Черный маг императора - Александр Герда

Но среди недели в город старались не кататься — слишком много времени на это уходило. Для этого были выходные. Все равно в «Китеже» делать нечего. Не уроки же учить?

Кстати, я планировал ехать автобусом, потому что с финансами у меня было не очень. Отец оставил мне пятьдесят рублей, которых мне должно было хватить на ближайший месяц, а в местных ценах я пока не очень ориентировался. Единственное, что я знал — пятьдесят рублей в Москве, это совсем немного.

— Со мной поедешь, — сказал мне Нарышкин, когда мы обсуждали с ним поездку накануне.

— Это необязательно, если что. Ничего страшного не вижу, если на автобусе поеду.

— Чего это ты будешь на нем ехать? — спросил он. — Какой смысл нам в Белозерске встречаться, если я все равно туда еду? Да и потом, ты не забыл, что я за тебя теперь вроде как отвечаю? Так что не спорь, Макс, вместе поедем.

Ну вместе, так вместе. Мне-то какая разница? Так даже лучше.

Утром, сразу после завтрака, в «Китеже» началось оживленное движение и суета. Такое ощущение, что вся школа разом срочно выезжала. Я даже не думал, что у нас столько учеников учатся.

Стоянка была забита машинами на любой вкус. Такси, лимузины, спортивные какие-то… Да все, что угодно, я в них не сильно разбираюсь. На особо шикарных вариантах красовались гербы их владельцев, чтобы все видели, кто владелец. Ну это понятно.

Герб был и на машине Нарышкина, на которой мы ехали в Белозерск. Вот только сама машина мне не очень понравилась. Слишком большая. Там человек десять могли поместиться. Хотя вот то, что там конфеты были в специальных ящиках и шоколадки, это круто придумано.

Кстати говоря, у Алексея в Белозерске и квартира была своя собственная. Он там оставаться мог на ночь, если захочет. Нужно было только перед этим коменданта общаги предупредить.

Такие квартиры у многих дворян из школы были, кто мог себе это позволить. После пятнадцати лет могли жить там вместе со слугами, если родители не против. Ну и если преподы из «Китежа» тоже — Дар ведь у всех разный. За некоторыми постоянный присмотр нужен.

Ну а на последнем курсе там уже дворяне и разрешения особо не спрашивают, взрослые уже совсем. Сами решают где им жить. Такие вот дела.

— А что они все туда ломятся? — спросил я у Лешки, глядя на пробки, которые образовались по пути из школы в Белозерск.

— Ну, мало ли… По магазинам походить, кино, рестораны… — он пожал плечами. — Все как всегда. Ты чем в Москве занимался в свободное время?

— Книжки читал в основном.

— Ну это до школы когда, — махнул рукой Нарышкин. — Если книжки каждый день читать, то от них тошнить начинает… Я вот тоже читать люблю, и то надоедает в комнате сидеть. Кстати, я тебе одно место покажу классное на Приозерном бульваре. Там знаешь какие пирожные с вишней вкусные? Ты таких никогда не пробовал!

— Пирожные, это хорошо, — улыбнулся я и съел конфету. — А где магический кристалл продать, покажешь?

— Достал ты со своим кристаллом, Макс. Сказано же тебе — я такими вещами не занимаюсь.

— Вот и плохо, что не занимаешься. Придется самому что-то решать.

— Не придется, — сказал Лешка. — Что ты будешь решать, если никого в городе не знаешь? Да и никто с тобой дел иметь не будет.

— С чего это вдруг?

— Сам подумай, — посмотрел на меня Нарышкин и постучал по голове. — Или тебе мозгов только по Искажениям ходить хватает? Кто поверит, что кристалл твой? Подумают, что ты его дома стащил или еще чего похуже…

— И что? Родителям скажут или в школу?

Вот не хотелось бы сюда вмешивать свою родню. Точно вопросами замучают, где я магический кристалл раздобыл. Не поверят ведь, что нашел… Еще вдруг подумают, что стащил — учитывая их настроение в последние месяцы я не удивлюсь. Придется чего доброго всю правду рассказывать.

— Это как раз вряд ли, — хмыкнул Лешка. — Те, кто такими делами занимаются, как раз родителям твоим может ничего и не скажут, а вот надуть тебя попробуют обязательно. Или вообще — кинут.

— Как это?

— Обманут и денег не дадут.

