Маяк надежды - Маркус Кас

Он так разозлился, что задохнулся, не в силах закончить свою пылкую речь. Забыл, что не человек и дышать ему без надобности. Привычки живых всегда оставались сильнее.

Призрак гневно дышал, его взгляд бегал по комнате. Я ощущал, как он вытягивает эфир, накапливая его для удара.

Ни драться, ни защищаться желания не было. Поэтому я просто лишил его возможности усилиться, перехватив потоки и вытянув из него всю эфирную магию.

В довершении оплел духа силовыми путами, чтобы не дергался.

— Что… — обалдел тот, не ожидая от меня ничего подобного. — Кто ты?

— Граф Александр Лукич Вознесенский, — терпеливо повторил я. — И я настаиваю, чтобы вы тоже назвались.

— Настаивает он, — проворчал дух, скрывая этим страх из-за невозможности пошевелиться. — Граф Варягин, Кузьма Михайлович. Это вообще так в современности принято стало — с хозяином обращаться подобным образом?

— Хозяйка тут Нина Федоровна, — отрезал я. — Могу у неё спросить, как с вами стоит обращаться.

Судя по реакции графини, она о существовании призрака не догадывалась. Да и раз вызывали Видящих, но те ничего не обнаружили, никто и не знал. По какой причине, было неважно. Варягин, скорее всего, чего-то опасался из-за своей ограниченности в силе.

— Ладно, ладно. Говори, что тебе нужно и убирайся из моего дома, — снисходительно выдал он.

Я покачал головой:

— Так мы, Кузьма Михайлович, не договоримся.

— А я и не собираюсь с тобой договариваться! Хоть всю жизнь свою на привязи держи! У меня времени полно, уж дождусь твоей смерти и освобожусь.

Пусть я понимал, что дух боится, но меня начинала раздражать его показная грубая манера общения. Поэтому я глубоко вздохнул и дал ему последний шанс:

— Ваше сиятельство, выслушайте меня внимательно. Ни мне, ни моей семье от вас лично ничего не надо. В том числе и имущество рода Варягиных. Вижу, оно вас тут и держит. Смею заметить, это ненадолго. Дай бог Нине Федоровне ещё многих лет жизни, но наследников нет. Верфь ваша достанется государству в конечном итоге.

— Да уж лучше так, чем нахлебникам всяким… — тихо пробурчал Варягин. — Или вообще бабе в управление, куда ж такое годится.

Тяжелый случай…

В голове вдруг словно что-то щелкнуло.

— Это вы же надоумили своих потомков на клятву эту?

— Я защищал своё! Своими руками всё строил! — дух гордо вскинул голову. — А разгильдяи эти могли всё спустить, увлекшись бабскими юбками.

Явно у графа был очень печальный опыт с женщинами. Но сеанс психотерапии я устраивать не собирался. Всё равно не поможет.

— А если Нина Федоровна откажется от верфи? — предложил я наугад.

Раз всё завязано на этом, возможно и выход тоже тут. По идее, начало было было положено Кузьмой, а значит он мог как-то отозвать действие клятвы по крови, по праву основоположника этой традиции.

Призрак удивленно заморгал и долго молчал, обдумывая мои слова.

И я понял, что попал точно в цель.

Связь! Кровная связь держит его и изматывает. Поэтому ни на что серьезное он не способен, только пугать простейшими визуальными эффектами.

— Чушь! — не очень уверенно ответил призрак. — Чтобы баба от выгоды отказалась, не бывает такого.

— Ну а всё же? — я проигнорировал его абсолютно упертое женоненавистничество.

— Ну я… — растерялся Варягин, допустив такую возможность. — Ну… Ну тогда пусть делает, что ей хочется. В общем-то она неплохая баба, состояние сберегла. Как смогла, но что с неё возьмешь…

Дух как-то воспрянул и мечтательно засмотрелся в окно, выходящее в сторону залива. Поразмысилив, он повернулся ко мне и с подозрением уточнил:

— Что, кому скажу, тому и отдаст?

— А у вас уже есть кто-то на примете? — удивился я.

Всё таки думал он об этом, и не раз. Отчего не воспользовался визитом Видящих и не передал графине условия её свободы? Неужели не приходил в голову такой простой способ? Хотя с настолько глубокой неприязнью к прекрасному полу, вполне возможно.

— Конечно! — хмыкнул граф. — Его императорское величество, кто же ещё более достоин управлять моей верфью?

Самомнение у Варягина было прямо неимоверное. Адмиралтейские верфи, принадлежащие правителю, были на несколько порядков лучше и больше. Да и управлять лично, когда есть чем заняться…

Но говорить я об этом, ясное дело, не стал.

— Чудесно! — обрадовался я. — Получится прекрасный подарок его величеству на день рождения.

— Лучший подарок, — капризно поправил меня граф.

— Лучший, — согласился я. — Значит, всё таки договоримся?

Дух похмурился ещё немного для вида и кивнул. Но не удержался от колкости:

— Ну и зачем ей надо это? Из ума чтоль на старости лет выжила?

— Любовь, — улыбнулся я.

— Молодой ты ещё, — фыркнул призрак. — В подобное разве что юнцы и верят. До тех пор, как не охмурит вот такая и не отберет всё, что есть.

Я и не в такое верил. И как раз по причине того, что молодость давно ушла. Зато пришел опыт. А он подтверждал — сбывается именно то, во что веришь. Веришь, что вокруг обманщики и предатели, они и будут рядом. И магия мира тут не при чем. Ведь находишь всегда только то, что ищешь.

Но легкую тень сомнения слова Варягина всё же отбросили. А вдруг графиня на самом деле откажется? Лука Иванович, конечно, это переживет. Но подкосит его сильно.

Я встряхнул головой, отгоняя эти бесполезные мысли и широко улыбнулся:

— Всё будет хорошо.

Граф наградил меня долгим странным взглядом, смысл которого я не понял, и снова кивнул. Я развеял путы и дух испарился, напоследок бросив:

— Скажешь ей обо мне, сделке конец.

Нина Федоровна ожидала меня в гостиной, которую к моему возвращению уже тщательно прибрали. Любезно спросила, удалось ли спасти костюм, но я лишь отмахнулся. Невелика плата за хорошие новости.

Графиня продолжила рассказ о своей жизни. В нём не было ни слова о переходящей из поколения в поколение клятве. Её муж о таком не упоминал. Ревнив при этом он действительно был без меры. Возможно, так действовала магическая связь через кровь. Передавала потомкам недоверие и страх обиженного предка.

Любви к мужу не было, но было глубокое уважение. Несмотря на вспыльчивый нрав, Никанор Васильевич был человеком хорошим, по словам графини. И