Экстерминатор - Антон Чернов

— Ну я… ну это… — стеснённо пробасил Самсон.

— Здоровый и твёрдый, как столб, — прошипела Ирка, потирая плечо под доспехом.

— Ну да, — пожал здоровяк плечами.

— Хорош трепаться, — решил я навести порядок. — Начинаем чистить подход, — указал на тросики. — И все запомните, что надо местных предупредить, что мы тут прошли. А то чёрт знает, что и как будет в этой Клоаке. Могу сам забыть, а вот прорвутся ратоморфы по разминированному пути — хреново выйдет.

Ну, забуду вряд ли, но хрен знает, и вправду. Так что так спокойнее.

А сами хлопушки труда в своём «разминировании» не составляли. Были бы плазменные клинки — можно было бы за минуту пройти. А так пусть подольше, кусачками стандартного набора (нож-кусачки которые) за пять минут прошли до перекрёстка коридоров, где и стояла Клоака. От схем, показанных Сэмом, комплекс зданий отличался разве что граффити разной степени похабности. Но художественно, чтоб их!

— И бордель тут? — предположил я, потому что обнажёнка и сношёнка на стенах была явно повыше классом надписей на стенах общественного сортира.

— Само собой, а это и реклама, и стимул, — понимающе хмыкнул полицай.

В общем, не высовываясь на открытое место, прикинули. Все здания нам сразу не проверить, да и разделяться не хочется… Но надо: пока будем в том же центральном здании Клоаки — преступники вполне могут убежать через КПП. Так что блокировать надо, на что выделился явно обиженный Самсон. Но успокаивать я парня не стал — хочет обижаться, пусть обижается, но приказ исполняет. А потом расскажу, что его огромность в текущей ситуации только во вред. У нас только парализаторы, а он и помедленее, и как мишень — огромный. В общем, без тяжёлого оружия и в помещении толку от парня немного.

Майкл с Милой сами вызвались на второй КПП — тут я согласно махнул рукой. Я бы, если по габаритам и нужности, Сэма бы отправил, чтобы он авторитарным пузом местных охранников подавил. Но он, всё же, гид и знаток. А главное — официальное лицо, тот же арст мы произвести, конечно, можем… Но на суде нами заарестованных, несмотря на доказательства, могут и отпустить. Свои тонкости, тогда как сержант полиции, официально зачитавший регламент ареста, это «тонкости» решает.

Ну а Мила вообще в текущем задании скорее «за компанию» выходила, потому что работы аналитика-оператора в текущем раскладе нет и не предвиделось.

Завалились мы с громовыми воплями: «Работает Департамент Вынужденного применения силы! Не сопротивляться и подготовиться к проверке!» Судя по поведению местных — немного «чересчур». Народу в Клоаке было много, разный, в основном, довольно потасканного вида. Даже официантки и прочий персонал был потасканными на вид, но несколько иначе потасканными, чем отдыхающие несуны. Так вот, на наше появление никто тех самых полицейских дробовиков не поднимал. И, в основной своей массе — даже не суетился. Зыркали, конечно, но даже не все недоброжелательно:большая часть народа сидела с видом «бесплатное представление».

Но несколько деятелей суетились, дёргались, один даже хотел выйти в окно с площадки на втором этаже, в чём Ирка ему резко помешала парализатором. Проверили дёргающихся — ну и не удивительно, почти все «лица, разыскиваемые Департаментом, подозреваемые на основании достоверных доказательств в систематическом нарушении законов Идигена». Собственно, в скинутых мне Пелагеей из присутствующих только три морды и значилось, остальных Сэм в силовые наручники (которых у дядьки оказалось столько, что он даже на вид ощутимо похудел, извлекая инвентарь из запазухи) заковал «за компанию» и на основании полицейских баз. При этом — никакого сопротивления ни от посетителей, ни от злобно зыркающего персонала. Такая себе тренировка вышла, хотя… тут и нестандартный подход, да и лишний риск — лишний. В виртуалке потренируемся, не стал расстраиваться я.

— Гостиница и медблок, — шёпотом сообщил мне на ухо Сэм.

— Да, делимся на две группы.

Разделились, прошлись. В медблоке — чисто. А вот в гостинице, которая по совместительству бордель, нашли, как выразился Сэм «жирную добычу». Какой-то бандитский главарь, слишком наглый (или неудачливый), чтобы его начали именно разыскивать. Ну, то есть доказательства преступлений были. Вытащила его Ирка за яйца, подозреваю — в самым прямом, отнюдь не эротическом смысле слова. По крайней мере, высокий и широкий дядька, несмотря на засранское выражение на морде и покрывало в качестве одежды, был заметно скрючен и морщился. И молчал, задрав нос и скрючившись — уникальное зрелище.

— Кака-а-ая встреча! — радостно, чуть ли на шею с обьятьями бандюге не кидаясь, протянул Сэм. — Сам Михаил Лайтер, а мы тебя заискались. У Полиции Департамента вынужденного применения силы, господин Лайтер, есть к вам вопросы. Вы можете хранить… — завёл регламентную песню полицейский, одевая на этого Лайтера не одни, а аж три пары наручников.

— Волки позорные, — презрительно, с заносчивым видом, через губу бросил этот бандюга и замолчал.

Задержанных у нас выходило пятнадцать человек: четырнадцать мы «повязали» в Клоаке, пятнадцатый выскочил (видимо, из медблока или борделя) на Самсона. И споткнулся, упал раз… ну шесть, судя по состоянию, раз. Нормально, на ногах стоял и даже не шатался, в общем.

— Командир, ещё какие-то люди бегали, но к КПП не приближались, — молодцевато доложил Самсон.

— Да есть у них какие-то отнорки, точно, — махнул рукой Сэм. — Не признаются, а спрятано на совесть, только демонтировать Клоаку, что никто делать не будет. Ушли — и хер с ними, у нас и так добыча отличная! — радовался он.

Вопросов с тем, что задержанные «убегут» — не было. Силовые наручники на то и силовые, что не давали от держателя «ключа», в данном случае Сэма, удаляться. А вот с их, как ни смешно, здоровьем — вопрос возникал. Дело в том, что мы были на техуровне, и до ближайшего подъёмника нам километра три телепаться. А в округе — ратоморфы, чтоб их. И кормить тварей задержанными не стоит по многим причинам.

Так что у КПП потратили мы несколько минут на составление формации с арестованными в центре — нам их оборонять, бандюг таких, надо. И выдвинулись, неспешно. Что сделали ой как не зря: ратоморфы, твари такие, прямо как чувствовали «беззащитную добычу». На наш отряд на пути к Клоаке