Планета Халка - Грег Пак

– Но они беспокоят меня, Тень, – передразнил Император. – Они все еще живы, потому что ты решила показать фокус, вместо того чтобы просто убить их. А теперь отойди.

Каейра уставилась на своего Короля. Диска покорности у нее в груди больше не было. Но ее все еще связывал заключенный ее народом договор. Она решила, что все же может позволить себе немного помедлить. И неспешно обернулась. Дети торопливо протискивались в дыру, которую она проделала в стене за колоннами. Еще секунд пять – и у них бы появился шанс добраться до следующего квартала и спрятаться в королевской галерее. Но она знала, что этого будет недостаточно. Красный Король вошел в раж. Он не успокоится, пока не увидит их агонию.

Но затем она заметила знакомый силуэт. Оборванный и окровавленный человек плелся по улице в их сторону.

– Советник Денбо! – позвала Кайера. – Где ваша броня? И где ваша армия?

* * *

Денбо уставился на нее ошарашенными и немного безумными глазами. Он видел себя как будто со стороны и не знал, что скажет в следующий момент. Его привычные расчетливость и манерность куда-то исчезли. О том, что же осталось, он не имел ни малейшего понятия, пока его рот не раскрылся и оттуда не полились слова.

– Все было так, как описывалось в старых песнях, – выпалил он. – Он сами горы взвалил на плечи.

– Кто? Зеленый Шрам?

– Его имя не Зеленый Шрам, – сказал Денбо. Он издал тихий смешок, вспоминая события последнего месяца своей глупой жизни. Он поднял глаза на пари́вшего в воздухе над ним Императора и подивился тому, что еще вчера был готов выслуживаться перед этим коронованным ребенком, со всей осторожностью подбирал выражения, до дрожи боялся совершить хоть малейшую оплошность – все, чтобы потешить нелепое, инфантильное эго, делавшее его с каждым днем все глупее. Он делал это ради власти. Но теперь он знал правду.

– Он – Сын Сакаара, – выдавил Денбо, и в его душе сразу же наступил покой.

Красный Король зарычал и выстрелил в своего бывшего Советника струей пламени. Тот закричал и упал на землю, объятый огнем.

– Пусть меня услышит весь мир! – загрохотал Красный Король, поднимаясь в воздух. Лицо его с каждой секундой багровело. – Я – это он! Герой-Защитник! Спаситель своего народа! Единственный истинный Сын Сакаара!

Его слова эхом разнеслись по притихшему городу. Ответом ему было лишь потрескивание, поглощенное руинами. Тогда он медленно спустился на землю и подошел к Кайере.

– Иди, Тень. Иди и убей Халка.

Кайера молча развернулась и отправилась прочь из молчаливого города. Император вознесся обратно в свою башню. Горожане остаток ночи ютились в своих темных домах, стараясь не издавать ни звука. Обугленное тело Советника Денбо еще два дня валялось на улице, пока дикие уличные свиньи не стащили его кости, а торговец металлоломом – обойки и пряжку от меча.

* * *

Миэк скрючился на склоне холма на границе Степей, глядя на раскинувшийся внизу лагерь беженцев. Дул холодный ветер и шел снег. Имперцы ютились маленькими группками в своих палатках и навесах. Но братья Миэка без остановки наворачивали на открытой всем ветрам вершине холма странные круги, шушукались и перещелкивались.

Корг вздохнул и тяжело опустился на землю рядом с сидевшими у костра Халком и Хироимом.

– Мы обнаружили Примуса и остальных пленников мертвыми, – сказал он тихо. – Всем горло перерезали. Никто не признался. Когда я спросил, Эллоэ рассмеялась.

– Почему не смеяться? – спросил, обернувшись к ним, Миэк. – Они заслужить это.

– Это неважно, – тихо сказал Хироим. – Каждый удар, нанесенный в злобе, вернется к нам сторицей.

– Но эти мелкие розовощекие убивать, убивать, убивать и убивать! Мы должны останавливать их – или они и дальше всех убивать!

– Да, должны, – сказал Хироим. – Но потом и нам придется заплатить.

Миэк перевел взгляд с Хироима на Халка, ожидая какой-то реакции. Но последний просто сидел и смотрел на огонь. Миэк повернулся и пошел сквозь снег к своим братьям.

– Брат Миэк! – позвали хиверы, переминаясь с ноги на ногу в своем странном кругу.

– Брат Миэк!

– Ты можешь?

– Ты можешь чувствовать это?

– Пахнуть, брат Миэк.

– Пахнуть и звать.

– Ты можешь… ты можешь…

Миэк встал на колени в кругу своих братьев по улью и подставил лицо ветру. Он почувствовал запах горя. И зов. Запах исходил от его улья. Исходил от мертвых хиверов на дне каньона. Сотен, тысяч других хиверов, взывавших к нему со всех концов света.

– Да. Плакать и умирать, – сказал он. – И звать…

– Они взывают к тебе, – тихо, нежно пощелкивая, проговорила Бруд. – Миэк, Лишенный Улья, который пошел в бой. Миэк, Обретший Улей, который спас свой клан. Они призывают тебя…

– Измениться, – прошептал маленький хивер.

Миэк закрыл глаза. Он должен был дрожать от холода. Но запах переключил что-то в его лимбической системе, запуская химическую реакцию, отозвавшуюся теплым покалыванием во всем теле. Он сложил руки, опустил голову на грудь и освободил сознание. Его тело начало сворачиваться в огромный кокон.