — Вопрос же вроде бы отложен на сентябрь, — добавил я осторожно и покосился на деда, который задумчиво смотрел на меня, стараясь понять, о чём идёт речь. Ах, да, за всеми этими скандальными помолвками и разрывами оных я совсем забыл рассказать ему о предложении Медведева. Ну, ничего, сейчас он точно всё узнает.

— Вообще, так оно и делается, чтобы будущие курсанты всё ещё раз взвесили, оценили и обсудили в кругу семьи. И это правильно. К сентябрю процентов пятнадцать будущих курсантов неизменно отсеивается по вполне естественным причинам. Это, конечно, печально, но зато позволяет сразу убрать с будущей службы совсем уж «лишних» людей. Так было всегда, с того самого времени, как курсы вообще стали существовать. Но не в этом году.

— И чем же этот год отличается от всех остальных? — я откинулся на спинку стула и максимально расслабился, почти развалившись на сиденье.

— Бал, — трагическим голосом произнёс Медведев. — Традиционный Новогодний Императорский бал в этом году решили провести как-то на редкость грандиозно. Настолько, что приглашения уже рассылаются и то, гонцы выслушивают множество претензий на счёт того, что у людей практически не осталось времени, чтобы собраться.

— Сейчас июль, — напомнил я, прежде всего, самому себе.

— Да я знаю, — кивнул Медведев.

— Новый год в конце декабря, — снова уточнил я. — Чёрт возьми, это всего лишь бал. Даже не юбилей, к чему тут готовиться полгода?

— Это вы, Евгений Фёдорович, у дам спросите. Если не опасаетесь по мордасам получить.

— Кстати, насчёт дам. Как я понимаю, этот бал будет одной из форм моего обучения. Мы не так знатны, чтобы попасть на главный бал империи. — Я прищурился. — Моя жена в приглашении числится?

— Нет, — Медведев покачал