Граф - Иван Магазинников

– Поэтическая? Хм. И как успехи?

– Никак. Нет никакой системы, или мои алгоритмы для анализа недостаточно хороши.

– И что будешь делать?

– Не знаю. Я планировал использовать те же методы, чтобы составить несколько идеальных заготовок, но теперь… Пока что я просто запоминаю прочитанное.

– Зачем?

– У меня скоро поэтическая дуэль, – терпеливо напомнил «непись».

– И какое отношение к этому имеют все эти книги?

– Мы будем по очереди рассказывать стихи на заданную соперником тему.

– И? – не унимался бессмертный.

– Чьи стихи окажутся лучше, тот и станет победителем.

– Лучше чем что?

– Чем стихи соперника.

– Лучше по каким показателям?

– Я… Я не знаю. Судить будут зрители, я так полагаю. Рифма, красота языка и метафор, ритм – критерии могут быть разными…

– Извини, Шардон, но ты малость туповат. Неужели ничего так и не понял?

– Нет.

– Неважно, насколько будут хороши твои стихи. Их качество и количество вообще ничего не решает для игровой системы!

– Почему?

– Да потому! Чтобы драться, я не учу названия приемов и не рассказываю противнику, как я буду его убивать. Я оттачиваю навыки владения оружием, повышаю параметры и прокачиваю конкретные атакующие или защитные умения. Иногда для победы даже одного приема хватает, если я владею им в совершенстве и правильно подобрал билд! Теперь понятно?

Шардон задумался и, наконец, ответил:

– Важны не сами стихи, а навыки и параметры поэта?

– Именно! Тебе приходилось когда-нибудь торговать? От чего зависит цена на один и тот же товар у разных продавцов?

– Параметр Харизма. Умения «Красноречие», «Торговля», «Дизайн» – это основные факторы. Еще существенно влияет уровень персональной репутации покупателя с этим персонажем.

– Ну так вот, поэты – это те же торговцы, только «продают» они стихи, а не товар.

– Возможно, что ты прав. В списке моих умений есть «Стихосложение», а также можно получить талант «Чувство ритма», который повышает эффективность ряда навыков, включая составление стихов, песен, танцы и занятие сексом.

– И Харизму подкачать тебе не помешало бы, – добавил бессмертный.

– На кой оно командиру-то? И так уже харя ни в один шлем не влезает! – недовольно пробурчал Угрюмый, но не слишком громко.

– Нет, – решительно заявил Шардон.

– Что «нет»?

– Очки параметров и умений слишком ценны, чтобы тратить их на создание билда, который бесполезен для намеченных мною целей.

– И что же это за цели?

– В ближайшей перспективе я планирую стать герцогом.

– И в чем проблема? Охота, танцы, стихи и секс – этим они и занимаются каждый день, как я понимаю. Ну и иногда орут на тех, кто отвечает за бардак в принадлежащих им владениях. Или просто вешают их. Или сперва орут, а потом вешают. А ты будешь орать на своих наместников в рифму – в чем проблема-то?

– У господина графа нет наместников. Мы у него – министры! – важно надулся Угрюмый, – И не тебе советы раздавать, как его светлости на нас орать надобно.

– Вряд ли Императору понадобится искусство стихосложения, и найдется время на праздные танцы, – покачал головой Шардон.

– Погоди, но ты же только что сказал, что метишь в герцоги?.. Гхм. Ого! А ведь Зеленкин оказался прав – ты действительно очень необычный… персонаж. Это правда, что когда-то ты был простым трактирщиком?

– Да.

– Так вот почему у тебя указан «Торговец» базовым классом?

– Именно.

Их беседу прервал громкий радостный голос, раздавшийся где-то в глубинах библиотеки:

– А вот и мы! Слушай, Шардон, что вы забыли в этом лабиринте? Я думал, мы встретимся в гостинице…

Из-за стеллажей с книгами показался Тактикус, за которым шел незнакомый «непись», а замыкали это шествие Корвин и Рианна.

– Привет, Шардончик! – девушка обняла «непися», – Мы тут узнали, что ты будешь в поэтической дуэли участвовать, и просто не могли пропустить такое событие.

– Ага, никак не могли, – утвердительно кивнул эльф и с подозрением посмотрел на Максимуса, – А ты еще кто такой?

– Телохранитель и союзник. Разве Зеленкин про нас не рассказывал? Я с парой приятелей – будущая дуэльная академка вашего клана.

– Алекс и компания? Помню, был про вас такой разговор. Рад встретиться лично.

– Кто это с вами? – обратил внимание прибывшего с друзьями «непися» Шардон.

– Знакомьтесь. Господин Пумперкилль, личный писарь герцога Шарманьяка. Его доверенное лицо, архивариус и каллиграф. Именно он записывает гениальные творения нашего великого поэта.

– Исключительно под диктовку, – поспешно добавил «непись», – Ну, так где книга, которую я должен скопировать?

Тактикус > Шардон: Мы его якобы наняли для того, чтобы переписать старинную книгу.

Шардон > Тактикус: Но я ведь просил найти информатора?

Тактикус > Шардон: Поверь – лучше него никто не знает о грязных делишках герцога!

Шардон > Тактикус: Мне не нужны его грязные дела. Мне нужны секреты его побед в поэтических поединках.

– Послушай, господин писарь. А твой хозяин действительно так хорош в поэзии? – тут же задал вопрос в лоб Тактикус.

– Он не проиграл еще ни одного поединка! – важно надулся Пумперкилль.

– Наверное, у него есть какой-то секрет? Не может же он настолько быть хорош!

– Просто мой господин – прекрасный поэт. Один из лучших импровизаторов, должен заметить. Да вы и сами посмотрите – вон те два шкафа забиты именно его стихами.

– Ха! Да просто он в противники себе выбирает тех, кто даже к слову «рифма» не может рифму подобрать! – перебила его Рианна, подзадоривая.

– А вы можете? Вот так сходу? – улыбнулся писарь.

– Я? Да запросто! Рифма, рифма, рифма… Рифма – ритма!

– Нет такого слова «ритма».

– Как это нет? Это же «ритм», только в родительном падеже.

– Слово «ритм» не рифмуется со словом «рифма».

– Но… – девушка махнула рукой, поняв, что спорить с «неписем» бессмысленно.

– Вернемся к секретам твоего хозяина. Нам очень интересно знать, как он ухитряется всех побеждать. Что ты хочешь за эту информацию? – вмешался Тактикус.

– Я так понимаю, если вас не устроит названная мной сумма, то на кон встанет моя жизнь? Что ж, не вы первые, не вы последние.