Второй шанс. Снайпер - Виктор Мишин

— Это тебе не лотерейный билет, чтобы его пробовать, — набычился Жуков.

— Серег, выйдем, — махнул мне рукой Истомин, не обращая внимания на слова командующего фронтом.

В коридоре мы тихо обсудили предстоящую работу. Я решил выехать вперед, для проверки местности, без сопровождения и маскировки. В принципе все наше барахло лежало в кузове нашей полуторки. Поехали вдвоем с Муратом, ну и Михалыч за водителя. Маршрут движения командарма мы узнали у его водилы.

— Ну, чего высмотрел? — спросил я казаха, когда мы доехали до КПП.

— Ну, если эти шустрики будут опять работать в городе, то лучше места, чем сам КПП, не найти. Место позволяет, машина будет стоять неподвижно, стреляй не хочу, — ответил Мурат.

— Тоже так считаю. Теперь другой вопрос. Откуда бы стал стрелять ты? — я обвел глазами пейзаж вокруг.

— До крайних домов метров семьсот. Это должен быть хороший стрелок, если отважится.

— Ну, мы-то с тобой стреляли, почему у немцев такого не может быть?

— Да не в том дело. Риск большой. У домов солдат полно, как он уходить будет?

— Логично, — задумчиво произнес я. — Надо думать, Мурат, времени нет совсем.

— Смотри, Серег, один ракурс точно отпадает. Стрелять он будет сверху, потому как у КПП местность понижается, снизу не достать. Поэтому два дома. Тот, что стоит торцом, двухэтажный, имеет только чердачное окно. А вот второй…

— Понял тебя. Значит так. Я лягу рядом с КПП, ты метров на двести ближе к домам. Я беру чердак, чутье, понимаешь ли.

— Идет, хотя и я думаю, что чердак. Вон за домом как раз рощица начинается, свалить можно довольно легко.

— Ага, а если еще у него веревка будет, то и быстро, — заметил я.

— Чего, ребят в рощу отправим? — посмотрел на меня Мурат.

— Давай. Михалыч? — стукнул я кулаком по кабине.

— Здеся я, — тут же отозвался водила. У-у-у, нарушитель устава.

— Давай в сторону от КПП, вон к тем кустикам. Я сойду.

— Понял, товарищ лейтенант, — Михалыч тронул машину, забирая левее. Рядом с кустами, откуда дом был почти не виден, я спрыгнул, подхватив все свои причиндалы. «Винчестер» у меня в сборе, сидор, со специально сшитыми мешочками для патронов и прочей мелочевкой. Растворившись в кустах, услышал, как Михалыч отъехал. Казаху я наказал ехать другой дорогой, чтобы не смогли заметить недостающего пассажира, меня, то есть. Поставив винтовку, оглядел прицел, настройки и вогнал три патрона в приемник.

— Вот и тебе работа подоспела, — разговаривал я с винтовкой.

Достал грим, слегка намазал рожу, времени для полного макияжа не было. Закончив приготовления, двинул кустами в сторону КПП, стараясь оставаться невидимым. В одном месте остановился, присел, глянул в бинокль. Отлично, ракурс хороший, чердак чуть сбоку, мою оптику, если бликанет, стрелок не увидит. Здесь и прилягу. Расстелил дождевик, прихваченный специально, улегся. Дом стоит торцом, но часть стены, обращенная к роще, мне видна. Если этот безобразник надумает свалить, я его увижу.

Время текло медленно. Когда показалась машина командарма, я влип в прицел. Поймав окно, вгляделся, только бы не прозевать. После проверки документов автомобиль командарма четвертой танковой благополучно уехал. А я лежал как оплеванный. Так, что-то не то. Пролежав еще пять минут, поднялся, и тут же на меня напоролся Мурат.

— О, а я тебя ищу, — воскликнул он. — Чего за дела?

— А я знаю? Фигня какая-то. Где-то не додумали. Стоп, Мурат, а если это приманка? Бегом к машине.

Не объясняя казаху свои догадки, я помчался галопом через кусты. Еще издали прокричал Михалычу.

— Заводи шарманку, бегом!

Ребята, не успев усесться в кузове, попадали на пол, Михалыч тронул как на пожар. Я постучал по кабине.

— Михалыч, в управление пулей! — только бы успеть. У дверей выпрыгнул из кузова на ходу. Черт, в бочине прострелило аж до слез. Едва зайдя в Большой дом, столкнулся с группой командиров с большими звездами в петлицах. Увидев среди них Истомина, заорал.

— Товарищ старший майор, никому не выходить, — я широко расставил руки в стороны. Бойцы охраны тут же отсекли меня от всей этой оравы начальников. Конечно, я как пугало выгляжу.

— Ты чего, сдурел, что ли? — покрутил пальцем у виска Петрович.

— Хуже, пять минут дайте, — ответил я.

— Товарищи командиры, в целях обеспечения безопасности прошу не выходить из здания, подождите, пожалуйста, прямо здесь, — повернувшись к начальству, проговорил Истомин. Жуков махнул рукой и повернулся к кому-то из командиров, что-то говоря и жестикулируя.

— Ну, чего у тебя, говори уже! — прошипел Истомин, когда мы отошли в сторону.

— Охота идет не на командармов.

— А на кого? Убивают-то их, — заметил Петрович.

— Это так, но это приманка. Помните, Жуков сказал, что гэбэшник ушел раньше всех?

— И…

— Он был в курсе того, что собрана группа для поиска стрелков?

— Наверное, группу решили собрать после гибели первого.

— Вот! Второго убрали специально, чтобы заставить нас уйти отсюда.

— Кто же цель, неужели…

— Куда? Держите его! — закричал я во весь голос. Куда там, Жукову надоело стоять и ждать, он решительно рванул на улицу. От меня до входных дверей было метров пять. Как я их пролетел, сам не понял, но настиг командующего фронтом вовремя.

Выстрел раздался в тот момент, когда Георгий Константинович вышел на улицу. Я бросился ему на спину буквально в последний момент. Накрывая его собой, не успел даже подумать. Тело встряхнуло, и что-то сильно ударило в спину. Ударом пули меня не откинуло, а еще больше пригвоздило к телу будущего маршала победы. Когда я попытался поднять голову, вокруг уже стояли плотным кольцом солдаты из охраны. Кто-то стрелял из «Судаева». Меня подняли бережно, что же это, опять меня убивали без моего согласия? Перед тем как вырубиться, увидел, как, прикрывая телами, увели Жукова обратно в здание. Потом наступила привычная уже темнота.

Глаза я открыл довольно легко. О, опять госпиталь, уже узнаю обстановку. Ага, меня ведь опять подстрелили, точно, черт, как в туалет-то хочется. Попробовал слезть с кровати, получилось.

— Зашибись, вроде стою, — сказал сам себе. Наклонился и увидел под кроватью утку. Ну, лень бежать искать «клозет». Сделал дело, попробовал покрутиться. Нормально, только спину ломит.

— Это что такое? — раздался чей-то командный говор. Подняв глаза, увидел военврача, стоящего в дверях.

— Да я, это…

— Ну-ка живо в постель, ишь чего удумал! — сердито произнес военврач.

— Товарищ военврач, так я в норме вроде бы.

— Вот именно, что вроде. Вы же ранены.