Атропос - Карелин

и натыкаясь на несовершенства этого мира, мы можем становиться лучше, расширять свой кругозор, совершенствовать чувство прекрасного. Поэтому я перестал смотреть персофильмы и слушать персомузыку. В мире, безусловно, есть множество произведений, которые не стоят потраченного времени, но тем ценнее становятся те редкие шедевры, которые тебя по-настоящему задевают. Их поиск и нахождение — вот что делает жизнь интереснее.

Тэнси понимающе кивал головой.

— Все верно, пап. Усилия и время, потраченные на поиск, вознаграждаются. Но я также могу понять, почему персоизведения стали так популярны. С тех пор, как машины научились считывать мысли и переводить их в зрительные и звуковые образы, творческий процесс стал простым, как никогда. Зазвучал мотив в голове, и вот он уже загружен в гиперсеть в виде законченной музыкальной композиции. Придумал идею для фильма, и вот он уже срежиссирован и проходит заключительный монтаж. Но в том-то и проблема. Количество фильмов, музыки, картин, игр, книг стало запредельным. Отыскать что-то толковое в бесконечных списках хлама стало практически невыполнимой задачей. Поэтому многие люди предпочли упростить себе задачу и получать удовольствие от того, что было создано специально для них.

— Хлама — это еще мягко сказано, — согласился с ним Чжан Вей, — Я мог часами пролистывать списки новых фильмов, а после расстраиваться, так и не найдя того, что показался бы мне достойным внимания. Большинство произведений просто копировали друг друга и не имели никакой оригинальной основы. Будь моя воля, я бы ограничил право людей творить и ввел бы жесткие критерии отбора творцов. Только прошедшие специальную художественную подготовку и подтвердившие свои выдающиеся способности получили бы право претворять в жизнь свои творческие порывы.

Тэнси только рассмеялся:

— Ты же знаешь, что в современном мире самовыражения такую идею никто не поддержал бы. Если не творчеством, то чем люди будут еще заниматься в свое свободное время? Это мы с тобой — редкие особи, которые готовы жизнь оставить на работе. Но все остальные часто работают не более двух часов в день. В жизни их образуется вакуум, который необходимо чем-то заполнить. Как нельзя кстати приходятся просмотр чужого творчества и создание своего. Кому-то хватает и первого, но многим нравится создавать собственные творения.

— Прежде чем пытаться что-то выразить, неплохо бы поработать над внутренним наполнением…, - Чжан Вей не успел закончить свою мысль.

Лодку сильно тряхнуло. Чжан Вей навалился на Тэнси и чуть было не перевалился вместе с ним за борт. 25 метровую яхту продолжало мотать из стороны в сторону, хотя вокруг ничего не изменилось. На небе не было ни облачка, океан был спокоен, ветер практически отсутствовал. Чжан Вей осматривался по сторонам, пытаясь определить причину происходящего. Внезапно что-то подтолкнуло яхту вверх, она буквально оторвалась от воды, поднялась в воздух на несколько метров и с силой ударилась об воду. Чжан Вей и Тэнси удержались на борту только потому что успели схватиться за поручень. Их ноги поднялись выше головы и резко ударились о палубу. При приземлении руки отпустили поручень, и их раскидало по корме в разные стороны. Чжан Вей хорошенько приложился лицом к мокрому полу во время приземления. Его нос и верхняя губа кровоточили. Тэнси тоже досталось. Он потирал ушибленные колени и проверял целостность своих костей.

— Что происходит? Это что какой-то сбой в программе? — выкрикнул Чжан Вей.

— Нет, в программе не может быть никаких сбоев, — Тэнси поднялся и отряхнулся, — вероятно, нейровселенная попыталась вписать в свой мир твои ощущения из реальности.

— То есть мы испытали то, что я испытал в реальном мире? Что-то случилось с моим домом?

— Да, такое объяснение было бы самым логичным.

— Но почему программа не разбудила меня? Разве она не должна возвращать меня в реальность, если моему физическому телу что-то угрожает?

— Возможно, она посчитала угрозу несущественной…

Белоснежную яхту что-то подхватило и протащило несколько десятков метров по воде в сторону. Чжан Вей и Тэнси свалились с ног и проскользили по палубе до носового рейлинга, тщетно пытаясь за что-то ухватиться. Они стукнулись головами и, не обращая внимания на боль, быстро схватились за рейлинг, ожидая нового броска.

— Это тоже несущественно?! — возмущенно прокричал Чжан Вей.

— Что-то не так. Программа должна была вывести тебя отсюда.

— Но, как видишь, не вывела. Программа, выведи меня отсюда! — прокричал Чжан Вей куда-то в сторону бескрайнего океана. Он все еще опасался нового сотрясения и крепко держался за рейлинг.

Ничего не происходило.

Яхту пробила мелкая дрожь. Весь ее корпус пронизала вибрация, которая передавалась в грудную клетку.

— Почему ничего не происходит?

— Не знаю, — честно ответил Тэнси.

— И что теперь делать?

— Есть способ вывести тебя отсюда вручную.

— Говори.

— Боюсь, что тебе это не понравится, — нерешительно проговорил Тэнси, — чтобы вывести тебя из нейровселенной тебе придется умереть в виртуальном мире. Другого способа нет.

Чжан Вей оторопел, раньше ему умирать не приходилось, и делать это даже в виртуальном мире он не спешил.

— Умереть? И как ты прикажешь мне это сделать?

— Я сам никогда с подобным раньше не сталкивался, поэтому я не знаю, что предложить.

Лодку резко швырнуло из стороны в сторону, и Чжан с Тэнси вновь оказались на залитом морской водой полу.

— Ладно, прежде чем умирать я хочу попрощаться с Юн Мэй, — Чжан Вей поднялся и быстро пошел к каюте, пока яхта оставалась спокойной.

Он спустился в каюту и обнаружил Юн Мэй, лежавшую на полу. Черные волосы закрывали ее лицо, она была без сознания. Он аккуратно взял ее голову руками под затылок и положил себе на колени, снял пряди волос с ее лица и погладил по щеке.

— Юн Мэй, очнись, Юн Мэээй, приди в себя. Прошу тебя! — он осторожно похлопал ее по щеке. Ее лицо ожило, мимические мышцы вокруг глаз пришли в движение, и она открыла потерявшиеся в пространстве глаза. Она не сразу смогла сфокусироваться на Чжан Вее.

— Юн Мэй, дорогая, все хорошо. Я должен сейчас уйти, но обещаю, я вернусь к тебе очень скоро.

— Уйти, но куда? — она все еще не понимала, что происходит.

Он помог ей подняться и посадил ее на кровать, ласковым