Обречённая - Тери Терри

Ава снова захотела остаться в одиночестве, но я боялась уходить. Она была спокойна и молчалива. Я думала, новость ее сломает. Может, осознание придет позже. Я сказала, чтобы она будила меня в любое время, если захочет поговорить.

Вернувшись в комнату, я принялась расхаживать из угла в угол. Уже очень поздно, третий час, но как уснуть?

Я с сомнением включила ноутбук. Не хотелось пустой болтовни ни с Шарлиз, ни с кем-то еще. А что насчет Лукаса? Шарлиз говорила, он пытался связаться со мной. После всего, что мы вместе пережили на акции протеста, только он, пожалуй, остается настоящим, искренним.

Я: Привет, Лукас. Надеюсь с тобой и твоей семьей все в порядке. Сумасшедшие деньки. И плохие новости. Папа Авы погиб от взрыва бомбы. Она пока поживет у меня.

Ответ пришел почти моментально. Тоже не спится?

О нет. Бедная Ава. А ты как? Я видел в новостях, что вы с отцом тоже чуть не погибли. Ты в порядке?

Я: Всего пара синяков. Но на душе паршиво. Почему не спишь, уже поздно?

Лукас: Шумно у нас тут. Сирены, и не только.

Я: Не только? Что происходит?

Лукас: За моим окном Армагеддон, как я себе его и представлял. Не волнуйся, мы заперлись и не собираемся выходить.

Я пришла в ужас. Большинство моих знакомых живут в охраняемых районах вроде моего. Мне даже в голову не пришло, что Лукас может оказаться в опасности только из-за того, что живет не в том месте.

Я: Обещай писать время от времени, чтобы я знала, что ты в порядке.

Лукас: Ага! Тебе все-таки не безразлично. Все хорошо, честно. У нас нечего красть, кроме книг, а мародеров они не интересуют.

Я: Обещай!

Лукас: Торжественно клянусь написать утром. А теперь я собираюсь зарыться в подушки и уснуть. Чего и тебе желаю.

Я: Обязательно.

Лукас: Береги себя.

Я: Ты тоже.

Я переодеваюсь в пижаму, забираюсь в кровать и включаю телевизор. Живая съемка с вертолета. Полиция уже не может контролировать то, что происходит на улицах Лондона и других городов. Небо на горизонте раскалилось. Здания горят. Люди, закрыв лица, разоряют магазины. На улицах драки. Беспорядки охватывают все больше районов – их отмечают на карте, и с каждым часом их становится все больше.

Меня начинает мутить.

Огонь пылает ярко, но не разгоняет тьму.

До чего скучно ходить с мамулей по магазинам! Я прячусь за вешалками с одеждой и хихикаю и когда она сама пытается меня найти, и когда ей на выручку бросается продавец. Но их голоса удаляются, и я осторожно выглядываю. И вижу незнакомую женщину. Постороннюю.

– Привет, Сэм, – говорит она и улыбается. – Идем, я отведу тебя к маме и папе.

Она берет меня за руку. Но я не вижу мамы, когда мы выходим из магазина, и, испугавшись, пытаюсь вырваться. Она держит крепко.

Меня запихивают в машину, привозят в незнакомый дом, но мамы с папой здесь нет.

Закрывают в комнате. Мне холодно, я хочу есть, и здесь темно.