Девушка из колодца - Рин Чупеко

Келли; ее зовут Келли…

среди тех, кто пришел оплакать Йоко. Она стоит в стороне, выжидая подходящего момента. Почувствовав, что за ней наблюдают, Келли резко поднимает взгляд и видит меня. Я стою в нескольких ярдах, на другом конце комнаты, и подол моего платья развевается на слабом, непонятно откуда взявшемся ветру. Пока гроб горит, я, низко опустив голову, лишь наблюдаю за мальчиком, и ассистентка учителя смутно осознает, что я тоже пришла засвидетельствовать свое почтение. Мужчина перед ней делает шаг в сторону и загораживает Келли обзор, а когда он отходит, меня уже нет.

Когда ритуал заканчивается, люди подходят к скорбящей семье, чтобы высказать свои соболезнования. Через несколько минут мальчику становится не по себе от всего этого сочувствия, и он уходит прочь в туманный день, подальше от сырой копоти крематория. Прежде чем подойти к дяде, Келли ждет, пока толпа вокруг него поредеет.

– Мне очень жаль, дядя Дуг. Как вы держитесь?

Мужчина принимает ее объятия.

– Спасибо, Келли, – говорит он и пытается улыбнуться, но вместо этого выходит гримаса. – Тарк в порядке… Даже удивительно, учитывая, что ему пришлось пережить за последние несколько недель. Психотерапевт говорит, что он воспринимает происходящее намного лучше, чем…

Он прерывается, чтобы сделать глубокий вдох.

– Мы собираемся увезти ее прах в Японию. В ее завещании говорится, чтобы мы с Тарком передали ее прах в небольшой храм в Аомори. Там, где она выросла. – Дуг морщит лоб, и Келли понимает его замешательство, вызванное столь необычной просьбой.

– А Тарк поедет?

– Мы оба поедем. Я собираюсь забрать его из школы на некоторое время. Этот год и так был достаточно напряженным. Нам обоим нужно немного прийти в себя. Думаю, на данный момент так будет лучше.

– Мне жаль слышать, что вы уезжаете. Хотелось бы мне как-то помочь вам.

– Ты и так сделала более чем достаточно. Не думаю, что когда-нибудь смогу отблагодарить тебя за спасение Тарквиния. Я… – Мужчина замолкает. Выражение его лица меняется, прежде чем он снова приходит в себя. – Ты видела Йоко незадолго до того, как она… как она умерла. Не передала ли она что-нибудь? Что-нибудь, что может показаться важным?

Молодая женщина колеблется, не зная, что сказать, не зная, как много Дуг знает о своей жене.

– Она сказала, что вы с Тарком должны вернуться к куклам из долины Яген. К ее сестрам.

Мужчина в недоумении качает головой.

– Я познакомился с ней, когда мы учились в Токийском университете. Я знаю, что она родилась в провинции Муцу, где, по-моему, и расположена долина Яген. Но ума не приложу, о каких куклах она говорила. У Йоко была сестра, но мне сказали, что она умерла много лет назад. Наш адвокат мистер Бедингфилд сообщил лишь то, что у нее остались какие-то родственники в Муцу, но кроме их адреса ему больше ничего неизвестно.

Одной мысли о новостях, в которых описывали тело и кукол, разбросанных в той крошечной комнате, оказалось достаточно, чтобы племянница Дуга вновь содрогнулась.

– Как вы думаете, это как-то связано с ее коллекцией кукол?

Мужчина беспомощно вскидывает руки.

– Не знаю. Это звучит нелепо. Коллекционирование японских кукол было ее хобби, обычным времяпрепровождением. Я ничего не понимаю. – В его голосе слышатся гнев, злость и горе, а также нежелание говорить о своей жене в прошедшем времени. – Полиция ничем не может помочь. Они говорят, что нет никаких доказательств того, что кто-то… что кто-то еще был в комнате. Последним, кто видел ее живой, был работник, принесший ей ужин. – Голос дяди Дуга срывается. – Зачем кому-то вообще убивать Йоко? Зачем кому-то так с ней поступать? Должно быть, это сделал кто-то из пациентов Ремни.

– Дядя Дуг, – внезапно слишком официально и робко произносит молодая женщина. – Вы когда-нибудь замечали что-то необычное в тете Йоко? Или в Тарке?

– Необычное? Не понимаю, о чем ты.

– Вы когда-нибудь видели рядом с Тарком… ну, странных женщин?

Мужчина недоуменно посмотрел на нее, и Келли поняла, что те ужасы, которые так долго преследовали его сына и жену, не коснулись его самого.

– Странные женщины? Кроме человека, который пытался похитить Тарквиния, я не слышал ни о каких других незнакомцах. Йоко что-то говорила о странной женщине?

Но Келли качает головой:

– Нет, нет, просто я подумала… Неважно. Пожалуйста, дайте мне знать, если я смогу чем-то помочь. Мама прислала электронное письмо, в котором извиняется за то, что не смогла приехать.

– Твоей матери не за что извиняться. Передай ей мои наилучшие пожелания.

Девушка обнимает дядю в последний раз и отступает, чтобы дать другим возможность выразить свои соболезнования. Она направляется к печи и наблюдает, как отблески оранжевого пламени весело пляшут по двери, которая отделяет ее от невыносимого жара внутри.

«Что мне делать? – спрашивает она себя. – Что же мне делать?»

Келли не ждет ответа, но из печи, где в пламени лежит тело мертвой женщины, доносятся характерные звуки ударов.

Молодая женщина в тревоге отступает и оглядывается на толпу скорбящих. Кажется, никто кроме нее не слышит ничего необычного.

Снова раздается глухой стук, а вместе с ним – странный скрежет.

Как будто что-то скребет ногтями с другой стороне двери.

Как будто что-то внутри горящего трупа пытается вырваться наружу.

Молодая женщина поворачивается и бросается прочь, пока, наконец, не оказывается за пределами похоронного бюро. Снаружи моросит мелкий дождь. Дрожа от страха, девушка оглядывается на здание, словно опасается, что кто-то мог последовать за ней.

– Келли?

Несмотря на сырость, мальчик сидит в высокой траве поодаль и вопросительно смотрит на кузину.

– Что случилось? Выглядишь так, будто увидела привидение.

– Тарк! – бросает Келли, не в силах ответить на его вопрос. – Я… я не знаю. Там… я подумала, что там… что-то царапало… Мне кажется, я схожу с ума.

– Добро пожаловать в мой мир. – В голосе мальчика не слышится удивления. Указав на пустое место слева от себя, он приглашает кузину присоединиться. Его правое запястье плотно забинтовано. – Я все равно не собираюсь возвращаться внутрь. Там слишком душно.

Все еще дрожа, девушка садится.

– Ты уверена, что с тобой все нормально? – уточняет Тарк.

– Я… да. Это мне следует задать этот вопрос. Что случилось с твоим запястьем?

– Несчастный случай. Не о чем беспокоиться.

– Ты уверен, что в порядке?

– О, в полном, – отвечает мальчик с горькой улыбкой на губах.

– Мне так жаль, Тарк.

– Не стоит. Это мне следует извиниться, ведь ты вляпалась в эту историю из-за меня. Если бы не ты, сейчас хоронили бы меня.

– Это не твоя вина, и ты это знаешь.