Судьба убийцы - Робин Хобб

– Шут, – еле слышно выдохнул я, всматриваясь в погруженную во мрак темницу.

Увидев его бледное лицо, закрытые глаза, вытянутую белую руку на полу, я внезапно со всей уверенностью понял: Шут принял яд, который взял у меня. В глазах потемнело. Я не мог отвести от него взгляда, не мог вымолвить ни слова. Я сам дал ему эту смерть. Он принял ее. И вот мы здесь и не можем ничем ему помочь. Зачем я это сделал?

Послышалось тихое позвякивание.

– Принесите кто-нибудь свет! – тихо сказала Спарк.

Я повернул голову. Спарк стояла рядом со мной, ковыряясь отмычками в очень старом замке. Подошел Лант, держа лампу-чайник двумя руками. Поставил ее на пол у ног Спарк. Это мало помогло ей, но она не сдавалась. Я разглядывал Шута в неровном свете лампы. Кровь на его лице. Он умер один в темнице. Возможно, это лучше, чем если бы его подвергли пыткам, как он опасался, но мне от этого почему-то было не легче.

– Хватит. Слишком поздно. Надо найти Би, – шепнул я Спарк.

«Би, – твердо сказал я себе. – Думай только о Би». Но Спарк вдруг, крякнув, развела отмычки в стороны, и замок поддался. И я не удержался – толкнул дверь, вошел в камеру и встал над своим мертвым другом. Неужели придется оставить его тело здесь? А есть ли у меня выбор? Остальные сгрудились у двери, глядя, как я склонился над ним, чтобы стереть кровь с его лица.

Ночной горшок не задел мою голову лишь чудом. Он со свистом рассек воздух рядом со мной и с грохотом врезался в стену. Я едва успел вскочить на ноги, как Шут двинулся на меня, скрючив пальцы и норовя выцарапать глаза.

Я поймал его за руки и крепко прижал к себе, повторяя:

– Шут, Шут, это я, Фитц… Шут, перестань, это же я!

Еще мгновение он был весь как натянутая струна, а потом обмяк так, что с трудом устоял на ногах.

– Капра, – невнятно выговорил он разбитым ртом. – Я думал, придет Колтри. С раскаленным железом. А она будет смотреть.

– Нет. Мы все здесь, мы пришли за тобой и за Би, чтобы вернуть ее домой. Шут, ну зачем ты пошел один? – задал я вопрос, терзавший меня весь день.

– Идите к Би. Тюрьма на крыше. Ее держат там. И Прилкопа тоже.

– Да, Пеструха нам так и сказала. Мы найдем Би.

Он уперся ногами в пол. Я дал ему перенести на них часть веса, но продолжал поддерживать. Пока вел Шута к двери, он, хватая ртом воздух, говорил:

– Чтоб спасти Би. Из-за меня ее похитили. Я привел их к ней. И чтоб убить их. Самому сделать грязную работу. Исправить то, что натворил. Чтоб на этот раз быть Изменяющим. Ты ведь говорил, что я могу.

– Позвольте мне помочь, – сказал Лант и подхватил его с другой стороны.

Спарк наклонилась заглянуть Шуту в лицо и спросила:

– Он тяжело ранен?

– Не знаю. Шут, я испугался, что ты принял яд, который я дал тебе. Но ты этого не сделал. Ведь не сделал же?

– Не мог. Хотел, но не мог. Ведь Би еще у них. Я не могу умереть, пока все не исправлю, Фитц. – Кровь снова потекла у него из носа, он втянул ее и с гордостью заявил: – Я прикончил двоих из них. Кажется. Я пробрался в комнаты Колтри. Так вышло, что мне пришлось спрятаться на его лестнице, и я подумал, почему бы заодно не подняться к нему и не оставить несколько подарочков. Его не было. Надеюсь, я все сделал правильно. Смазал кромку его кубка. Подмешал в вино, чтоб уж наверняка. И втер порошок в его подушку и простыни. И еще смазал засов на двери, – говорил он срывающимся голосом, пока мы вели его к выходу из темницы.

– Этого должно хватить. – На самом деле такого количества яда хватило бы на дюжину человек. – Наверняка, – добавил я. И спросил: – А как ты убил Симфэ?

– Не Симфэ. Капру. Она стонала, когда ее уносили. Думаю, я убил ее. Я дважды ударил ее ножом в живот. – Он покачнулся, привалился ко мне, но решительно выпрямился. – Нож я потерял. И плащ-бабочку.

– Невелика цена за такое.

– Я нашел бочку с водой, но не знаю, насколько вода чистая, – с тревогой сообщил Пер.

– Вода? Чистая или грязная, дай мне попить!

Мы подвели Шута к бочке. На ее краю висел черпак; Пер набрал в него воды и подал Шуту. Выпив, следующий черпак Шут вылил себе на голову и потер ладонями лицо. Мокрые волосы облепили его голову, и он стал выглядеть древним стариком.

– Еще, – потребовал Шут.

Мы ждали, не говоря ни слова.

Когда он остановился, Спарк спросила:

– Кроме ушибов, синяков и рассеченной брови, есть еще раны?

Он поморщился, обнажив в усмешке окровавленные зубы, и сплюнул:

– Меня били дубинками. Много. И еще пинали ногами. Грубо, но не прицельно. Думаю, настоящие побои они приберегли до тех пор, когда на них сможет полюбоваться Капра. Но я надеюсь, что она уже мертва. Фитц, мои раны не имеют значения. Надо найти Би. Когда я видел ее, она была в тюрьме на крыше замка. И Прилкоп тоже где-то там. Я думал, они посадят его сюда вместе со мной, но не посадили. – Он приостановился, прижимая руку к боку, потом закашлялся, и я содрогнулся вместе с ним.

– Я ведь говорил, Пеструха разыскала ее и сообщила нам.

Сколько же раз его били по голове?

Помолчав, Шут сказал:

– Ну да, конечно. Надо было с самого начала заслать ее сюда.

– Это Пер додумался. – Я покосился на парня, и тот усмехнулся.

Он уже успел оттащить от стола тело стражницы и выдвинуть стул для Шута. Я кивнул ему – мол, правильно сделал. Мы помогли Шуту сесть, и Пер вернулся к бочке, чтобы помыть руки и напиться. Я снова повернулся к другу:

– Мы отправимся за Би прямо сейчас, Шут. Провести ее тайком по насыпи не получится: когда Симфэ умерла, Слуги закрыли ворота. Мы в ловушке, одна надежда – что ты сумеешь найти подземный ход, идущий под насыпью.