На краю Империи - Иван Гвоздик

Матрос огляделся и увидел, как похожую судьбу повторили ещё десяток морских разбойников.

Роб, пронёсшийся мимо лежавшего матроса, без страха врубился в кучу пиратов, размахивая булавой в разные стороны. На палубу стали падать подкошенные тела с проломленными черепами.

Иллейв ловко орудовала мечом, отбивая неумелые удары нескольких противников. Её меч словно танцевал в руках умелой воительницы. Тела пиратов падали одно за другим; её пытались окружить, насесть толпой, но появлявшийся тут же Пабло разбивал неумелые попытки пиратов. Словно вестник смерти, он разбрасывал вокруг волны кинетической энергии, ломающей кости людей с поразительной лёгкостью.

— Врубай блокирующее поле! — взревел Червонец, с яростью смотря на картину вокруг себя.

В этот момент всё изменилось: над кораблём зажужжал висящий на шпиле шар. Пабло почувствовал, как сила больше не желает покидать его тело; она закупорилась внутри, делая его обычным человеком.

— Прикончите мразь в капюшоне! — зло рычал Червонец, верно оценив уровень опасности.

Пираты рванули к Пабло; на их пути появился Роб. В него тут же стали врубаться клинки и топоры, но не причиняли никакого вреда. Роб же мощным ударом подловил одного из бойцов, сменная ему лицо булавой и отправляя в короткий полёт.

В руке Пабло появился артефактный жезл. Он тут же зашипел, выпуская мощный заряд электричества. Пираты судорожно забились в агонии; их тела обугливались, рты сжимались, кроша собственные зубы, и они падали чёрной, воняющей массой на землю.

Отбросив в сторону ставший бесполезным артефакт, Пабло огляделся, оценивая обстановку. Вокруг валялось множество мёртвых пиратов, но пятеро из имперских моряков тоже больше не ступят на землю.

Пабло уловил движение сбоку и отскочил в сторону. Короткий меч просвистел рядом с его ухом. Юнец, одетый как оборванец, с искажённым злобой лицом, бросился в новую атаку на Пабло, но неожиданно возникшее в руке наёмника копьё поставило крест на всех планах. Малец, не ожидавший такого, просто не успел затормозить, насаживаясь на странного вида копьё — толстое древко и тонкое, почти как игла, остриё.

С хлюпаньем и треском наконечник вторгся между рёбрами, причиняя острую и мучительную боль. Малец взвыл; рот тут же наполнился кровью, и искажённое болью, страхом и отчаянием лицо словно не верило в то, что сейчас происходит.

Пабло выдрал копьё, и стонущее тело рухнуло на палубу. Всё вокруг уже окрасилось кровью. Она пропитывала древесину, проникала сквозь щели и бурными ручьями струилась на нижнюю палубу.

— Нас задавливают! — к Пабло подлетел один из матросов. — Используйте же свою силу!

— Не могу, они включили блокиратор. Нужно его уничтожить, и сделать это быстро, но я не знаю, где он и как выглядит — ответил Пабло, переступая через тело мальчика-пирата, внимательно оглядываясь по сторонам. Роб всё ещё держался; одновременно его пытались пробить десять пиратов. Они уже вытащили рыболовную сеть и пытались запутать его в ней, но Роб пока держался. Иллейв ловко билась плечом к плечу с четвёркой имперских моряков, сдерживая шестерых пиратов.

Пабло понимал, что скоро инициатива покинет их, и тогда трагедии будет не избежать, но чёртов блокиратор всё портил.

— На морских кораблях блокираторы — редкость, но если его и устанавливают, то делают это на одной из мачт. Он выглядит как шар.

Пабло проследил за пальцем матроса. И вправду, над ними, на одной из мачт, был установлен стальной шар, поблёскивающий золотистым светом.

В руке Пабло тут же появился жезл, который выпустил, невероятный по мощи, гудящий огненный шар. Тот врезался в основание блокирующего артефакта, сжигая крепления и заставляя его рухнуть на палубу, а потом и вовсе скатиться за борт.

Тут же сила вышла из Пабло бурлящим океаном, захлестнув всё вокруг. Она огибала союзников, но была беспощадна к врагам. Телекинез пронёсся по всей палубе, перемалывая в труху попадавшиеся на пути ящики, бортики, деревянные конструкции. Ужасный скрежет и грохот наполнили всё вокруг. Но этот скрежет мерк по сравнению с криками боли и ужаса.

Пираты словно попали в безумную мясорубку, их подхватывало, скручивало и перемалывало в искорёженные груды мяса. Сложно представить более кровавое зрелище. Алая жидкость бурными потоками текла по дереву палубы: она покрыла собой всё вокруг, даже паруса и ограждения.

На мгновение всё затихло.

Ветер шумно трепал паруса, израненные матросы издавали болезненные стоны. И шаги — хлюпающие в море крови, оглушающие и громкие в этой атмосфере.

— Великое небо… — прошептал матрос, вновь подойдя к Пабло, с ужасом в глазах оглядывая всё вокруг.

— Пабло, а вот и главный! — раздался звонкий голос Иллейв, и Пабло оглянулся. Она быстрыми шагами подбежала к нему, а позади шёл Роб, волокущий за собой покрытое гематомами тело.

— Этот пытался запереться в капитанской каюте — пробасил Роб и швырнул к ногам Пабло тело Червонца. Тот проскользил по кровавой палубе и уткнулся в подошву ног наёмника.

— Пощадите! — трясясь, взмолился Червонец. По нему было видно, что он очень сильно напуган. Как только Главный пират увидел тот ужас, что творится с его подопечными, как их словно пережёвывает невидимая сила, а они только и могут, что орать, Червонец рванул в свою каюту, надеясь связаться с Лихим Джеком, ведь тот был его последней надеждой. Но каменный человек выбил дверь и, отобрав связующий камень, приволок его сюда.

— У него должен быть связующий камень — зло произнёс матрос, смотря на бледного Червонца.

— Вот эту хрень он держал в руках — Роб небрежно бросил камень в сторону Пабло.

— Интересная вещица — хрустальный шар, изменив направление, сам прыгнул в ладонь наёмника. Пабло задумчиво покрутил его в руках, пытаясь понять, как тот работает.

— Тем не менее, бесполезная. Такие камни настраиваются на определённого адресата. Вероятнее всего, этот звонит на связующий камень Лихого Джека — снова подал голос матрос.

— Как с него позвонить? — спросил Пабло, посмотрев на Червонца. Который даже сжался под этим взглядом.

— Нужно приложить ладонь к поверхности и произнести «связь».

Поверхность связующего шара была гладкой и приятной на ощупь. Пабло приложил ладонь в перчатке к этой поверхности, произнося