Хранители - Матильда Грин

Она прервала сама себя и замолчала. С минуту еще она смотрела на что-то рядом со мной, потом закрыла глаза руками и глубоко вздохнула.

– Мне грустно от этого, – прошептала Арина, – и хочется плакать.

Она смотрела на меня с горестным сочувствием. Я только таращил глаза, всё еще ничего не понимая.

– Этот человек, – объяснила она, – подошёл к тебе с очень грустным лицом. И укрыл тебя этой тканью. Она не похожа на одеяло, но он словно хотел тебя завернуть в него. Но он был несчастен оттого, что ты отворачиваешься и не хочешь этого. Потом он отошёл к какому-то странному белому ложу, лёг на него и уснул….

– У тебя умер кто-то из родных? – спросила она тихо.

– Мама, но это было очень давно. Я тебе говорил.

– Твой отец скорпион по китайскому гороскопу?

Я задумался…..

– Я не силён в гороскопах, у него день рождения 15 ноября.

– Да, это скорпион, – медленно проговорила она.

– Если честно, я ничего не понял, – вежливо прокомментировал я, стараясь не обидеть её.

– А я – тем более, – рассмеялась она и глубоко вздохнула, – я же говорила, что вижу очень невнятно. Но это, видимо, действительно был твой отец. И видела-то я нечетко. Судила, скорее, по ощущениям.

– Получается, ты ощущала на мне какое-то одеяло?

– Да нет же, это было не одеяло. Меня и удивило, что он тебя хочет укрыть или укутать какой-то синей тканью…Знаешь, типа плюша… Нет, – резко прервала она себя, – нет, это что-то типа бархата или велюра…

Я рассеянно вслушивался в её слова, вяло пытаясь ловить возникающие смутные ассоциации, как вдруг сознание зацепилось за это слово.

– Велюр? – переспросил я.

– Да, синий бархат.

Меня как громом поразило. Я лихорадочно перебирал в уме наши разговоры с Ариной, приходя к выводу, что ни разу за всё время знакомства с ней я не упомянул это название.

– Ты что-то вспомнил? – спросила Арина, делая знак официанту.

Заказав себе американо, она прищурилась, наблюдая за моей физиономией.

– «Велюр» – название амстердамского отеля моего отца, – с трудом выговорил я и добавил: – основная палитра там синяя и голубая.

Она с торжествующим видом хлопнула рукой по столу.

– Обалдеть! А почему он тебя хочет им укрыть?

Я уже понял, почему. И мне, убеждённому скептику, непостижимо было, каким образом она смогла это увидеть. Мне трудно было вымолвить хоть слово. Если бы мы были в другом месте и в другое время, я непременно решил бы, что все это подстроено. Но сейчас, когда мой душевный иммунитет пошатнулся от пережитых потрясений, я оказался окончательно сражён. Она понимающе молчала, не торопя меня с ответом.

– С самого открытия этого отеля мой отец уговаривает меня им заняться. Но я далёк от этого бизнеса. И отца это всегда расстраивало. Он считает, что, как моё собственное дело, это будет для меня хорошей гарантией будущего.

– Теперь понятно, – кивнула Арина, – может то, что он уснул, означает, что он уходит на покой, желая тебе передать этот отель?

– Он давно практически не занимается им, – возразил я, – управляющий этого отеля – мой друг, Гилберт. Тот самый, который был женат на дочери моей мачехи.

По её расфокусированному взгляду я понял, что наши сложные родственные связи для неё такая же абракадабра, как для меня – все эти паранормальные приблуды.

– Но, Арина! Ты действительно экстрасенс, – восхитился я.

Она скромно потупилась. Тут раздался звонок вызова на её смартфоне.

– Да, Натан, – сказала Арина, сразу вернувшись к реальности, – да. Что? Чтооо???

Я с смутной тревогой наблюдал, как она поднесла руку к губам, шепча свой вопрос. Её лицо сначала побелело, потом вспыхнуло, потом как-то посерело.

– Боже мой…. Боже мой, какой ужас, – ее передёрнуло, но Арина продолжала слушать, время от времени напряжённо поглядывая на меня.

– А что мне им сказать, – она, кусая губы и ногти, слушала, – а Роланд? Он же здесь, со мной.

В трубке снова что-то зашуршало. Арина вздохнула и бросив в трубку краткое «хорошо», нажала отбой и уставилась в никуда.

– Только не говори, что случилась еще какая-то катастрофа, – попросил я, выдергивая девушку из шокового транса.

– Я даже не знаю, как это сказать…. В общем…, – Арина вздохнула, собираясь с мыслями, – по делу о пожаре будет расследование… то есть, оно уже началось. И Натан просит меня сегодня встретиться со следователем, который будет заниматься этим делом и сейчас собирает сведения.

– То есть это был поджог?

– Пока никто ни в чём не уверен. Просто Кешка, которого ты спас вчера, бесследно исчез сразу после инцидента. Даже не дождался врача. Их драка выглядела слишком подозрительно … особенно на фоне этого пожара. А сегодня, – она зажмурилась, – когда расчищали сгоревший фрегат….., – она умолкла, но я договорил повисшие в воздухе слова.

– Там нашли обгоревший труп.

Арина, тяжело сглотнув, кивнула. Она умоляюще посмотрела на меня.

– Надо было открыть его вчера, – она готова была разрыдаться. Губы дрожали, она то сжимала побелевшими пальцами стакан с водой, то подносила их к вискам, то прижимала ладонь ко рту.

– Почему я тебя не послушала, – тихо причитала она, – он сгорел там, а я стояла рядом и даже не подумала открыть дверь и проверить. Только подумай… мы спокойно пили чай и смеялись, а в это время во фрегате заживо горел человек!

Словно не в силах выносить саму мысль об этом, она с горестным стоном уронила голову на руки. Её телефон коротко звякнул, возвещая о пришедшем сообщении, но она не шевелилась.

– Арина, успокойся, – чувствуя, как от самих этих мыслей по лбу и вискам снова начинает разливаться ноющая боль, я протянул руку и коснулся её подрагивавших пальцев, – я тоже не подумал об этом. А ведь это я убеждал тебя, что видел кого-то во время экскурсии. Ты никого не видела.

– Все двери там были закрыты, – добавила она ослабевшим голосом, хватаясь за это оправдание, как утопающий за соломинку – если он оставался там, его кто-то запер снаружи.

– Ты же понимаешь, что, если бы его там заперли насильно, он стучал бы и кричал, когда мы проходили мимо. Мы были и рядом, и над ним. Но он молчал и прятался. Значит он не хотел, чтобы его обнаружили.

Она кивнула и, будто прочитав мои мысли, достала из