Гений Медицины. Том 5 - Игорь Алмазов

Начал читать подготовленную лекцию, про лекарскую магию, аспекты, способы прокачки и её возможности. Упомянул и про лечение ВИЧ-инфекции, разумеется.

Насколько я знал, Жирков уже вовсю гонял Енина, чтобы тот освоил этот метод. Сам Жирков уже успел вылечить одного пациента, но жаловался, что уходит слишком много магии.

— У меня вопрос, — разумеется, Владислав Сергеевич не мог промолчать. — Вы так весело рассказываете про свой метод. И вас не смущает тот факт, что выходила статья, о том как ваш метод нанёс вред пациентке?

— А сегодня вышло опровержение, можете прочитать, — с улыбкой посоветовал я ему. — Я-то думал, что у вас возник вопрос по лекции. Вы всё поняли?

— Конечно, я всё понял, — покраснел от злости он. — Просто я считаю, что незачем заново возрождать мёртвую лекарскую магию, когда существует алхимия.

Как-то слишком яро он защищает алхимию. Я знаю, что гильдии алхимиков уже нет. Но возможно, он один из её последователей? Или как-то связан с фармакологическими компаниями.

Либо же он просто питает ко мне личную неприязнь. Пока не разобрался.

— Я не припомню, чтобы препаратами можно было вылечить ВИЧ-инфекцию, — отрезал я. — Но это ваше дело. Если не хотите пользоваться магией — я заставлять не буду. Просто тогда и на лекции мои не ходите, не отнимайте у всех нас время.

Тем самым я окончательно заткнул Кравцова. После этого было пара вопросов по теме, на которые я с удовольствием ответил. А затем руку поднял тот самый мужчина в чёрном костюме.

— Добрый день, — голос у него был странный, словно гипнотизирующий. — Меня зовут Феликс Александрович, я врач-патологоанатом.

По рядам пронеслись шепотки:

«А, так это и есть новый патологоанатом».

«Какой странный!»

«Раньше никогда его не видел, но вроде он у нас уже несколько недель»

Теперь понятно, почему многие его не знали. Приняли его к нам недавно.

— У меня вопрос, — продолжил Феликс Александрович. — Вы так много времени уделили именно лечению через аспекты лекарской магии. А что насчёт патологоанатомического аспекта? Почему вы ничего не сказали про преимущества этой магии?

— Потому что это вопрос я не изучал, — спокойно ответил я. — И потому что кроме вас это никому бы не понадобилось.

— Логично, — патологоанатом мрачно улыбнулся. — Хорошо, а как вы думаете, остальные аспекты можно применять на мёртвых людей? Даже не так, сколько времени после смерти человек ещё будет реагировать на магию?

А Шуклин был прав, патологоанатом очень странный. Даже не знаю, что страннее: его вопросы, или его взгляд холодных серых глаз и гипнотизирующий голос.

— В период клинической смерти ответ на магию будет, и человека ещё можно спасти, — на вопрос всё-таки надо было ответить. — А затем тело перестанет откликаться на магию.

— Интересно, — Феликс Александрович улыбнулся своим мыслям. — Спасибо за ответ, Константин Алексеевич.

Многие поёжились от этого короткого диалога.

Признаю, Павел, ты был прав. Патологоанатом действительно не без странностей.

Надо будет, чтобы Клочок за ним последил. Хотя это и проблематично, мой крыс боится мёртвых.

«Ничего не боюсь. Просто морг — не самое подходящее место для приличного крыса» — поспешил заявить Клочок.

Первая лекция была закончена. В целом, прошла она очень даже неплохо. За исключением Кравцова и вопросов от патологоанатома.

Остаток субботы прошёл в стандартном режиме. После работы я заскочил домой переодеться, и мы с Клочком направились в ресторан, где договорились встретиться с Фетисовой и Никитой.

Они уже ждали за заказанным столиком. Сначала мы просто ужинали, и обсуждали мелкие новости. Тему их помолвки я не поднимал, хоть Никита и называл уже Фетисову «невестой», никакие шаги он ещё предпринять не успел.

Поэтому просто говорили про работу, мою лекцию, дела Маргариты. Никита признался, что уже несколько раз ходил в храм на медитации по моему совету, и тоже активно тренирует магию.

— Ты пришёл поговорить про показания, — наконец, перешла к важной теме Фетисова. — Мы с Никитой долго это обсуждали, и решили, что я просто не могу стоять в стороне. Я очень сильно опасаюсь огласки среди высшего света, но… Я готова, ради тебя.

— Ты спас жизнь моей Маргарите, — добавил Никита. — Поэтому это меньшее, чем мы можем ответить.

— Я это очень ценю, — улыбнулся я. — Я задумал разобраться с научным центром, который проводил экспериментальное лечение. Ведь Маргарита не единственная, кто пострадал. И этот центр необходимо закрыть, а виновных наказать.

Я думал об этом сразу же после того, как вообще узнал о нём. То, в каком состоянии была Фетисова… Да если бы не моя магия, один Великий Ткач знает, что бы произошло!

— Показания действительно нужны, — добавил я. — Я поговорил с полицейским, и он обещал гарантировать полную безопасность и анонимность Маргарите. Но одних только её показаний будет мало.

— Нужны ещё пострадавшие? — первой догадалась Фетисова.

— Именно, — кивнул я. — Я хотел спросить, возможно, ты видела кого-то в коридорах центра, или в очереди.

— Нет, — подумав, покачала она головой. — Это и пугало, там вообще не было других людей. Только девушка на ресепшене, да врач.

Никита поморщился. Он всё ещё корил себя за всю эту историю. И теперь наверняка представил, насколько страшно Маргарите было ходить на это «экспериментальное лечение».

— Никита, а как ты узнал про центр? — решил я пойти другим путём.

— Нашёл их в интернете, — ответил тот. — Почитал отзывы. Сайт выглядел вполне прилично, обещали стопроцентный результат…

— Это ты уже говорил, — прервал я его. — Так, значит через интернет. Думаю, один из путей поиска пострадавших — тоже через интернет.

— Позволь мне тебе помочь! — воскликнул Никита. — Я, правда, до сих пор сожалею и хочу реабилитироваться. Я могу создать объявление в интернете, по поиску пострадавших. Пообещаю анонимность для них и наказание для виновных. Может, кто-то и откликнется.

Я решил не препятствовать его попыткам помочь. Пускай делает объявление, тем более что в интернете даже Клочок разбирается лучше меня.

«Что значит даже?» — мгновенно возмутился он.

«Не подслушивай» — усмехнулся я.

Так, путь с интернетом надо попробовать. Но только его мало.

— Хорошо бы ещё попытаться поискать списки пациентов прямо в центре, — вслух произнёс я. — Не для личного пользования, а именно для поиска других пострадавших. Например, если Маргарита Фетисова вновь придёт в центр, и будет требовать денежную компенсацию.

— Я бы не хотел, чтобы моя девушка… — нахмурился Никита.

— А это будет и не она, — прервал я его.

Они переглянулись, с недоумевающим выражением лица.

— Запрещённое зелье, меняющее облик, — снова первой догадалась Фетисова. — Я