Ага, как же! Я им тогда не завидую…

— Пусть только попробуют. Я им тогда глаз на жопу натяну, — сказал я, припомнив одно из ругательств деда. — Слушай, а с твоей стороны там в ящике нет «Мишек на севере»? А то у меня тут только одни с ликером остались.

— Нет.

— Жаль. Ты скажи своим, чтобы положили вместо этих на мою сторону «Мишек на севере», если все равно теперь вместе ездить будем.

— Хорошо, скажу, — пообещал Нарышкин.

— Так, а почему мне ничего решать не придется? — спросил я. — Рассказывай свой план. Как мой кристалл в деньги превратится?

— Темников, имей терпение, — обломал меня Лешка.

Я вот такое не люблю — начал говорить, так заканчивай. К чему эти секреты?

Больше мы с ним на эту тему не разговаривали. Так, о всякой ерунде болтали. Вот, например, обсуждали толпы народа, которые в город едут из общаги и оказалось, что куча ребят в ней живет даже имея средства на свою квартиру.

Причем многие так делали. У каждого свои тараканы в голове, что поделать.

— А ты сам? — спросил я у него, когда наша машина въехала в город.

— Что?

— Где жить после второго курса собираешься?

— Не знаю. Я об этом вообще не думал. Год ведь только начался считай. Пока мне вроде бы и в общаге неплохо, а там видно будет, — ответил он и постучал в перегородку между нами и водителем. — На Старую площадь.

— Хорошо, ваше сиятельство, — отозвался тот.

— Что там интересного?

— Место красивое. Хочу тебе начать с него город показывать.

— А-а.

Лешка не соврал, на Старой площади и в самом деле было очень красиво. Да и вообще, райончик очень симпатичный оказался. Его, наверное, еще при царе Горохе строили и с тех пор ничего там не меняли. Даже брусчатка на мостовой осталась.

Хотя нет, что-то все-таки меняли. Вместо деревянных домов каменные поставили. По виду лет сто назад. Ну может и двести. Тоже древние какие-то.

От площади спускалось несколько дорог. Одна из них вела к старой пристани. По словам Нарышкина, сейчас ею уже никто не пользовался, но зато вдоль нее шла довольно симпатичная набережная.

— Откуда-то шашлыками пахнет, — сказал я Лешке, когда мы по ней прогуливались. — Может поедим чего-нибудь? Завтрак часа два назад был…

— Мы, кстати, туда и идем, откуда ими пахнет, — обрадовал меня Нарышкин. — Они здесь, считай, что лучшие в городе. Хотя место и не самое модное.

— Да уж…

Тут он был прав. Набережная хоть и ничего, а вот по самой пристани видно, что она давно не работает. Причалы разбитые, лодки все какие-то грязные, рыбаки подозрительные… Если это ввобще рыбаки.

— Они на нас так смотрят, как будто мы им не нравимся, и они у нас деньги хотят забрать, — честно сказал я Лешке.

— Ну, может быть и не нравимся — это дело такое, — ответил Нарышкин, — А вот деньги они у нас вряд ли будут пытаться забирать. Даже если им очень хочется.

— Почему это?

— Во-первых, Белозерск под личной охраной Его Императорского Величества, — ответил Нарышкин и вызывающе посмотрел на рыбаков. — Здесь ведь постоянно дети дворян болтаются, не будешь же за каждым отряд охраны приставлять. Вот поэтому особое положение действует, и если с кем-то из нас что-то случится — весь город перевернут. Всем на орехи достанется — и кто виноват, и кто не виноват… Так что не трогают нас здесь местные бандиты, понял? Если что, потом свои же кишки выпустят. Им в городе и своих разборок хватает.

— Понятно.

— Во-вторых, мы же все одаренные, можно без задницы остаться запросто. Да и чего к нам лезть? Мы с ними никак не пересекаемся, что у нас с ними может быть общего? Ничего. Ну а грабить они местных предпочитают. Ты лучше своих стерегись, Темников… Вон на тебя Бубнов зуб точит…

— Да пошел он… — отмахнулся я. — О! Смотри-ка! Парень из нашей школы за столом сидит! С третьего курса, кажется.

— Ну да, — кивнул Алексей. — Не просто сидит, а нас дожидается. Кстати, он не с третьего курса, а с четвертого.

С четвертого? Это ему семнадцать лет получается? Ого! Ну и зачем он нас здесь дожидается, интересно знать?

Мы подошли к столику, который стоял совсем недалеко от воды и был отгорожен от нее сложенным из сухого камыша забором.