Куратор - Никита Киров

по военным заказам, и уже давно думают на него. А тут на твою тачку посмотрят, и сразу всё понятно. Так что за тебя он не заступится, он сейчас сидит, как ветошь, и не отсвечивает, любой скандал против него пойдёт. Особенно из-за сыночка, который в общаге нарывается на проблемы и всех бьёт. Пара видосиков, и всё, будет папаша твой кричать, что его не так поняли. А его снимут со временем, он поедет на зону, и не спасут никакие знакомые, а ты поедешь доучиваться куда-нибудь в область, в техникум. Или в армию. В армию-то хочешь? Можно устроить. Там таких, как ты, любят.

— Да чё я тебе сделал? — обречённо спросил он.

— Если бы что-то сделал, разговор бы шёл иначе. Ты слушай меня внимательно. Не знаешь, на кого лезешь — никогда не иди на конфликт, не вытянешь. Вот такие пироги. Всё понял?

— Но я…

— Всё понял? — произнёс я твёрже.

— Да.

— Дорогу сюда забудешь и свалишь отсюда во все четыре стороны. Ты меня понял?

— Да.

Знаю я таких людей. С кем-то надо силой, с кем-то хитростью, а кому-то просто нужно обозначить пределы. Вот как с Женей.

— Что, мы договорились?

— Договорились, отпусти, — промычал Женя.

Подержал его ещё несколько секунд и отпустил, после чего отошёл на шаг и стал наблюдать, что он сделает. Ударит или нет?

Нет, не привык он к такому, что кто-то может пойти против. Вот и опешил, но драться не кинулся. Боится. Потому что я стоял ровно, и хоть и весил раза в полтора меньше, но ответку ему дал крепкую.

Он потёр руку и медленно пошёл на выход, опустив взгляд. Лицо красное от стыда.

— Ого, как ты его угомонил, — широко распахнув глаза, выдохнул Миша, и убрал телефон, на который заснял крупным планом лицо Жени. — Ты когда это таким гигачадом стал, бро?

— Слушайте, парни, — сказал я, — если оборотку ему давать не будете, он ещё больше обнаглеет.

— Толя, он же на тебя больше всех кидался, — бледный Саша начал протирать очки. — Вот мы и думали, что сейчас тыкать начнёт. А ты… удивил.

— У меня была клиническая смерть — четыре минуты.

— Ого, — парень напялил очки назад, и посмотрел на меня так, будто это всё объясняло. — И правда, что люди от такого меняются.

— Рил, — Миша закивал, что-то тыкая в телефоне. — Ща его фейс слезливый вся группа увидит.

— Меня не заснял? — уточнил я.

— Чё я, альтернативно одарённый, что ли? — он хмыкнул. — Смотри, сколько реакций на сторис сразу поставили…

В окно видно, что голубая БМВ уехала. Громкий рэп с матом стих, а у крыльца остался какой-то знакомый Жени, который даже не понял, почему его бросили. Я повернулся, думая, что делать дальше, но кое-что увидел под шкафом. Самый краешек, но понял, что это.

Твою дивизию. А это мне поможет.

— Это чьё? — спросил я, доставая находку.

— Твоё, — проговорил Саша, с удивлением глядя на меня. — Ты когда курьером был, тебе её выдали. Снова решил подработать?

— Почему бы и нет? — задумчиво проговорил я.

— Тебя же не возьмут снова, — вставил Миша. — Ты же тогда на работу не вышел, потому что не выспался и в общаге остался. Тебя уволили, а сумку ты не вернул.

— Это уладим.

Это была жёлтая термосумка, обклеенная изнутри фольгой. Толик весной подрабатывал курьером в доставках еды, и эта сумка осталась.

А ведь такая сумка — важный аксессуар, который поможет попасть мне в мою старую фирму, ведь там постоянно кто-то что-то заказывал, и иногда при этом нарушались некоторые правила.

Сумка, новая маскировка и мои знания всех систем безопасности фирмы «Альянс». Даже если они поменялись за два месяца, суть-то не изменилась.

Глава 6

Я шёл по центру города и думал о деле, что получится предусмотреть, а где придётся импровизировать. Сейчас у меня всего один шанс на эту маскировку, во второй пройти туда не выйдет, даже если я не оставлю следов. Во второй раз узнают и заподозрят.

Скорее всего, даже не успею скопировать все данные, но зато запомню и буду знать сам, чтобы сделать верные выводы. Раньше-то не приходилось жаловаться на память, а с молодыми мозгами она будто стала даже лучше.

Первым делом я зашёл в кофейню, где меня убили, но ещё на улице заглянул через окна и сразу понял, что диктофон здесь сегодня не найду — внутри сделали ремонт и перестановку.

Изменили многое, даже вывеску и название, и в зале было совсем другое оформление: цвет мебели, расположение столиков, меню, всё какое-то серо-белое и стерильное. Теперь это было не местечко для посиделок друзей с настольными играми и уютной атмосферой, а кофейня для всяких фрилансеров, кто постоянно сидит за столиком с кружкой кофе и компьютером, непременно со значком надкушенного яблока на крышке.

Впрочем, учитывая, что у Толика был макбук и айфон, мне тут самое место.

Так что диктофон забрали точно, ну или выкинули случайно, когда убирали шкаф и нашли непонятную приблуду, ещё и севшую в ноль. Которую ещё сложно подрубить к другому аппарату, не потеряв данные — особенности прошивки. Да, профи вытащит файлы, но обычный человек не сможет.

Но я допускал, что не найду диктофон. Мне просто нужно было увидеть на месте, что с ним, чтобы понять дальнейшие шаги. Сейчас многое изменилось за два месяца, и я работаю с тем, что есть. Как и всегда.

Так что это меня не сбило, я был готов к любому варианту. Настолько поглощён делом, что даже место моей смерти не вызвало никаких чувств. Раз жив и работаю, значит, так и надо.

Почему переделали кофейню? Это понятно. Ну какие могут посиделки за настольными играми, когда в том углу валялся труп чекиста? Вот и не хотел старый владелец, ну или новый, который выкупил кофейню, напоминать об этом случае. Всё равно потом все забудут об этом.

Вот и изменил всё. Но кое-что осталось прежним — например, рыжего парня, стоящего за кассой, я знал. Он работал и раньше, посменно с тем пацаном, который стал свидетелем моей смерти. Возможно, и прежний владелец остался на работе, и часть персонала тоже. Это я выясню.

А пока я зашёл в кафе. Нужно понять, кто именно — следователь, человек Трофимова или всё-таки кто-то из персонала. Пока слишком рано делать выводы, эту возможность ещё стоит проработать.

Дверь держали открытой настежь, а звоночек над ней сняли совсем. Рыжий парень готовил кофе, а перед кассой стояла темноволосая