Тень Января - Ри Даль

— Мне страшно…

— Ничего не бойся, любовь моя. Я с тобой, — снова пообещал демон.

— Чаша… — внезапно вспомнила я, когда мутный образ неожиданно всплыл в голове, окутанной мигренью. — Мне нужна чаша… Чаша Аллесат…

— Всё верно, — Валлафар вновь одарил меня улыбкой. — Тебе нужна чаша. Ты должна её найти.

— Но… Но как мне её найти?.. Она… она была у меня…

Я глянула на свои руки, которые были скрючены также, как в тот момент, когда открыли мой гроб. Сейчас я словно надеялась наконец-то обнаружить в них чашу. Но — увы. Ладони мои были по-прежнему пусты и холодны.

— Я забрал Аллесат, — вдруг сказал демон.

— Забрал?.. — меня охватила паника. — Зачем?.. Когда?..

— Перед твоим пробуждением.

— Но почему?.. Она моя… — я будто бы сама себя убеждала в этом, слова вырывались сами, помимо воли. Я бормотала без разбору: — Где Аллесат?.. Где мой артефакт?..

Улыбка Валлафара стала шире.

— Конечно, твой, Адалена. Никто иной во всех мирах не справится с этой чашей. Но я должен был забрать её, чтобы этого не сделали другие.

— Другие… — я совершенно не понимала, кто эти «другие», если кроме меня и Валлафара в этой тьме больше никого не было. — Скажи, где она?

— У врат Аклауб, — спокойно ответил демон.

— Я не знаю, что это за врата…

— Не знаешь, потому что я создал их, пока ты ещё пребывала в небытие. Это дверь из моего мира в твой мир. Аллесат дожидается тебя у входа.

— И как мне найти эти врата?

— В Мерклом лесу, на краю мира, у самого быстрого подземного потока, который питает Морут, ты найдёшь Аклауб и наконец увидишь мой мир. И найдёшь чашу.

— И ты будешь там?

Демон с улыбкой покачал рогатой головой.

— Ты всё время забываешь, любовь моя. Я с тобой. С тобой. И ты непременно вспомнишь.

— Когда? Когда найду чашу?

Его улыбка стала вмиг грустной.

— Ты вспомнишь тогда, когда позволишь своему сердцу пылать синим пламенем.

— Я не понимаю…

— Просто открой глаза, — повелел демон.

И это был слишком странный и непонятный наказ, ведь глаза мои уже были открыты.

— Открой глаза, Адалена, — повторил снова, и что-то переменилось в его баюкающем голосе. — Адалена, открой глаза, — он уже требовал и даже приказывал, а голос становился всё твёрже и нетерпимее: — Открой глаза. Ты должна открыть глаза, Адалена.

Его черты исказились, стали едва узнаваемыми и жуткими. Глаза с синими огнями раскалились добела, а затем стали обретать красный оттенок, всё насыщеннее и насыщеннее.

— Посмотри на меня, Адалена. Посмотри на меня. Посмотри. Ты видишь меня? Видишь? Видишь? Видишь?..

Я бы закричала. Но крик застрял у меня в горле, словно копьё, пронзившее плоть насквозь. Позвоночник прострелило молнией. Шею выгнуло назад. Наружу вырвался лишь утробный хрип.

— Адалена!..

Я не могла разогнуться, не могла снова вернуть своей голове нормальное положение. Глазные яблоки хаотично вращались в орбитах.

— Адалена! Адалена!.. Ты слышишь меня? Она очнулась!.. Адалена!..

Кто-то придержал мой затылок, чтобы я не свернула себе шею окончательно. Затем аккуратно надавил, заставив потихоньку опустить подбородок.

— Адалена?.. Ты можешь говорить? Ты узнаёшь меня?..

Я смотрела неотрывно на того, кто со мной разговаривал, и кто пытался достучаться до меня. И, да, я его узнала. Точёное лицо, длинные белые волосы, глаза — красная медь.

— Рэй Крост?..

— Она очнулась! — снова крикнул кому-то первый наместник лорда.

На его зов тут же объявился и сам лорд, которого я также узнала.

— Арас… — выдохнула потрясённо.

— Ну, наконец-то, — Хранитель быстро приблизился и сел рядом со мной на кровати. — Наконец-то ты пришла в себя. Мы думали…

Он прервался и тяжело вздохнул. Возможно, хотел что-то добавить, но передумал.

— С новым воскрешением, Адалена, — сказал рэй Крост с улыбкой. — Говорят, из смерти не возвращаются. А тебе удалось стать исключением уже дважды.

Глава 33

Я огляделась. Помимо Кроста и Араса обнаружила неподалёку в углу ещё одного человека — женщину в хилых обносках, скорее похожих на ветошь. Спутанные длинные волосы, в которых колыхались бесчисленные бусины, монеты и какие-то подвески, тянулись вдоль её иссушенного лица почти до самых колен. Женщина сидела на полу со скрещенными ногами. Глаза её были затянуты молочной плёнкой, полностью скрывавшей зрачки и радужку. Она непрерывно покачивалась, словно маятник, но, казалось, не только не видит, но и не осознаёт окружающую действительность, пребывая в каком-то ином мире.

Провидица, Хэйда — слепая затворница, к которой мы направлялись вместе с Рэаганом.

И тут я вспомнила…

— Где Рэаган? — спросила обеспокоенно, уже находясь на грани паники. — Он… Он…

— Он сейчас придёт, — ответил правитель.

Тревога тотчас улеглась, а спустя несколько минут в хижину вошёл главнокомандующий. С порога он встретился со мной глазами, и тогда я окончательно успокоилась, что не стала виновницей ещё одной смерти. Но теперь появился уже другой повод нервничать.

— Что произошло?..

Рэаган неторопливо приблизился, сел в изножье кровати рядом с Хранителем. Крост стоял позади них. И все трое смотрели на меня. Я молчала в ожидании ответа или, скорее, приговора за своё предательство.

— На нас напали сноварги, — сказал главнокомандующий. — Мы шли к провидице, пересекали Морут, когда они стали окружать нас.

У меня замерло сердце. Рэаган… солгал. Точнее — рассказал лишь половину правды, а другую, наиболее важную и щекотливую половину, исказил до неузнаваемости.

— Оба наших коня погибли, — продолжал он. — И ты тоже едва не погибла. Мне удалось вытащить тебя из реки, но ты впала летаргический сон и никак не пробуждалась.

— Рэаган сообщил мне о твоём состоянии, — продолжил Арас. — И я решил приехать, чтобы как-то помочь тебе.

— А… она?.. — я осторожно кивнула на странную женщину.

— Похоже, Хэйда давно ушла в тень миров, — ответил Крост. — Едва ли она сможет кому-то помочь теперь. Ей больше нет дела до мирских тревог.

— Значит, — осторожно начала я, — провидица не увидела моего прошлого и… будущего?..

— Теперь она видит всё, — произнёс Рэаган. — Но в таком бесчисленном хаосе никто не в состоянии отличить одно от другого. Да и общаться в человеческом смысле этого слова Хэйда больше не в силах.

Я даже не знала, хорошие ли это новости или плохие. Наверное, лично для меня — хорошие. Провидица погрузилась в безвремнный транс. Она не могла поведать мою главную тайну. Однако для Араса и всего Эвигона это означало крушение ещё одной надежды.

— К сожалению,