Дакия - Алекс Хай

— Спасибо, — улыбнулся я. — Это очень хорошие новости.

— Вот, поешьте, пожалуйста, — тоном любимой бабушки сказал второй погранец и поставил передо мной еще и термос. — Моя жена готовила. Лучший гуляш в Фокшанах!

Я взглянул на аккуратно разложенную еду в переносном контейнере. Пахло божественно: чем-то пряным, овощным и мясным.

— Только не говорите, что вы решили пожертвовать мне собственный обед, — с укором произнес я.

Погранец лишь отмахнулся.

— Так семья здесь рядом живет, я попрошу — мне еще на пост передадут. А вы, как мне сказали, со вчерашнего дня маковой росинки во рту не держали.

Этот мужик изъяснялся по-русски очень хорошо. Правильно, почти без акцента. Меня даже начали терзать смутные сомнения, что он и вовсе не был дакийцем. Но нрав, судя по всему, имел легкий и добродушный, да и впитал традиции южного гостеприимства.

— Кушайте-кушайте, господин, — подгонял меня пограничник. — Мы еще для вас душ приготовим. Только со сменной одеждой беда. Нет у нас ничего… что вам по статусу.

— Я буду рад любой чистой одежде, — улыбнулся я. — А возможность помыться и вовсе превратит меня в самого счастливого человека на земле.

Добрый погранец улыбнулся.

— Тогда мы вас оставим и вернемся через четверть часа.

Я набросился на еду еще до того, как они вышли. Ел так быстро и жадно, что не сразу прочувствовал вкус блюда. Заботливые мужики даже подогрели контейнер — видимо, подумали, что я совсем непростой гость, раз представительство империи сорвалось ради меня так быстро. А может просто здесь было принято хорошо относиться к гостям…

Покончив с подобием очень густого гуляша, я сделал несколько глотков кофе из термоса с милыми цветочками. Да уж, точно домашней едой поделились. Приятно…

Когда с едой и приведением себя в порядок было покончено, я и правда почувствовал себя гораздо лучше. Попытался связаться с Денисовым — тот, судя по всему, отсыпался. Грасс зачем-то поставила ментальный блок. Может пыталась защититься от вмешательства в голову. С нее станется, она была тем еще параноиком.

Я как раз натягивал великоватые штаны и футболку, когда за мной пришли. На этот раз на пороге появился сам Флорин Василеу.

— Добрый день, Михаил Александрович, — учтиво поприветствовал он. — Вижу, вы освоились.

— Да, приготовился провести здесь несколько дней. Однако, видимо, поторопился.

Майор-юстициар кивнул.

— Полагаю да, — он понизил голос. — Не знаю, кто вы и кто за вами стоит, но я впервые наблюдаю, чтобы сотрудники имперской дипломатической миссии работали так быстро. Вероятно, вы гораздо ценнее, чем стремились показать.

Я не поддался на провокацию и лишь улыбнулся.

— Давайте же вместе выясним, почему они так зашевелились.

Василеу с небольшим конвоем повели меня в “рабочую” часть своего неприступного бастиона. Чем дольше мы шли, тем сильнее я ощущал дежавю — ну точно почти что советская функциональная застройка. Уже отвык в имперском Петрополе, где даже в Отделении на потолках сохранилась лепнина.

Майор-юстициар пропустил меня вперед, и я оказался в той же допросной, где мы разговаривали накануне. Я привычно уселся, демонстративно положил руки на стол, убеждая в отсутствии грязных намерений.

— Посланник прибыл, — шепнул на ухо Василеу один из конвоиров.

Майор-юстициар кивнул и вышел. Видимо, встретить посланника лично.

Я же попытался вспомнить, что читал об имперской дипломатической миссии в Дакии — все же успел немного подготовиться.

Высшей дипломатической миссией было посольство, а в Дакии была миссия второго уровня. Посланник считался дипломатическим агентом 2-го класса, вслед за классом послов, и был наделён всеми правами и привилегиями главы дипломатической миссии. Официально его должность звучала: “Чрезвычайный и Полномочный Посланник”.

Посланник, как представитель постоянных дипломатических миссий за рубежом, был дипломатическим агентом 2-го ранга и состоял в 3 классе по должности. Наравне с послами пользовались титулом «превосходительства», но только из вежливости.

Словом, шишка важная.

В коридоре послышались шаги. Я приосанился, готовясь встречать свою надежду на спасение. Дверь распахнулась, и первым вошел Василеу.

— Михаил Александрович, прибыл Чрезвычайный и Полномочный Посланник в Дакии его превосходительство Николай Иванович Ромодановский-Ладыженский с помощниками, — объявил майор-юстициар.

Следом вошел импозантный мужчина средних лет в строгом костюме, украшенном лишь изящной булавкой для галстука и двумя брошами на лацкане пиджака — гербами Империи и его рода. Сосредоточенный, приятной наружности, посланник больше походил на ученого. А может такой вид ему придавали очки в темной оправе.

— Здравствуйте, Михаил Александрович, — тихим, даже вкрадчивым тоном поприветствовал он и направился, чтобы пожать мне руку.

— Рад знакомству, ваше превосходительство, — учтиво ответил я.

Ромодановский-Ладыженский оглянулся и кивнул помощнику, застывшему на пороге. Тот отстранился и пропустил вперед женщину, которую я бы не забыл ни за что и никогда.

Матильда поцокала на высоченных каблуках и сняла шляпку.

— Здравствуйте, Михаил Александрович.

Я оторопел, не в силах выдавить ни слова. Матильда? Откуда она здесь взялась? Ирина же писала, что они были в Констанце! Да и откуда она могла…

— Не уверена, что мы знакомы, — обворожительно улыбнулась моя бывшая наставница и протянула руку для приветствия. — Баронесса Матильда Карловна фон Штофф.

Глава 15

Матильда улыбалась мне пластмассовой светской улыбкой, и ничто в ее взгляде не показывало, что она меня узнала. Я на автомате пожал ее пальцы и прислушался к ощущениям.

Точно ее фон Благодати — я очень хорошо его помнил. Боевая специализация с кое-какими навыками ментальных практик. Ровное, чистое поле. Но глаза… Баронесса либо виртуозно играла, либо действительно меня не узнала.

— Рад знакомству, ваше благородие, — решил подыграть я. С этими финтами потом разберемся. А сейчас требовалось вынудить поверенного мне помочь.

Последний вошедший явно был секретарем посланника. Нагруженный портфелем, планшетом и телефоном, молодой клерк в костюме держался позади, у самой стены — рядом с одним из конвоиров.

Майор-юстициар жестом велел своему человеку закрыть дверь.

— Господа, я очень признателен вам за спешку, — начал он, но посланник попросил слова изящным жестом.

— Уточните, пожалуйста, речь шла лишь об этой персоне? — спросил Ромодановский-Ладыженский, кивнув в мою сторону. — Насколько мне известно, Михаил Александрович путешествовал не один.

Мне показалось или майор-юстициар всерьез смутился при появлении посланника? Если я ничего не путал, Ромодановский-Ладыженский был едва ли не главой Дакийской дипмиссии. Если так, то впору было засмущаться и мне.

Интересно, это заслуга Матильды? Или она сама не знала, за кем ехала в Фокшаны?

— Все верно, ваше превосходительство, — отчеканил