Пламя грядет - Демий

– Нечего забивать головы этими глупыми гоблинскими играми, – фыркнул он.

Я не стал спорить. Тем более что настроения возиться с детьми у меня не было. Может, эльфы и самые мудрые существа в мире, но их дети так же рассеяны, как и людские.

– Кажется, моя задница окаменела, – пожаловался я, выпрыгнув из телеги.

Мы остановились у небольшого леса. Он упирался в гору с почти вертикальным склоном. Стоило радоваться, что люди ещё не добрались до этой части континента. Мы бы умерли, проходя через их бесконечные остроги. А тут уже давно поселился бы какой-нибудь граф.

– Могу размять, – задорно усмехнулась Шанси, легонько толкнув меня коленкой под ягодицу.

От неожиданности я чуть не упал. Эйден слегка усмехнулся:

– Лучше соберите хвороста, глядишь и разомнёте всё, что надо. Заодно детей смущать не будете.

* * *

Найти хворост не составило труда. Лесок хоть и был небольшим, зато полнился сухостоем. Очевидно, что его губила сама природа. В этом есть своя ирония – она создаёт, она же и разрушает. А люди в своём эгоцентризме считают, что это они причина всех катаклизмов. Это и многое другое мы успели обсудить с Шанси, пока искали ветки побольше. Потом пришли к уже разбитому лагерю.

На ужин была авторская похлёбка Эйдена. Готовил он сносно. Уж всяко лучше, чем Тур. Как вспомню походы с ним… Впрочем, в тот вечер мне не хотелось думать о прошлом. Я вообще отказывался работать головой. Максимум – челюстями. Бывает такое состояние. И меня вполне устраивает. Уж простите, что порой даю себе волю. Долгий путь без особых приключений способствует. Либо начинаешь излишне много думать, пока больше заняться нечем, либо наоборот. Второй вариант меня больше устраивает. Он менее мучителен.

Так что, пожевав в волю, я бессовестно улегся спать. Шанси вызвалась покараулить. Она уже рассказывала, что сцинкам почти не нужен сон. Пожалуй, дольше всего ей пришлось проспать в тот момент, когда мы выпили снотворное. Да и то это был особый случай.

Мне приснилось, что мы вновь отправились собирать хворост. Но на этот раз лес оказался огромным и мрачным. Узловатые кроны сплетались меж собой, плотно закрывая небо. Каждый шаг растекался во тьме. Казалось, будто из-за деревьев за нами следят. Всё это было настолько живо, что я проснулся в поту. К счастью, этого никто не заметил. Включая Шанси, которая уже успела встретить рассвет. Мы поменялись местами. Сон ко мне всё равно больше не шёл, а ящерке стоило отдохнуть. Тем более что всего через пару часов наш отряд опять двинулся в путь.

* * *

Некоторое время мы двигались спокойно, а потом въехали в город. Это был Кирзаан. Город, который основали люди. Однако в нём нашлось место и для остальных рас. Причём при самом основании. Так что небольшие уютные здания дворфов ютились рядом с роскошными домами эльфов и практичными постройками людей. Всё это весьма впечатляло. Ведь это являлось буквально образцом сосуществования большинства рас. Чистые улочки, которые нечасто встретишь в столице. Разнообразные лавки торговцев, продающих всё подряд – от заурядной курицы до необыкновенно красивых платьев. Даже Шанси начала заглядываться. А потом она мне шепнула:

– Гло, тут нет бедных?

Я растерянно поглядел по сторонам. Но ящерка оказалась права. Мы так и не встретили ни одного бездомного за то время, что шли по городу. С другой стороны, они просто могли находиться в другом квартале. Об этом я не стал говорить. В скором времени мы вышли к двухэтажному дому, стоящему особняком. Вокруг него был разбит парк, огороженный забором. Такие выходки позволяют себе только дворяне.

– Здесь вас приютят, – сказал Эйден.

Он обращался к Илори. Последнее время эльф ничего толком не говорил. Я даже забыл немного про его существование. Вообще троица погорельцев была довольно тихая. Или это все эльфы такие, и Гнесса была исключением.

– С чего ты так уверен? – недоверчиво спросил Илори.

– Тут живёт моя родня. По эльфийской линии. Не ближняя, но всё же. И ты ведь знаешь – эльф не бросит эльфа в беде.

Эйден говорил довольно мрачно и серьёзно. Меня даже пугал его голос. Казалось, будто он вспоминает не самые лучше времена своей жизни. В конце концов, он решительно шагнул к воротам и постучал в них. Через некоторое время с другой стороны раздался ворчливый голос:

– Кого там принесло?

– Эйден из Двинвента. Пришёл к Гнивен. Передай скорее, она будет рада меня видеть.

Последние слова прозвучали особенно обречённо. Мне даже стало жалко парня. Только я ещё не понимал, что к чему. Из-за ворот послышались тихие переговоры, потом звук шагов. На некоторое время мы остались в полном безмолвии. Его нарушил звук затвора. Ворота, шелестя петлями, раскрылись. Мы увидели стражника в лёгких доспехах.

– Идём, – бросил он.

После чего резко развернулся и пошёл, не проверяя, идём ли мы следом. Едва вошли, затвор лязгнул вновь. Ещё два стражника захлопнули створки. «Отрезают путь к отступлению» – отчего-то подумал я.

Во внутреннем дворе было уютно. К зданию вели дорожки из камня, а по их краям цвели клумбы. То и дело казалось, что вокруг начнут летать бабочки. Я даже заметил поодаль фонтан. Струи воды весело играли в лучах полуденного солнца.

– Вам туда.

Стражник ткнул пальцем в сторону беседки, к которой вела одна из дорожек, и потопал обратно. Удивлённо посмотрев ему вслед, мы направились, куда сказано. Уже через несколько шагов я понял суть такой беспечности. Возле ворот красовалась будка, в которую и пошёл стражник. Оттуда было видно весь двор. Нам просто некуда деться.

– Ох, как я рада тебя видеть, аэпум, – сказала девушка, которую мы увидели в беседке.

– И я, – склонился Эйден. – Уума. Или мне тебя звать даарэ?

Эльфийка в беседке хихикнула. Я же остался в полном недоумении. Знания эльфийского этикета давали мне понять, что они используют слова, обозначающие какое-то родство, но какое именно?

– Оставь эти почести высшим сословиям. Или же перейдём на наш язык?

Девушка обвела нашу группу задумчивым взглядом, а потом осторожно отпила из бокала. Наконец Эйден вошёл в беседку и сел напротив неё, взглядом приглашая нас последовать его примеру. Так мы и поступили. Лишь дети остались стоять. Они с интересом изучали куст неподалёку.

– И кого же ты привёл? Эльф, дети и… Гоблины? – девушка изогнула бровь.

Она вела себя совсем не как Гнесса. Очевидно, ей удалось ассимилироваться куда лучше. Даже людские привычки переняла. Готов поспорить на десять золотых монет, что в бокале у неё было не что иное, как вино. И это в середине дня!

– На последних не обращай внимания. Это мои спутники. Я же прошу тебя только об одном, – Эйден говорил как-то странно. Словно что-то постоянно давило на него. – Приюти на время Илори и его детей. Они жили в деревне неподалёку, но её сожгли.