Время для жизни 2 - taramans

— Який же вин… басурманский? Вин жеж ридный! — насупился каптер.

— Это у тебя вин — ридный, а для меня что ни на есть — басурманский! Есть, Коля, разные диалекты. Говоры по-другому. Областными их еще называют. Вот поморы в Архангельской области — говорят по-своему, волжане — окают, москвичи, говорят, наоборот — акают. Да множество их! Но все же — тильки у вас ваш говор решили обозвать вторым государственным языком! Заметь — ни поморы, ни — москвичи, ни волжане… А тилькы щирые хохлы! К тому же, Коля, как я слышал — за последние лет тридцать украиньский язык, тьфу ты… Мова! А як жеж! Так вот… мова гэта — очень сильно поменялась! И западные украинские говоры — куда как меньше стали похожи на обычный суржик. Как считаешь — почему?

— Та я откуда знаю!

— Вот, Коля! Вот где собака порылась! — Косов поднял палец вверх, — А слышал я… от неглупых людей, кстати, слышал! Что перед прошлой войной, австрияки, чтобы сделать гадость России, начали внедрять вот такой вот язык! Там же полно и немецких слов, и польских. Такой — искусственно созданный язык, получается! И не только язык — и обучение на нем в разных учреждениях, и в бошки людей впихивать, что ни хрена они не русские, а самые что ни на есть настоящие украинцы! Которые появились намного раньше и русских, и вообще всех! Чуть ли не от самого Адама род ведут! А может и сам Адам — теж хохлом був? Це ж жиды так их прозвали! А на самом деле, мабуть, звали их Петро и Ганна. Не?

— Тьфу ты… блядь! Зараза какая! Та на шо ты мне это говоришь?

— А говорю я тебе это, Коля, что — враг не дремлет! И замыслы его мы подчас — не знаем! — Косову надоело придуриваться, и он, хлопнув каптера по плечу, сказал, — Коля! Говори по-русски, а? Тем более, ты его вполне знаешь и говорить — умеешь!

— Вот же… это же надо такой длинный, та болтливый язык иметь! Засрет голову, и не вспомнишь, что сказать-то хотел! — покачал с досадой головой Пилипчук, — Я чего тебя позвал-то…

— Ну?

— Ну, да загну! Ждут тебя… пошли!

— Куда пошли? Коля! Выражайся яснее и полнее! — посоветовал Иван.

— Куда, куда… в швальню пошли! Там это… к дяде Гоше его родственник пришел. Хочет с тобой переговорить, ну — по тому заказу! По ремонту и прочее…

— О! Вот так бы сразу и сказал, а то — бе-ме!

— Так ты ж и не давал мне ничего сказать-то! — возмутился Николай.

В швальне, в малой мастерской, сидели и чаевничали начальник этой самой швальни дядя Гоша, а также двое незнакомых Косову мужчин. Один — помоложе, лет тридцати, второй — явно за пятьдесят. Невысокого росточка, толстенький, лысоватый, щекастый.

«Явно начальник какой-то! Может и невелика шишка, но — все же начальник! Наверное — тот, из коммунхоза!».

Толстячок назвался Прохором Семеновичем, а молодой кинул просто — «Игнат!».

Пилипчук и дядя Гоша, попив чай, вышли, а толстячок, вытирая здоровенным носовым платком пот, обильно текущий после обжигающе горячего чая по лицу и шее, предложил Косову:

— Ну-с… молодой человек! Георгий мне характеризовал вас, как в высшей степени серьезного и неглупого человека. Он сказал, что вам требуется провести ремонт в квартире… родственницы, да? Ага! И еще… мебель вас интересует, да? Так вот… по мебели — это вот… Игнат! Не смотрите, что он молод, но его артель… то есть — где он работает мастером, артель эта — очень даже неплохо навострилась делать хорошую мебель. Я бы даже сказал… что, в общем-то, не хуже, чем делали в старые времена!

— Надеюсь! — коротко ответил Косов.

— А что из мебели нужно? — первый раз за все время открыл рот молодой.

— В спальню, она же единственная комната — кровать, нормальную кровать, не менее полутора метров шириной. Еще, туда же, платяной шкаф, письменный стол, этажерку или тумбу прикроватную. Настенные книжные полки. Хотя… комнатка маленькая, надо смотреть по месту. На кухню — кухонный стол, тумбовый стол, навесной настенный шкаф.

Мужик задумался, кивнул:

— Это ты правильно сказал — надо смотреть по месту! Замеры бы сделать. Все, что ты сказал, у нас есть и в готовом виде. Можем подобрать даже по оттенкам цвета, как комплект будет. В любом случае, с нами проблем не будет, по срокам, я имею в виду. Но если вдруг получится нестандарт… Тут уж доплатить придется, за срочность…

— Договоримся! — согласился Иван.

— Когда посмотреть можно, замеры сделать?

— Мне нужно узнать, где сейчас хозяйка…, - задумался Косов.

— Стоп-стоп-стоп, молодые люди! Если уж делать замеры, то сразу и наши! А я пока не услышал, что требуется сделать в плане ремонта квартиры! — прервал их Прохор Семенович.

— Все! Надо сделать все! От покраски рам… а если надо и их замены, до побелки и покраски стен. Полы, косяки, двери.

Косов уже видел несколько раз здесь оклеенные обоями стены, и они его — не вдохновили. И сами обои, произведенные чуть ли не из картона, и их расцветка — либо откровенно бледная, либо кричащих. «вырвиглазных» оттенков. Так что — побелка и покраска!

— Иван! Ты уточни, может ли сейчас хозяйка нас встретить? Я на машине, так что — можем подъехать и посмотреть все разом, — предложил Игнат.

«Неплохо артельные мастера сейчас живут — машины имеют!» — подумалось Косову, но машина оказалась банальной «полуторкой».

— Артельная! — кивнул на авто Игнат, — По городу часто мотаться приходиться, вот…

Настя была дома и встретила их несколько растерянной.

— Вань! Ты бы хоть предупредил заранее, что ли… А то люди приехали, а я тут как лахудра шлындаю…, - шепнула она, поприветствовав людей.

«Меня бы кто предупредил!».

И вовсе она не была лахудрой — приличная юбка, блузка, аккуратно уложенная