Холмы Рима - Андрей Стоев

меня. Всё это похоже на грязную вонючую лужу, в которой искупались все окрестные свиньи. Вылез оттуда с прибылью только я, но это меня слабо утешает. Мне не нравится, что влез я туда не по своей воле, а прибыль у меня получилась только потому, что так решил князь. Чем-то это неприятно напоминает народные сказки, например, про царевну-лягушку, которая тащит Ивана-дурачка вверх ради каких-то своих лягушачьих целей, а тот только хлопает ушами и радуется своему удивительному везению.

* * *

Хотя у архивного отдела было несколько квартир в городе, архивисты большей частью сидели на базе дружины. В штабе дружины рядом с постом дежурного красовалась обитая железом дверь с грозной табличкой: «Секретный архив. Вход строго воспрещён». Впрочем, войти и так было невозможно — дверь была заперта изнутри на мощный засов и никогда не открывалась. Архивисты ходили через отдельный неприметный выход, который вёл за территорию базы.

В настоящее время отдел в полном составе баловался чаем с плюшками и ломал голову над поручением руководства.

— Без серьёзной драки к Буткусу на территорию не зайти, — докладывал Игнат Суслик. — Мы с Перваком всё там осмотрели. Буткус вольников нанял, мы не поняли, что за отряд, издалека не разобрать. Но отряд видно, что хороший, службу знает. Порядок там навели, мышь не проскочит.

— Уважают архивных, крысы, — с удовлетворением дополнил Первак.

— Ночью тоже не пройти? — спросила Лена.

— Наблюдатели на вышках, патрулей много, — покачал головой Игнат. — Освещение везде наладили, сигнализация есть. Патрули и снаружи ходят, график меняется постоянно. Всё как надо сделано. Нам там ловить нечего, туда надо дружину посылать.

— Нам приказано провести тихую операцию, — пожала плечами Лена. — А куда дружину посылать, Кеннер и без нас решит. Так что давайте искать варианты.

— У меня есть вариант, — неуверенно сказал Расков. — Вроде бы.

— Ты что, какой-то план родил? — удивилась Марина.

— Нет, планы пусть начальство рожает, — решительно отказался Радим. — У меня просто информация есть.

— Излагай, послушаем, — поощрительно кивнула Лена.

— Ну, в общем, посидел я тут в трактире с одним интересным человечком, — начал рассказ Расков.

— Ты так сопьёшься, Радим, — осуждающе сказала Марина. — Лена, нельзя ли попросить сиятельную Милославу, чтобы она внушила ему отвращение к выпивке? Ну правда, сопьётся ведь.

— Не-не-не, — содрогнулся Радим, — не надо, со мной всё в порядке. Я и выпил-то всего лишь кружечку, чисто ради дела. Ну вы слушать-то будете?

— Продолжай, Радим, — сказала Лена.

— Значит, работает этот паренёк у Буткуса в алхимическом цехе. Им там вчера из жалованья большой вычет сделали, вот он весь вечер начальство и ругал. А я слушал.

— И пил, — проворчала Марина.

— Совсем чуть-чуть, — уточнил Радим. — Так вот, выцепил я из его болтовни очень интересную вещь. Суть там в том, что у них в алхимическом цехе стоят здоровенные баки-реакторы, из которых раз в две недели сливают всю отработку, а потом чистят и загружают заново. Вот только сливные фильтры стóят дорого, но если есть свой человек в надзоре, который даст знать, когда будет инспекция, то можно сливать и мимо фильтров. Бригаду этого парня как раз и оштрафовали за то, что они забыли переключить слив напрямую, и пропустили стоки через фильтры, как положено.

— Как такое вообще возможно проделать? — удивилась Лена.

— Да запросто, — ответила ей Марина. — К тому времени, как вся эта гадость дойдёт до городской очистной станции, она уже разбавится общими стоками, и без анализа никто ничего не заметит. А потом стоки пройдут через городские фильтры. То есть Буткус просто заставляет город платить за очистку своих стоков.

— Но это же незаконно, — продолжала недоумевать Лена.

— Ну и что? Если есть связи в надзоре, то так можно делать годами.

— Простолюдины, — понимающе кивнула Лена. — Кеннер когда-то рассказывал мне про баланс сословий, но я тогда не особо в это вникала. Вот сейчас я понимаю, что он имел в виду.

— А что он говорил? — заинтересовалась Марина.

— Что дворяне — это опора общества, а простолюдины — его движущая сила. Дворян же с детства воспитывают в уважении к законам, нам даже в голову не придёт что-то подобное сделать. За такие вещи можно ведь и дворянства лишиться. А простолюдины часто ищут какие-то обходные пути и вообще постоянно пробуют что-то новое. Кеннер говорил, что в здоровом обществе должен быть баланс сословий — если у дворян будет слишком много прав, то общество законсервируется и прекратит развиваться. А если у дворян будет недостаточное влияние, то получится общество беспринципных торгашей, в котором законам подчиняются только тогда, когда их невыгодно обойти. Вот как в этом случае — Буткус загаживает собственный город из-за небольших, в общем-то, денег, которые для него ничего не значат.

— А про крестьян он что-нибудь говорил?

— А, ты же родом из крестьян, — улыбнулась Лена. — Да, он говорил, что крестьяне — наша связь с землёй. И что без крестьян мы на этой земле всего лишь гости. Если тебе интересно, можешь сама его расспросить при случае, он любит про такие заумные вещи порассуждать. Ладно, давайте к делу. Информация интересная, надо теперь подумать, как мы можем её использовать.

Архивисты дружно задумались.

— Донос написать? — нерешительно предложил Березин.

— Первак, а ты что, напишешь? — с любопытством спросила Лена.

— Не, чего это сразу я? — смутился тот. — Мне привычней в торец настучать.

— Ну хорошо, а то я уж испугалась, что тебя подменили. — Все заулыбались, а Лена продолжала: — Донос не годится, потому что Буткуса наверняка предупредят. У него же в надзоре всё куплено. Надо сделать так, чтобы его поймали на горячем, причём со скандалом, чтобы это невозможно было замять. Ну и вообще надо сделать красиво — мы же боевой архив, а не какие-то жабы канцелярские, чтобы доносы строчить. Думаем, в общем.

Глава 8

На неподготовленного человека алхимический цех производил тягостное впечатление. Ряды огромных, в три человеческих роста, реакторов уходили вдаль, теряясь в плотной дымке. Полумрак, странные запахи и странные звуки создавали атмосферу чего-то нечеловеческого, чего-то вроде гнезда чужих, и скоро начинало казаться, будто какой-нибудь из опутанных паутиной труб реакторов вот-вот раскроется, выпуская в свет что-то ужасное. Новички, шарахающиеся от каждого вздоха реактора, служили традиционным развлечением для цеховой бригады. Двое работников, находящихся в пустом цеху, новичками, однако, не были, и звуки оборудования привычно игнорировали.

— Прошка, якорь тебе в жопу, ты чего тут копаешься? — Славное морское прошлое бригадира угадывалось без труда. — Сливы переключил?

— Переключил, — угрюмо ответил рабочий.

— Все переключил?

— Да переключил, переключил. Старший, ну чё ты в самом деле?