Третий сын - Константин Ежов

– Вот как раз этот момент и вырезали, – я припечатал все варианты развития расспроса таким ответом.

– Ага, разведчик, и всё такое, – гнула своё Светлана.

Не получилось. То, что она настырная, не прошло мимо моего внимания.

– Всё проще, сознание потерял от такого счастья, а заминки на таких церемониях недопустимы. Позже мне сам дьяк по ушам ездил, что в их понимании это чуть ли не высшая награда. В общем, промывали мне мозги наши потом ещё долго. Одно не пойму, – почему такой чести до меня не удостаивался вообще никто?! – возмутился я в очередной раз в ответ.

– Потому что их император уж очень от неё хотел избавиться. И они считали, будто именно ты сможешь с ней совладать. Знаешь, сколько за этот подарок мы с них стрясли? У-у-у… – вставил, с довольством в голосе свои пять копеек Лучезар Агафонович.

Вот сволочи! Сволочь! Но вслух не скажу. Они, значит, что-то там поимели, а мне какую-то наложницу. Пусть и императорскую. Империя Мин всё же не Россеа. Да и на кой она мне…

– Вань, а она красивая? – зыркнув сердито на своего дядю, продолжила Света.

Что за вопросы у неё всё время возникают, как только какие-то представительницы женского пола упоминаются в связи со мной?

– Племянница, где ты минок таких видела? – прилетело в ответ от дяди.

– Придётся уточнить. Она по происхождению кореянка, – вмешалась Ярослава.

Нет, а я ей чуть в любви не признался! А она сдаёт с потрохами… Предательница!

– Да какая разница!!! – всё не унимался Лучезар Агафонович.

– Дядя, я тебе сейчас руку сломаю – случайно! – возмутилась на это его племянница и по совместительству моя новая знакомая.

– Всё, всё… – решил он отступить от греха подальше.

Она что, всерьёз сказала про руку? Получается, она и тогда на смотровой площадке не шутила.

– Так что там с ответом на мой вопрос, а, Вань? – приступила Светлана к словесной расчленёнке уже в отношении меня.

И, слава богу, без насилия. А то ударчик-то её помню.

– Не знаю… Вроде ничего, но и видел-то её всего мельком, да и то потом сознание потерял, – попытался я съехать со скользкой темы.

– В каком смысле? Тебе же её подарили, – ан нет, не удалось, и с ней этот номер не прошёл.

– Не совсем. Сказать сказали, даже показали, и на этом всё, – тогда я постарался максимально честно соврать, ну, почти ничего не искажая.

Что-то останавливало меня говорить всю правду.

– Когда стукнет восемнадцать, тогда и отдадут, а пока ему вредно рядом с собой столько неоднозначных личностей иметь, – пояснила вездесущая Яро-слава.

Хм. Интересно, чего такого в этом «подарке-то»?

– Постой, что в ней такого особенного? – обратилась Света уже к ней, почти в резонанс с моими мыслями.

– Много разного… Для начала, она наложница предыдущего императора, но никак не нынешнего, – пояснила Дорогобудова.

А вот это уже интересно. Получается, никакая она не «честь». Сбагрили хлам какой-то! Ну… Очень даже очаровательный и, возможно, и нужный, но…

– А ты-то откуда это знаешь? – с подозрением во взгляде задал вопрос Лучезар Агафонович.

– Ну… – решила она явно уклониться от ответа.

– Понятно. Не сознаешься. Тогда ясным становится, как она оказалась в верхушке заговора. Не простила, значит, нынешнего императора, – сделал он неожиданный вывод из ответа и от этого совсем непонятный.

– Постойте, вы тут сейчас столько наговорили, но почему тогда мне такой подарок всучили, а не, как у них принято, фьють ей голову, и всё? – это уже я попытался внести ясность в получившуюся кашу, вместо картины мира.

– Не тот случай, Иван. Она, знаешь ли, тринадцатый дракон, – огорошила Дорогобудова меня своим ответом.

– Их же всего двенадцать! – ничего удивительного в моём изумлении в таком ответе не было.

Это ж блин! Их у нас обычно к высокоранговым мастерам силы приравнивают. И, подозреваю, таковых не сильно больше, если не сказать наоборот. Но сколько вообще – неизвестно! Секретная информация, совершенно. А сами они как-то не отсвечивают.

– Ошибаешься. Просто о ней не распространяются. Не думаю, что её ещё хоть раз решились бы призвать. Далеко неспроста ей дали черный цвет! Такая сила не разбирает ни своих, ни чужих и вообще не прицельна. В итоге получается натуральный Армагеддон. Можно сказать, вот так они и попали под монголов. Она тогда легко отделалась, став императорской наложницей. Остальные двенадцать ещё столетие после того приходили в себя. Во как от неё досталось и им. Не факт, что даже сейчас они всем скопом смогут её задавить, но трындец наступит в итоге полный, – нагнала Ярослава страху и ужасу.

Но меня такой фигнёй не проймёшь!

– Тогда почему они решили, будто я с ней справлюсь?! – стал я допытываться у Лучезара Агафоновича.

Кто-то же должен мне ответить, а он тут в самых высоких чинах, тем более что-то там тряс.

– Поверь, не знаю. Тут надо у минцев узнавать, и желательно – у императорских приближённых. Может, Ярослава чего скажет? – быстро перевёл он стрелки.

– Кое-какие подозрения есть, но надо уточнить, – ответила та совершенно спокойно.

Чувствую, это всё.

– Спасибо, утешили. Ей хоть сколько лет? – неожиданно заинтересовался я совершенно ненужным мне вопросом.

На вид лет шестнадцать-восемнадцать, но это обычное дело для кореянок – моложавость. Возможно, и больше. Разницы-то никакой.

– Восемьсот с чем-то, – последовал её лаконичный, пусть и не очень точный ответ.

– Опупеть! – выразил я свои эмоции одним словом.

Всё ожидал, но не такой ошибки в возрасте! И вообще, они мне так ни на что и не ответили, а всякую ерунду про меня собрали. Но пусть не надеются, так просто не отстану!