Испытание на прочность - Алексей Ильин

Для Лето он звучал, словно музыка, словно… он не мог объяснить, просто слушал, по-прежнему не веря, что это говорит Нари, его Нари. Перебивать ее и лезть с какими-то своими словами казалось чуть ли не святотатством, поэтому он просто обнял подругу, а после коротких раздумий бросил на стол купюру и поднялся на ноги:

— Идем!

Нари привычно подстроилась к его шагу.

Они снова нырнули в хитросплетения нейтралки. Лето всерьез опасался, что не найдет снова то место — дорогу-то он на общих впечатлениях почти не запомнил, но улочки и переулки словно сами собой вывели куда надо.

И вот опять огромное граффити, и Микаэла смотрит на пришедших сверху вниз, но теперь ее взгляд пристален и строг.

— Постой тут, — Лето оставил подружку шагах в десяти от изображения, сделал глубоких вдох и подошел к стене. Внутри все дрожало, будто перед схваткой.

— Спасибо тебе. Я обещаю защищать Нари, не щадя себя и ничего не жалея для нее. Обещаю, что она первая получит еду, а я возьму только второй кусок. Обещаю не связываться ни с какими другими девчонками.

Он сглотнул ком, застрявший в горле, и, продолжая неотрывно смотреть в глаза Фортуне Микаэле, осторожно сделал шаг назад.

— Надеюсь, ты хорошо понимаешь, что сейчас сделал, — прозвучал за спиной спокойный и очень серьёзный голос.

Лето немного испуганно оглянулся и увидел стоящую на входе в переулок Су Мин в сопровождении тройки бойцов.

— Назад такие слова уже не возьмешь, — сказала она, даже не пытаясь скрыть потрясение от его поступка.

— Он понимает, — повернулась к Старшей Нари, четко выговаривая каждое слово.

Брови Су Мин взлетели вверх. Да, такого искреннего удивления ребята на ее лице не видели ни разу.

— Понимает, — повторила девочка, а потом подошла к другу и, запрокинув голову, посмотрела в глаза Микаэле.

— Обещаю, что всегда буду с ним, — Нари коснулась руки Лето. — Обещаю, что не предам и не брошу, что бы ни случилось. Обещаю не ревновать, не жаловаться и делить с ним как везение, так и неудачи.

Су Мин, похоже, только после этих слов окончательно поверила в происходящее, сделала шаг в переулок и долго — минуту, а то и две — молча смотрела на изображение. Затем так же молча подошла к стене и, выщелкнув патрон из магазина, положила на землю — к ногам Фортуны Микаэлы.

Та внимательно смотрела на зрителей. Ее лицо было спокойно, а в уголках губ словно пряталась улыбка.

* * *

Лейтенант Бэнсон сидел под тентом на крыше компункта КПП и задумчиво смотрел на Ту сторону. Было тихо. Только ветер иногда шелестел. Уединение прервал шорох откинувшегося в полу люка. На крышу легко выбрался мужчина в серой полевой форме без знаков различия. Куратор операции от корпуса рейдеров.

— С тебя прямо фото можно делать «Хозяин Периметра», — не утруждая себя приветствием, сказал прибывший.

— Не, — Бэнсон лениво придвинул ему ногой второе кресло, — для такого снимка еще надо двух девчонок. На левое колено — запериметровую, а на правое — корпоратку. И надувной бассейн с пеной.

— Умеешь отдыхать! — засмеялся куратор, садясь. — Но после такого загула операцию придется сворачивать.

— Эх, — неискренне вздохнул лейтенант, — так и останусь обычным периметровым офицером со скучной биографией. К делу?

— Да, — кивнул собеседник. — Помнишь, я тебе говорил, что не надо суетиться, просто работай, и все придет? Ну вот, ты, считай, добрался до самых верхов. Выше Ли Янь сложно представить высоту. Но учти: она, скорее всего, уже знает, на кого ты работаешь.

— Откуда тебе это известно?

— Оперативные расклады.

— Это отменяет операцию?

— Нет, просто учитывай, что бонза знает.

— А та девчонка-курьер? Ну, узкоглазая. Она действительно партнер Ли Янь или врала?

— Врать о таком — это надо быть очень смелой и глупой. Лови, — куратор перекинул с коммуникатора видео, которое лейтенант незамедлительно развернул на своем визоре.

По ночной улице шла та самая узкоглазая. Правда, теперь язык не поворачивался назвать ее девчонкой. Алое обтягивающее платье, крошечные серьги-гвоздики в ушах, высокие каблуки… Женщина! Изящная, фигуристая, точно знающая себе цену. Опасная.

Вот перед ней распахнулись двери роскошного особняка. Гостью встретил вежливым поклоном Абэ Такеши — правая рука Ли Янь! Женщина прошла в дом, следом за ней, не сдав оружия, беспрепятственно двинулась тройка прикрытия.

Затем фрагмент уже другого видео. Выход Ли Янь в день Праздника, и всё та же женщина, идущая сразу за бонзой, но на этот раз не в алом наряде, а в темно-синем и крохотной шляпке с вуалью.

— Она действительно младший партнер Ли Янь, — сказал куратор. — А заодно восходящая звезда наемников.

В визоре появилось извещение о полученном инфопакете.

— Прочти, поразмысли. Человек эта «девчонка-курьер» весьма полезный. Для налаживания рабочих отношений можно, например, нанять ее людей.

— Она тоже знает, что я работаю на корпус? — уточнил Бэнсон.

— Даже если не знает, скоро будет знать, Ли Янь ей уж точно сообщит. Но, думаю, проблем из-за этого не возникнет.

* * *

В СПА-кабинете играла мягкая успокаивающая музыка и приятно пахло ароматическим маслом. Массажистка двигалась бесшумно, сильные умелые руки скользили по спине и плечам лежащего на массажном столе мужчины.

— Герр Клейн, — вдруг нарушил медитативный покой голос из замаскированного под потолком динамика. — Ваши внуки опять начинают ссориться.

Мужчина поднял правую руку, и массажистка, поняв жест, накинула на спину клиента легкую простыню, а сама деликатно отошла в сторону.

Рихард сел.

— Когда дойдет до драки?

— По моим подсчетам — минут через пять, — сообщил динамик голосом старшего телохранителя внуков. — Десять минут назад они уже начинали, но в тот раз сумели помириться.

— Ну, потому я и здесь. Спасибо, что сообщили мне об имеющейся тенденции. Приводите их через четыре с половиной минуты.

— Будет сделано.

Рихард оглянулся на массажистку, та, снова все поняв без слов, протянула ему длинный мягкий халат. Да, персонал в этом развлекательном комплексе был вышколенный и очень профессиональный.

Дождавшись, пока уважаемый клиент перейдет с кушетки в удобное кресло, девушка подала ему горячий травяной чай с сухофруктами, после чего негромко сказала:

— Я оставлю вас, герр Клейн.

— Благодарю, Анджела, — произнес он, и массажистка благодарно улыбнулась: всегда приятно, что для высокопоставленного человека ты не безликая сотрудница-семь, а человек с именем, которое он потрудился запомнить.