Ритуал - Алмаз Эрнисов

– Ничего не надо. – Отмахнулся Гарвель поморщившись. – И еще если кому скажешь, то костер тебе не светит. – Зловеще добавил демонолог. Мужик побледнел и мелко-мелко кивая, произнес срывающимся от испуга голосом: – Как скажете ваше освященство.

Хмыкнувший Гарвель проводил взглядом корчмаря, выскочившего из комнаты с такой скоростью, будто от этого зависит его жизнь.

Едва захлопнулась дверь, как в воздухе вновь проявилась коренастая фигурка Хаага, он бережно задвинул засов и повернулся к Гарвелю, преданно пожирая его глазами.

– Сдуйся! – Приказал демонолог, с неодобрением глядя на висящего в воздухе Хаага. Фамильяр послушно начал уменьшаться в размерах, пока вновь не принял свои прежние размеры: чуть больше котенка, да и то две недели некормленого. Гарвель, наблюдавший за этим процессом хмыкнул: – Может тебе еще и перьями обрасти, нимб на голову нацепить. Ах да! Хвост, как я мог забыть. – Стремительно обрастающий красными с металлическим отливом перьями Хааг, остановился, непонимающе глядя на улыбающегося демонолога. Изогнулся, внимательно разглядывая свой мерно раскачивающийся в воздухе хвост.

– Что с хвостом хозяин? – Наконец спросил он, отчаявшись понять ход человеческой мысли.

– Да так, у тех крылатых хвостов нет. – Задумчиво произнес Гарвель. – Или может они их под хламидами прячут? – Добавил он, глядя сквозь парящего в воздухе Хаага.

Хааг смотрел во все глаза, челюсть его в подражание людям отвисла, мало того, что хозяин вдруг начал с ним разговаривать, чего раньше никогда не было, только приказы и все, так он еще и улыбается, а это явление настолько редкое, что так даже и не припомнить, когда он в последний раз искренне улыбался.

– Ладно, Мелочь, лети в город и узнай, что случилось за то время, что меня не было и найди Батора, если сумеешь. – Приказал Гарвель, снимая сапоги.

– Батора забрал инквизитор. – Пропищал Хааг, приготовившись стоически пережить гнев хозяина.

– Я знаю. – Дернул щекой демонолог. – Я теперь вижу твоими глазами и знаю все, что ты знаешь.

Потушив свечи, Хааг скользнул на улицу через окно, он был почти полностью невидим, лишь очень внимательный наблюдатель мог заметить прозрачную фигурку, двигающуюся в потоках воздуха. И такой наблюдатель сейчас провожал юркую фигурку взглядом, затем столь же незаметно двинулся следом.

Глава 14

Тусклое предрассветное небо затянутое сплошной пеленой туч сочилось мелким моросящим дождиком, время от времени перерастающим в настоящий ливень. Редкие и слабые раскаты грома, оглашали окрестности. В освещенной догорающей свечей келье Вальмонт, терзаясь мрачными предчувствиями, разворачивал письмо от совета десяти. Его принесли ночью, доставленное с голубиной почтой. В нем содержался ответ, данный высшими иерархами церкви, на посланное Вальмонтом прошение о вводе войск эклезиархии. Острым перочинным ножом Инквизитор поддел плотно впекшийся в бумагу сургуч, послание с шелестом развернулось. Глаза быстро пробежали по строкам послания. Разочарованный вздох вырвался из груди инквизитора. Святой престол согласен направить лишь малый отряд рыцарей храма под предводительством паладина святой церкви, да и то лишь в случае если сиятельный князь даст вассальную присягу церкви.

В том, что здешний князь, присягнет церкви, Вальмонт сильно сомневался и похоже что церковные иерархи разделяли его сомнения. В конце послания была небольшая приписка, где были указания вывести из города всех правоверных, до проведения ритуала. А затем принять на себя управление городом до приезда нового настоятеля храма Единого, который и примет под руку все эти земли. По всей видимости, второй вариант куда больше устраивал церковь: отстроить город на перекрестке караванных путей куда дешевле, чем восстановить потерю в войсках. А они будут вне зависимости от победителя, а так почти безболезненно можно аннексировать все земли князя под патронаж эклезиархии.

Жуткая мигрень, вызванная перенапряжением терзала Вальмонта, лишая сил. А внутренний голос злорадно подсказывал, что самое худшее еще впереди. Хотя, казалось бы, куда уж хуже – одержимые открыто атакуют храм. Ситуация в городе вышла из-под контроля, что сейчас происходит на улицах – загадка. Вся знать Рановера жаждет его крови, за расправу над культистами, которые, как и предсказывал чернокнижник, оказались наследниками кучи древних и уважаемых родов. Во что выльется вражда с ними, предсказать было сложно, впрочем, в любом случае ничего хорошего. Мысль о том, что тысячи людей погибнут из-за гордыни сиятельного князя и жадности церковных иерархов, выводила из себя.

Стук в дверь оторвал Вальмонта от невеселых мыслей о пакостности бытия. В отворившуюся дверь вошел Гарвель в неизменном сером плаще, капюшон против обыкновения был откинут, открывая миру бледное лицо. Впрочем, при такой погоде подобная одежда была вполне оправданна. Вальмонт с изумлением уставился на вошедшего демонолога, мало того, что окружавшая его аура одержимости исчезла, но даже магической силы в нем не ощущалось. Будто в дверь вошел обычный человек. Более того, пугающий демонический зрачок исчез, и теперь оба глаза отличались лишь цветом: Болотно-зеленый и карий.

– Вижу, внешность ты действительно исправил. – Хмыкнул инквизитор, внимательно изучая демонолога. – Теперь тебя не стыдно и людям показать. – Добавил он насмешливо.

– Вчера у меня был твой коллега. – Сварливо проговорил Гарвель вместо приветствия. Вальмонт напрягся, в мыслях судорожно пронеслись мысли о том, как оправдаться перед советом десяти, если Торкус после подобного общения не выжил.

– И?

– Что и? – Хмыкнул Гарвель.

– Чем все закончилось? – Спросил Вальмонт напряженно.

– Да ничем, поугрожал мне и ушел. – Ответил Гарвель, усаживаясь на стул, не подумав и спросить разрешения у хозяина. Вальмонт поморщился от такой бесцеремонности.

– Где мой щенок? – Спросил демонолог в свою очередь. Вальмонт выдержал пристальный взгляд Гарвеля.

– У магов на изучении. – Ответил он тяжело.

– Тебе что спросить было лень? – Зло спросил Гарвель. – Ты хоть понимаешь, что дал дураку факел и пустил на сеновал. – В голосе демонолога прорезалась издевка.

– Я не рассчитывал, на твое пробуждение. – Пожал плечами Вальмонт, поднимаясь со стула.

– Пойдем, нам с тобой на прием к сиятельному князю, по дороге и обсудим наши разногласия.

Город наполненный сыростью, до краев встретил их мелкой водяной хмарью, висящей в воздухе. Одежда моментально пропиталась влагой, липла к телу. От толпы народа осаждавшей монастырь вчера, осталась лишь небольшая группка невзрачно одетых мужчин. Они спокойно о чем-то переговаривались, не обращая внимания на погоду. Однако взгляд Вальмонта словно зацепился за них. Что-то было не так, смутное