Корпус-3 - Грег Бир

Мы возвращаемся и ждем в «яйце»-транспорте еще час, пока корпус прогреется до приемлемого уровня, затем ведем остальных в носовой отсек. У нас жалкий, потрепанный вид, но глаза горят — у всех, кроме Циноя; у него они такие же розовые и тусклые, как обычно. Но даже «охотник», кажется, рад возможности немного отдохнуть от погони. Нет, не сейчас. Можно перевести дух и подумать о дальнейших планах. Костяной Гребень по-прежнему выглядит сонным. Наверное, он получил удар по голове и до сих пор не восстановился.

— Ты говорил с корпусом, с Управлением Кораблем? — обращается ко мне мой двойник, стоящий рядом.

— Очевидно, — отвечаю я. Мы следим за девочками, которые идут к носовому отсеку рука об руку. Передние панели все еще закрыты.

— Оно не погибло? Оно действительно управляет Кораблем?

— Ты живешь дольше, чем я, и знаешь больше.

— Не совсем. Возможно, все, что мы видели, все, что нам рассказали, — иллюзия. Что, если корпус угасает?

Циной вытягивается во весь рост. Мы уже почти привыкли к тому, что «охотник» рядом; транспорт довольно тесный, а близость укрепляет отношения.

— Мне бы хотелось посмотреть вперед и поразмыслить.

— Зачем? — спрашивает мой двойник.

— Чтобы разобраться в ситуации. Увидеть звезды. Все обдумать.

— Еще пару минут, — говорю я. — Попробуем раздобыть пищу и воду, а затем попросим люки открыться.

— Ладно, — соглашается Циной и клацает зубами. Мы оба подпрыгиваем на месте, но, похоже, это всего лишь сигнал о том, что он хочет посидеть в тишине. — Чуть позже.

Женщина-паук молчит с тех пор, как мы вышли из челнока. Выражения ее лица я не понимаю. Глаза женщины расширены, и она слегка вспотела. Она медленно обходит отсек, словно ждет момента, когда сможет что-нибудь сделать, кем-нибудь стать. Похоже, ее роль нуждается в пересмотре. Я подхожу к ней, за спиной у меня — мой двойник. Мы оба думаем об одном и том же.

— Если управление будет у нас в руках, ты сможешь выяснить, в каком состоянии корпус и Корабль? — спрашивает он.

— Вероятно, — отвечает она, оглядываясь. — Но почему не сработала сигнализация? Почему ты сказал волшебное слово и все стало замечательно? Этого не может быть!

— Да, подозрительно, — говорит мой двойник, и я вынужден согласиться. Нам нельзя расслабляться, но здесь действительно становится уютнее. Возможно, таков замысел — кто-то хочет, чтобы мы утратили бдительность.

— Голос сказал что-то про отключение связи со Штурманской Группой, — говорю я. — Очевидно, контакты между корпусами прерваны. Какая-то борьба за власть, а может, война.

— Хотел бы я знать больше об этом конфликте, — говорит мой дубль.

— Надеюсь, все объяснят девочки, — отвечаю я, и мне стыдно за то, что я перекладываю ответственность на них. С другой стороны, это ведь они отправили меня в путешествие. — Мне кажется, что они могли прийти отсюда… давным-давно.

— Вот это мысль, — говорит Циной и снова щелкает челюстями.

— Почему никто из нас не может общаться с корпусом? — спрашивает женщина, но прежде чем мы успеваем ответить на ее вопрос, проигнорировать или поступить с ним так, как он того заслуживает…

Девочки скользят — почти летят — вдоль перекладин в нашу сторону.

— Нам нужны имена! Нам немедленно нужны имена! — объявляют они высокими, пронзительными голосами. — Подходите за именами!

— Полагаю, рядом мать, — вполголоса произносит мой двойник. — И сейчас нас представят друг другу.