Блистательный - Алекс Стронг

Неудивительно, что у него натянутые отношения с дочерью.

Я б с таким папашей тоже не слишком жаждал общаться.

Насчет царапин я, конечно, немного слукавил.

Чувствовал я себя…

Не сказать, что прям уж отвратительно, скорее странно.

Голова до сих пор гудела, во рту стоял металлический привкус, перед глазами изредка плыло.

Я взял в руки револьвер и задумчиво его осмотрел.

Проверил барабан — он был пуст — осмотрел дуло.

С виду — пушка и пушка, тысячи их.

Однако я все равно чувствовал, что что-то в нем не так.

Да и странно, что после взрыва на револьвере даже сажи не осталось, не то, что царапин.

Найти бы толкового специалиста по артефактам и показать ствол ему.

Размышления мои прервало хлопанье двери — вернулся Валера с парой пакетов.

Мы разогрели в микроволновке наггетсы, разлили виски и принялись неторопливо ужинать.

Пока Валера рассказывал, как он договорился встретиться со Стасей, я изредка кивал головой.

А потом застыл с вилкой у рта, увидев, как воздух вокруг Валеры светится слабым зеленым цветом.

— …так что в субботу вечером мы договорились в кафе посидеть часок, а потом… Что-то не так? — нахмурился Валера, заметив мой взгляд.

— Нет-нет, все в порядке, — поспешно заверил я его, положив вилку с половинкой наггетса на тарелку. — Просто… Помнишь, я говорил, что вижу свеченье от револьвера? Так вот, ты сейчас тоже светишься. Только зеленым.

— Хм, интересно… — почесал нос Валера. — Так ты вдруг магической синестезией овладел? И это в тот же самый день, как ты телепортироваться научился?

— Это могла быть случайность, — заметил я. — Или Фэй перенес меня вместе с собой и не заметил.

— Вполне возможно, — согласился Валера. — Однако ауры ты видеть можешь. Знаешь, я подозреваю, что здесь совпали разом два события: то, что ты в прошлой жизни… теле… в общем, ты понял, был архимагом, или это у вас называлось — то есть в совершенстве владел несколькими магическими школами — и тот взрыв. Вдруг куча артефактов, одновременно высвободивших энергию, смогли передать тебе чужие силы?

Я призадумался и отхлебнул вискарь.

Теория звучала не слишком убедительно, но другого объяснения у меня все равно не было.

— Знаешь, я читал про колдунов, умеющих забирать чужие способности, — продолжил Валера. — Правда, на время — от нескольких часов, до пары дней. Их называют хамелеонами. Только их на весь мир с десяток человек, не больше. А в России и вовсе ни одного.

— Ну, подождем и посмотрим, смогу ли я читать ауры через недельку, например, — сказал я, пережевывая наггетс. — Надо будет и телепортацию проверить. Только где-нибудь в безлюдном месте, чтобы…

Меня прервал длинный и настойчивый дверной звонок.

— Ждешь кого-нибудь? Курьера там? — спросил я у Валеры, на что он лишь покачал головой.

Взяв под подушкой пистолет, я на цыпочках подкрался к двери и глянул в глазок.

На площадке было пусто.

— Кто? — спросил я.

— Друг, — послышался странный писклявый голос.

— Не припомню, чтобы я сегодня ждал друзей, — ответил я и на всякий случай снял ствол с предохранителя.

— Я по поводу нашего общего знакомого — Оползнева, — сказал незнакомец.

Я выругался сквозь зубы. Проклятье, видимо, кто-то все же смог связать меня с убийством Виктора, Пожарского и прочих его прихвостней.

Вот только кто это мог быть? И почему я никого не вижу? Он невидимка или что?

— Да открой ты уже, я просто поговорить пришел, — кажется, незваный гость начал терять терпение.

Облизнув губы, я открыл дверь и обвел пистолетом площадку.

— Я тут, — послышалось снизу.

Опустив взгляд, я увидел сидящего на полу черного кота, который отчего-то показался мне знакомым.

— Никогда раньше котов не видел? — спросил он.

— Говорящих — еще нет, — покачал головой я, размышляя, не стоит ли, может, послушаться Валеру и сходить-таки к врачу, так, на всякий случай.

— На самом деле, я фамильяр, — зевнул кот и спросил: — Пустишь на пару слов или так и будем на пороге языками чесать?

Я молча посторонился и кот, точнее — фамильяр, важно вошел в квартиру, распушив хвост.

В моем мире фамильярами называли духов-спутников, созданных с помощью какой-либо из стихий. Колдуну в бою мог помогать огненный ворон или каменный волк. Вот только своего разума они не имели и полностью подчинялись воле хозяина. В этом мире, похоже, дела обстоят несколько иначе.

Вместе с котом — про себя я все равно называл его именно так — мы вошли на кухню.

При виде нас Валера воскликнул:

— О, этот котяра за мной от магазина шел. Я его пытался сосиской угостить, но он понюхал и убежал.

— Сам свои сосиски ешь, — скривился кот и запрыгнул на стул между нами. — В них консервантов больше, чем мяса.

— Охренеть, говорящий кот! — разинул рот Валера.

— Я фамильяр, — поправил его тот. — И вообще можете звать меня Салем.

— Погоди-ка, — нахмурился я, припомнив, когда мог его видеть. — А не ты ли тогда на квартире у Виктора был, когда я пришел к нему за помощью в вызове демона?

— Именно, — кивнул Салем. — Именно потому я и здесь.

— Если ты ищешь хозяина — боюсь огорчить, но он мертв, — покачал головой я.

— Во-первых, я в курсе, — фыркнул Салем. — Во-вторых, никакой он мне не хозяин. Его дед вынудил меня подписать договор на крови. Я должен был в течение трехста земных лет работать на их род абсолютно бесплатно. К счастью, я все же смог договориться о разрыве сделке в случае смерти Оползнева, которому я служу, так что кокнув его, ты сделал мне огромное одолжение. В-третьих — вы что, виски пьете? Я бы не отказался.

Я переглянулся с Валерой, а потом достал из посудомойки блюдце и налил в него вискаря. Салем стал на задние лапы, вылакал почти все, а потом уселся обратно, облизнулся и довольно сощурился.

— Гадость, конечно, но все же лучше, чем ничего.

— Ты к нам выпить зашел или по делу? — спросил я.

— По делу, по делу, — заверил Салем. — Из Оползневых демонологи — что из меня британский вислоухий. Я за них всю работу делал, они только плоды пожинали. Я сразу почуял в тебе Аллоканца и предупредил Витюню, что кидать тебя — себе дороже. Не послушался, дурак, вот и поплатился. Ну и скатертью дорога. Так вот — тебе еще демонолог нужен или нет?

— Не откажусь, — хмыкнул я. — Вот только какая тебе выгода мне помогать? Только не говори, что хочешь сделать это по доброте душевной.

— Разумеется, нет, — ответил Салем. — Я просто хочу вернуться домой, раз уж освободился от контракта. А сделать