Возвращение. Часть II - Даниил Корнаков

Он подозвал Юрия Павловича и ткнул пальцем в Надю.

— Она на тебе. — Посмотрел на Никиту. — А ты возьмешь на себя Арину.

Парочка кивнула и стала заходить к ним сзади.

— А, вот теперь оно что… — с издевательской ухмылкой произнесла Арина, — собрался использовать нас как живой щит, да, Гюго?

— Нет, просто хочу…

Арина плюнула ему в лицо.

— Мерзавец, — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Все вы здесь сборище подонков.

Никита грубо пихнул её в ребро прикладом винтовки.

— Да замолкни ты уже.

— Савин! — приказал Гюго, вытирая рукавом свитера слюну с подбородка. — Ударишь ее еще раз, останешься здесь.

Никита грубо коснулся плеча Арины.

— Не прикасайся ко мне. — Она стряхнула его руку.

— Мы отпустим вас, как только доберемся до вездехода, — сказал Гюго. — Вас и пальцем никто не тронет, даю слово.

— Как-то слабо верится в надежность твоего слова, — с намерено подчеркнутой издёвкой произнесла Надя, поднимаясь со стула.

Гюго нахмурился, но промолчал.

— А с этим засранцем как быть? — Николай Фёдорович указал на так и не пришедшего в себя Тихона.

— Оставь его, — без раздумий отдал распоряжение Гюго.

Потом он подошёл к Матвею и, глядя на него снизу вверх, тихо произнёс:

— Давай, поднимайся.

— Это всё лишь усугубит положение, Гюго, — говорил ему Матвей, пока тот выводил его в коридор. — Если завяжется перестрелка, а она обязательно завяжется, погибнет только больше восточников. — Он глянул через плечо, завидев лишь половину лица своего товарища. — Разве не это ты собирался предотвратить, воплотив свою безумную затею?

Гюго смолчал.

— Ты ведь не плохой человек, Гюго.

— Да откуда тебе знать… — послышалось недовольное возражение за спиной.

— Будь это так, ты перестрелял бы меня и моих людей ещё вчера, как только мы вышли из вездехода, и не стал бы заморачиваться.

Снова молчание.

— Ну и ко всему прочему, я знаю тебя не первый день, Вов, — обратился он к нему по имени, как это бывало в тех редких случаях, когда им предстоял серьезный разговор. — Ты не способен на зло.

Наверное, Гюго вновь возразил бы, если б вдруг им не пришлось резко остановиться из-за раздавшихся впереди шлепков босых ног. На стене вырастали блеклый тени, слышался кашель, сопение.

Николай Федорович пожурил кровоточащую рану на ноге, прислонился боком к стене, передернул затвор винтовки и прицелился в дальнюю часть коридора.

— Федорович, не вздумай стрелять, — приказал Гюго, покосившись в его сторону.

Никита занервничал и сильнее вдавил дуло пистолета в спину Арине. Юрий Павлович положил ладонь на плечо Наде, и с виду держался уверенно.

И вот из-за угла один за другим стали показываться полуобнаженные люди…

* * *

Увидев трех друзей с нацеленными в их спины пистолетами и винтовками, Лейгур сразу понял — дело дрянь. Коридор, где все они собрались прямо сейчас, был единственным, соединяющим между собой все блоки зимовочного комплекса, а потому обойти неприятелей сзади или попытаться застать врасплох никак не выйдет.

Пока царило затишье перед неумолимой бурей, он спешно оценивал обстановку. Сперва пересекся взглядом с Матвеем в надежде получить сигнал, но голубые глаза не подмигнули, а губы не шевельнулись, пустив беззвучное слово.

Арина тяжело дышала носом — гневалась. А вот во взгляде Нади считывалось беспокойство, наверняка за малыша.

Толпа с ненавистью воззрилась на Гюго и остальных. Разделяющее их пространство — метров пять, не больше, — обратилось строгой границей, пересечение которой грозило незамедлительной казнью в виде расстрела.

Первым напряженную тишину разорвал Матвей:

— З-здравствуйте, Ильдар Маратович.

— Здравствуй, Матвей… — потом он обратил взгляд к Арине. — Арина…

Девушка отдернула в его сторону влажные глаза, прежде изучающие истощенные тела людей.

— Как ты мог… — шептала она, обернувшись к Гюго. — Боже, как ты мог…

В короткую секунду, когда его взгляд и взгляд девушки пересеклись, кадык Гюго чуть вздрогнул. Однако быстро вернув внимание на преграждавшую им путь толпу, он произнёс:

— Бросайте оружие и встаньте лицом к стене с приложенными к затылку руками. Мы пройдем дальше, к гаражам, и я клянусь вам, что никто вас не тронет.

Ильдар сплюнул.

— Клянется он, гляди-ка.

— Да, клянусь. Мы уедем, доберемся до ближайшей станции и сообщим, чтобы сюда доставили еды.

Ильдар осклабился, показав жёлтые зубы.

— Кажется, ты плохо расслышал сказанное мной несколькими минутами ранее, слизняк. — Его грудь стала вздыматься от тяжелого дыхания. — Ничего из предложенного тобой не случится. Сегодня ты и вот эти три твоих прихвостня сдохнут. Точка.

После сказанного Никита пригнулся, полностью прикрыв себя Ариной.

— Матвей, — привлёк внимание собирателя Ильдар, — посмею предположить, тебе известно, чего он здесь натворил.

— Да, он все рассказал мне.

— В таком случае… — бескровные губы Ильдара сжались в тонкую линию, — ты понимаешь, что ни я, ни все стоящие за моей спиной не можем его отпустить. — Черные, ослепленные ненавистью глаза медленно посмотрели на Гюго. — Простите Матвей, Арина… — в сторону Нади он даже не взглянул, — но мы будем вынуждены стрелять.

Лейгур вынырнул из толпы и направил винтовку на Ильдара, однако тот, будто зная заранее предугадав его реакцию, даже не оглянулся в его сторону. Несколько восточников за спиной исландца ответили ему тем же, направив дула автомата в исландца.

— Не думаю, что это произойдет, — сказал Лейгур.

Ильдар смолчал.

— Ты что, собираешься и нас убить? — произнесла Арина, её голос прозвучал глухо, неуверенно.

— Если до этого дойдёт, — последовал сухой ответ Ильдара. — Но прежде чем это случится, я даю одну минуту этому подонку и его шайке на то, чтобы они бросили оружие и приняли заслуженную смерть.

Напряжение в коридоре усилилось до такой силы, что становилось тяжело дышать.

— Минута пошла.

Дыхание участилось. Указательные пальцы плотно прижались к спусковым крючкам. На лбах выступили бисеринки пота. Сильнее всех страх затронул Никиту — он стал медленно пятиться назад, крепко вцепившись в плечо Арины.

— Ещё один шаг, сопляк, и минута превратится в три секунды, — предупредил Ильдар.

Мальчишка замер и прижался к стене, будто надеясь магическим способом пройти сквозь неё.

Лейгура охватило замешательство. Он не знал на ком именно следует сосредоточить внимание, куда произвести первый выстрел, когда начнётся эта бойня.

А между