Дефицит белка - Леонид Каганов

— Подышите.

— Обижаете! — нахмурился Yo-630 и длинно выдохнул на зеркальце.

Городничий долго смотрел на зеркальце под разными углами и даже потер его фалангой, но ничего не нашел, и в конце концов спрятал в сумку.

— Что везем? — он заглянул в кузов и лениво потыкал метелкой баллон.

— За смазкой в город едем, — ответила Wala из кабины.

Городничий поднял окуляры, глянул в кабину и оглядел ее с нескрываемой симпатией:

— И откуда мы едем, такие красивые?

— Из Миссии терапевтической общины Церкви Единоверцев Левой Резьбы.

— Ну, так бы сразу и сказали! — городничий понимающе махнул метелкой. — Удачных покупок!

— Храни вас Господь! — улыбнулась Wala.

На подъездах к городу появилось много машин, а над трассой заблестели рекламные плакаты. Yo-630 смотрел на дорогу, а вот Wala вертела головой, разглядывая их — похоже, она тоже сильно истосковалась по городу.

— Смотри, смотри! — вдруг с отвращением прошипела она и с лязгом ткнула его в бок.

Yo-630 повернул голову.

На приближающемся плакате виднелась колба. Витиеватая подпись гласила: «Вода 'Горная' высшей очистки — праздник на вашем столе!» — Подонки! — произнес Yo-630, непроизвольно глотнув. — Нашей смертью торгуют! Они бы всех нас ядом залили, лишь бы заработать!

— Прости их, Господи… — Wala снова прикоснулась ко лбу двумя фалангами.

— А чего их прощать? — Yo-630 яростно дернул ручку газа и машина откликнулась облаком свистящего пара. — Их бы всех поставить к стенке — и рассверлить!

— Да разве ж они виноваты?

— А кто? Кто виноват?!

— Кто заливается — те и виноваты.

— Так запретить надо — и не заливались бы!

— Так был уже сухой закон, — вздохнула Wala. — И что, помогло? Все начали гнать из водорода. Хорошо, хоть сейчас цены подняли. А то бы уже давно все окислились.

Yo-630 ничего не ответил.

Вскоре машина въехала в город и покатилась по улицам.

— Теперь направо, — говорила Wala. — На перекрестке прямо… Да, да, прямо… И вот в тот переулок. Ага. Слева будет лавка — видишь, вывеска? Вот туда.

В лавке оказалось сумрачно, но уютно. По стенам стояли самые разнообразные колбы, бутыли, термосы и банки. Wala звякнула колокольчиком, и появился из подсобки пузатый хозяин. Увидев ее, он улыбнулся и так приветливо всплеснул манипуляторами, что Yo-630 даже ощутил неожиданный, и от того особенно удивительный укол ревности.

— Доброго вам дня, господин Foro! — поклонилась Wala.

— А где старик Zozo? Как его драгоценное здоровье? — хозяин оглянулся и с удивлением осмотрел Yo-630.

— Мастер Zozo здоров, но молится. А это брат Yo, мы приехали за маслом.

— Конечно, конечно. А где э-э-э… — хозяин прищурил заслонки окуляров и многозначительно пощелкал фалангой манипулятора. — Где баллон?

Yo-630 сходил к машине и принес баллон.

— Поставь-ка его в угол, брат, — произнес Foro. — Осторожно, осторожно. Ага, вот так.

Он подошел, внимательно осмотрел баллон, осмотрел замок, и пощелкал по нему фалангой. Баллон ответил глухим звоном.

Foro ушел в подсобку и тут же вернулся, вручив Yo-630 точно такой же баллон и две банки силиконового солидола. Одна была сплющена с краю.

— Что ж так? — нахмурилась Wala. — Мастер Zozo будет недоволен. Скажет, что мы помяли.

— Хорошая, хорошая банка! — замахал манипуляторами хозяин. — Только не переворачивайте ее, чтоб не потекло… Другой нету. А вам — вот подарок в дорожку, — он снял с полки жестянку и протянул ее Wala.

— Слабоводный коктейль?! Нам?! - возмущенно дернулась она.

— Безводный! Совершенно безводный! Вот написано, видите? Вода — 0%. Детский безводный коктейль.

— Точно безводный? — Wala недоверчиво оглядела жестянку.

— А как вы думали, что ж я, совсем не понимаю что ли? Братии из Миссии воду предлагать? — ухмыльнулся хозяин.

* * *

Wala предложила погулять по парку, и Yo-630 с радостью согласился. Заперев баллон с маслом и банки с солидолом в кабине, они пошли вдаль по переулку. Вскоре постройки расступились и под ногами заскрипела кремниевая крошка. Прошагав по дорожкам, они вышли к фонтану и сели на лавку. Фонтан ярко сиял на солнце, а иногда на кремниевые плиты за бортиком падали тяжелые капли и тут же рассыпались сотнями шариков.

— Господи, как красив мир! — с чувством произнес Yo-630 и поднял вверх манипуляторы.

Ему захотелось обнять Wala или просто положить манипулятор на ее корпус, но он постеснялся.

— Воистину, Господи! — откликнулась Wala, коснувшись лба двумя фалангами.

Они немного посидели молча. Наконец Yo-630 скосил окуляры на банку и пошевелил ротовыми пластинами.

— Жарко сегодня… — произнес он смущенно. — Давай уже, может, это…

— Конечно-конечно! — тут же откликнулась Wala. — На, открывай!

— Почему я? Открывай ты! Уступаю!

— Ну, хорошо-о-о… — Wala кокетливо прикрыла шторки окуляров и одним ловким движением свернула крышечку.

Зашипело пузырящееся масло. Wala настороженно поднесла жестянку к окуляру, а затем обмакнула фалангу, отряхнула ее и осмотрела со всех сторон.

— Как бы не сдохнуть в одночасье… — озабоченно произнесла она. Но пленка была ровной. — И точно, чистое масло, — улыбнулась Wala.

И вдруг резко поднесла банку к ротовой воронке, жадно плеснула внутрь сразу половину, зажала воронку вторым манипулятором и надолго запрокинула голову. — Господи, хорошо-то как… — наконец выговорила она, протягивая Yo-630 жестянку. — И, главное, ощущения почти как настоящие! Не как обычное масло.

Yo-630 аккуратно взял жестянку, заглянул внутрь и с уважением покачал головой: он мог бы поклясться, что там оставалась ровно половина с точностью до капли. Запрокинув голову, он плавно и медленно влил в себя остатки ровной струйкой, чувствуя, как восхитительная прохлада растекается по всему масловодному тракту. На миг ему даже показалось, что в голове зашумело, и появилась такая знакомая блаженная невесомость в манипуляторах. Но только на миг.

— Вообще, конечно, в этом есть какой-то обман… — произнесла рядом Wala, задумчиво прищурившись. — Не то.

— Не то, — согласился Yo-630.

— Зато — богоугодно, — подытожила Wala.

— Это точно, — кивнул Yo-630.

Он хотел кинуть жестянку в урну, но Wala отобрала ее, перевернула и придирчиво выдоила последнюю капельку. Они посидели молча, глядя на черную тень от струи фонтана. Тень танцевала на плитках.