Сад эдельвейсов - Лили Мокашь

Длинные золотые локоны покрывали плечи Виолы, как легкое одеяло, оберегая свою хозяйку от вечерней летней прохлады, что царила в номере, но никак не от суетливой сестры, которая беспардонно принялась тревожить ее сон. Нехотя Виола все же открыла глаза.

– Давай-давай, – потормошила Диана Виолу еще: – Какой это девичник без интересных разговоров?

Виола мельком глянула на своего парня и на Макса, который устроился на полу на ворохе одеял.

– Не припомню, чтобы на девичник звали парней, – ответила она громко, и Макс тут же зашикал на нее. Казалось, они с Артуром были единственными, кто действительно смотрел фильм.

– Ладно-ладно, – она перешла на шепот и высвободилась из удобных объятий Артура. Натянув рукав до кончиков пальцев, Виола принялась тереть глаза, стараясь прогнать остатки сна.

– Так-то лучше, – довольно заулыбалась Диана. – Ты хорошо помнишь жизнь до того, как обратилась?

Виола неоднозначно покачала свободной рукой.

– Не знаю. Нам с Максом было тогда по пятнадцать. Все важное вроде помню, а что?

– Ну а помнишь, какой еда была на вкус, когда ты еще была человеком?

– Ведьмой то есть? – подчеркнуто поправила она сестру и хмыкнула. – Было бы там что запоминать. Еда как еда.

– На вкус она как-то стала отличаться после обращения? – Я решила помочь Диане и задать более меткий вопрос, но Виолетта лишь безразлично пожала плечами.

– Трудно сказать. В нашем ковене придерживались «чистого» образа жизни, – обеими руками она изобразила кавычки на конкретном слове.

– Это как?

– Чистота духа, чистота тела, чистота помыслов, – заученным тоном произнесла она, будто эта фраза крутилась у нее в голове изо дня в день, как пластинка. – Нас учили, что тело – это сосуд. Чем он будет полон, решает только его хозяин. Если ты хотел иметь чистые помыслы для борьбы со злом, которое распространилось по миру из-за твоих далеких пра-пра-пра, то должен был поддерживать и тело.

– Мы то, что мы едим, – нудным тоном произнес Макс, дополняя монолог сестры, и Виола согласно закивала.

– Верно. Ковен жил довольно аскетично. Мы ели в основном простую еду без соли и специй. Конечно, в блюдах иногда встречался лук, петрушка, укроп или чеснок, но что-то вроде копченой паприки или более сложных составных специй уже считалось изыском и чревоугодием, которое отравляло храм души – тело. Не скажу, что мы с Максом до сих пор придерживаемся старых правил строго во всем. Может, если бы до сих пор жили в ковене, то так оно и было бы, но сейчас иногда бывает интересно попробовать что-то новое.

– И чаще всего это новое оказывается полной фигней, – добавил Макс, но Виолетта с ним не согласилась:

– Ну не знаю. Мясо и рыбу намного приятнее и интереснее есть с чем-то, помимо свежего лука и чеснока. Я могу есть курицу теперь хоть всю неделю, если она по-разному приправлена, а вот какие-то простые крупы и гарниры в целом привычнее без новых вкусовых оттенков: слишком перебивают настоящий вкус продуктов.

Она посмотрела на пакетик с чипсами, который Диана держала в руках, и жестом попросила его передать. Недолго думая, Виола открыла пачку и глубоко вдохнула, после чего замычала от наслаждения:

– М-м, – тонкие пальцы поддели самый крупный картофельный слайс. – Как в старые добрые.

Она с наслаждением опустила на язык чипсину и медленно надавила ею на нёбо. Послышался приятный хруст масляной корочки, которая образовалась после обжарки. Подождав мгновение и погрузившись в момент, Виолетта, смакуя, прожевала первый кусок, однако потянуться за добавкой не спешила.

– Фу, – только и сказала Диана, настороженно переводя взгляд с пачки чипсов на сестру. – Да не может это быть вкусно.

Виола удивленно изогнула бровь и развернула пакет открытым концом к Диане, предлагая самой проверить, если не верила сестре. Немного погодя, Диана все же сдалась. Она быстро достала из пакета крошечную чипсину, закинула в рот и шустро принялась пережевывать.

– Да точно, фу-у, – сказала она и высунула язык, давая всем понять, насколько неприятен ей вкус.

Виолетта не стала смеяться, хотя меня позабавила реакция Ди, и я тоже решила попробовать чипсы без специй. Чтобы хорошенько распробовать, я съела поочередно три слайса, но так толком и не разобрала, что могло вызвать у Дианы такую бурную реакцию. Обе подруги терпеливо ждали моего вердикта.

– Не так уж плохо, – я пожала плечами. – Картошка как картошка. Текстура хорошая. Чувствуется, что из настоящей картошки делали, а не формировали кусочки из порошка.

– Как это? – удивилась Диана.

– Ну вот ты когда-нибудь ела чипсы не из пакетика, а из такой длинной тубы? В ней еще всегда все кусочки одинаковые по форме и размеру, а приправа насыпана обильно только по одному краю.

– Ага.

– Вот это и есть спрессованные.

– Ого, не знала, – Диана жестом отказалась брать из протянутого Виолой пакетика добавку. – Я думала, это на производстве какая-то специальная машина вырезает все чипсины одинаковыми.

– Да где бы они взяли столько картошки одного размера? И куда дели бы неподходящие кусочки? Не выбрасывать же.

Диана развела руками.

– Может, они их пускают на изготовление еще чего-нибудь. Не продавать же только чипсы.

– Почему нет? Всегда можно совершенствовать один продукт и хорошо продавать, а не разрываться на множество разных процессов, – начала я спорить.

– Смотрите-ка, в ком-то проснулся юный бизнесмен! – весело проговорила Диана и рассмеялась.

– Девчонки, заканчивайте трепаться, – обиженно забубнил Артур. – Всю завязку сейчас пропустите и ничего потом не поймете к финалу.

– А он как-то отличается в ремейке? – поинтересовалась Виола, но Артур лишь пожал плечами, не зная наверняка.

– Я книгу читала, – решила я добавить.

– Я тоже, – сказала Диана, и Артуру ничего не оставалось, кроме как закатить глаза, принимая грустную правду: только ему и Максу действительно интересно было посмотреть фильм.

Глава 9. Без тебя не было бы меня

Не знаю, в какой момент я уснула, но проснулась одной из первых наутро от женского крика на этаже и принялась осматриваться в номере, вспоминая, как вообще здесь оказалась, и пытаясь осознать, откуда донесся звук. Шум поднял не только меня, но и Виолетту. Я перехватила на себе ее обеспокоенный взгляд. Она поспешила проверить, все ли остались в номере из тех, кто смотрел с нами «Кэрри», тихо шепча себе под нос цифры. Наконец удостоверившись, что все были на своих местах, она аккуратно повернула руку Артура так, чтобы посмотреть на циферблат часов.

– Одиннадцать утра. Хорошо, что уже утро, – с облегчением прошептала она.

– И что это меняет? Кто-то же кричал, я слышала. К тому же завтрак уже закончился.

Виола