Сад эдельвейсов - Лили Мокашь

Дедушка же был рад переменам. Если за радость, конечно, можно принять его виляние хвостом при виде меня и охотные совместные прогулки на поводке по лесу. Он менялся, когда мы с отцом приезжали. Оживал. Жизнь на псарне среди себе подобных плохо на нем отражалась. Большую часть времени он лежал в углу вольера, устроив свою громадную вытянутую морду на лапах, и полусонно смотрел прямо перед собой, не проявляя никакого интереса к происходящему вокруг. И я могла его понять, ведь на территории, по заверениям тех, кто посменно следил за псарней, по большей части было тихо. Слабокровные вампиры обходили территорию Каримовых стороной, предпочитая проникать в город с юга, и мы с Костей предполагали, что все дело в близости к дому Смирновых: нападавшим хватало ума пытаться выиграть больше времени, не идя напролом к первой же линии защиты Ксертони.

Лесную тишину нарушило тихое урчание мотора – издалека стремительно приближалась машина, и звук ее двигателя становился все громче. Вскоре из-за поворота показался знакомый седан, и я взмолилась всем известным богам, чтобы за рулем оказался не Стас.

Но по закону подлости это был, конечно же, он.

Приметив меня, водитель сбросил скорость, и машина вильнула на обочину, а затем остановилась. Стекло у водительского сиденья с мягким жужжанием опустилось, и из-за него показалось лицо Стаса в темных солнцезащитных очках. Я остановилась и посмотрела на него с немым вопросом, как бы интересуясь, почему он не проехал дальше.

– Спа-центр в другой стороне, – не снимая руку с руля, он вытянул вперед один палец, указывая направление.

– Я знаю, спасибо.

Получив от меня короткий ответ, Стас растерялся и после небольшой паузы спросил:

– Подбросить?

Я замотала головой.

– Далеко отсюда до автобусной остановки?

– Она-то тебе зачем?

Я цокнула, удивляясь нелепости вопроса.

– Чтобы сесть на автобус, разумеется.

– И поехать куда?

– В магазин.

– Что, Артур все чипсы и орешки в номерах на этаже уже прикончил?

Я удивилась:

– Откуда ты…

– Диана сказала, что вы ночью все вместе смотрели кино.

– Так она все же проснулась. – Я расстроилась. Нужно было все же побольше ребят потормошить, и тогда мы бы наверняка уже вместе с Дианой на машине съездили за краской для волос и вернулись обратно.

– Ну, «проснулась» – это грубо сказано. У всей семьи сегодня в планах валяться и набираться сил, кроме меня.

– А у тебя сегодня что в планах?

Стас пожал плечами и с какой-то подозрительной улыбкой посмотрел на дорогу.

– Такие же, как у тебя, вероятно.

– О, то есть ты, как и я, собираешься пройти еще километр или два без связи в поисках дурацкой автобусной остановки в глуши, чтобы кое-как добраться до ближайшего супермаркета, убив на это минимум час, купить краску для волос, а затем спасти свою подругу от позора или, наоборот, – сделать еще хуже?

– С момента спасения давай поподробнее.

Я устало вздохнула:

– Даша решила перед выпускным волосы осветлить и превратилась в ярко-желтого цыпленка.

– Оу, – поморщившись отреагировал Стас. – Она решила сама покраситься? Перед выпускным?

– Давай скажем ей спасибо, что покраситься, а не подстричься.

– Спасибо, – он усмехнулся. – Давай запрыгивай.

Стас перегнулся через сиденье и открыл пассажирскую дверь сбоку от себя. Я опрометчиво сделала шаг вперед, понимая, что на машине доберусь в магазин куда быстрее, и в то же время почувствовала сопротивление. Что, если он заведет по пути разговор о нас?

Знание, которое как воздух было мне нужно.

Знание, которое могло меня разрушить вновь или спасти.

– Так ты знаешь, где остановка? – спросила я, не решаясь сесть в машину.

Стас посмотрел на меня, хмурясь из-под очков:

– Нет. Да и зачем мне? – он похлопал по рулю: – Садись уже. Отвезу, куда скажешь.

– Даже просто на остановку?

Стас тяжело вздохнул и вымученным тоном проговорил:

– Сдался тебе этот автобус. Я же могу просто отвезти тебя в супермаркет и привезти обратно.

– Не нужно. До остановки достаточно.

– Не веди себя как ребенок.

– Я и не веду себя как ребенок! – запротестовала я и случайно повысила голос. Спасибо, что хотя бы ногой не топнула: с меня бы сталось.

«Ой ли?»

Ну конечно, Каандор объявился именно сейчас. Темный попутчик вальяжно развалился на капоте седана, подпирая голову одной когтистой лапой. На второй же он с интересом разглядывал острые, как шипы, окончания, словно проверяя, насколько хорошо ему сделали маникюр. Не исключено, что где-то по ту сторону вещественной и осязаемой Ксертони действительно располагался салон, в котором так любил пропадать дух. Это бы объяснило если не все его пропажи, то во всяком случае половину.

– Ты упираешься и элементарно не даешь себе помочь.

Я уже открыла рот, чтобы выдать заготовленный ответ, но Стас потряс в воздухе пальцем, будто хотел пригрозить:

– И не надо опять заводить шарманку про личные границы, самостоятельность и что якобы все всегда решают за тебя!

– Но так и есть!

– Боже, ну почему ты всегда такая? – он указал на всю меня, и я машинально сделала шаг назад. – Подумай о том, что я сейчас пытаюсь помочь не тебе, а Даше. И вероятно, Виолетте, которая ее утешает.

– С чего это ты взял?

– Если бы Виолетта не утирала сейчас слезы Даше, то ее машина бы уже пролетела мимо нас, держа путь за краской, и успела мелькнуть обратно, пока мы с тобой говорим.

Я насупилась, понимая, что Стас прав, но, черт возьми, как же я не хотела садиться в машину. Взяв себя в руки и несколько раз повторив про себя, что делаю это не ради себя, а ради Даши, я обошла автомобиль и села рядом со Стасом. Стоило мне захлопнуть дверь, как машина тронулась.

– Эй! – возмущенно воскликнула я. – Я даже не успела пристегнуться!

Стас отмахнулся от меня, глядя на дорогу и ища, где развернуться.

– Как будто ремень тебе очень нужен. – Довольный, он улыбнулся так, что на щеках проступили знакомые ямочки. – Нет ни одного оборотня, который бы умер в автокатастрофе, а вампира и подавно.

Буравя Стаса взглядом, я демонстративно оттянула посильнее ремень, чтобы он точно увидел, что я намеревалась сделать, и пристегнулась.

– Если ты хочешь, чтобы из супермаркета я вернулась с тобой, пристегнись немедленно.

– Да, госпожа, – с напускной серьезностью ответил он, но вскоре не выдержал и рассмеялся в голос.

Машина вильнула на обочину, и когда Стас наконец выполнил мою