Громче меча 3 - RedDetonator

В обозримом будущем мы планируем кончить «наследничков» клана Яньхой, и пусть это сделает криминальный авторитет Витя Маджонг, а не будущий достопочтенный председатель Вэй Та Ли.

«Да я как Бэтмен!» — улыбнулся я своей мысли. — «Витя Маджонг — это Тёмный рыцарь, герой, которого заслужил этот город, а Вэй Та Ли — это Брюс Уэйн, миллиардер, филантроп, плейбой, председатель квартального совета и просто отличный парень!»

— Я согласен, — дал ответ Зонг. — Мне нравятся эти условия — буду работать.

Судя по скривившемуся на слове «работать» лицу, к работе он имеет стойкую аллергию. Ну, ничего, поправим.

Пацан умный, с этакой уличной смекалкой. В отличие от Маркуса, он, действительно, вырос на улице, но не потерял до конца порядочность. У него даже принципы есть — откровенным криминалом он не занимается, а обчистку карманов и воровство еды с прилавков за криминал не считает. Это тоже поправимо — привьём ему воспитание, в ходе напряжённой работы.

*815-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, площадь генерала Юаня*

— … не-е-е-ет, товарищи! — продолжал я вдохновенно вещать. — Квартал Байшань заслуживает лучшего будущего! Справедливого будущего! Без воров, крадущих ваши честно заработанные деньги! Без бандитов, обирающих вас! Убивающих, насилующих и грабящих честных людей! Дальше терпеть нельзя! Положим конец произволу! Хватит! Я сказал — хватит!!!

Толпа восторженно заголосила. На самом деле, среди горожан находятся специально обученные и хорошо оплаченные заводилы, которые и создают этот восторженный шум, заряжающий толпу.

— Я! Я могу изменить это! — продолжил я, когда шум стих. — Мы! Мы вместе можем изменить это! Вы знаете меня! Мне не нужны деньги — у меня и так их много! Но меня просто доконало смотреть на творящийся беспредел на улицах нашего квартала! Вы готовы строить со мной новое и счастливое будущее⁈

Заводилы оперативно отреагировали и заорали «Да!!!», а остальные зрители присоединились к «всеобщему» ликованию.

Площадь оцеплена городской стражей — пришлось «пожертвовать на благо города» семьдесят золотых лянов, чтобы придать митингу должную серьёзность и статусность.

Инспектор Се очень любит деньги, поэтому организовать такое, за достойную оплату, для него как два пальца обоссать…

— Чтобы подтвердить своё намерение не словом, но делом, я начинаю строительство парка для отдыха, доступного каждому жителю нашего прекрасного квартала! — сделал я громкое заявление. — Участок уже выбран и размечен! Строительство начнётся завтра же — вы сами увидите, как будет строиться этот парк, который финансирую я! Многие из вас даже могут поучаствовать в его строительстве!

Тут, видимо, промашечка — возможно, местные слишком сильно отличаются от моих соотечественников и не любят, когда политики строят парки и зоны отдыха…

Судя по реакции, особого восторга это не вызвало, несмотря на старания заводил. Но и негативной реакции тоже нет — это тоже неплохо. Ничего, поймут, постепенно.

Да и в самом худшем случае, я смогу доказать, что держу слово и отвечаю за всё, что говорю. Люди такое уважают. Но не так сильно, как у нас — у нас стало модно, последние лет десять-двадцать, что можно пиздеть всё, что в голову придёт, а потом все просто забудут и ничего за это не будет. По ебальнику никто за высказанное мнение никогда не настучит, последствия не наступят и эта вседозволенность очень плохо влияет на солидарность общества: как попиздеть — так это все, а как поделать — никто.

Нет, случались эпизоды, когда просто вошёл не в ту дверь, но все последствия — в извиняющемся свитерочке перед камерой сел и слёзно попросил прощения. И всё.

— А теперь пройдёмте к столам, дорогие мои!!! — воззвал я. — Не суетитесь, не толкайтесь — еды хватит на всех!

Стража нужна была ещё и для этого — чтобы участники митинга перешли в западную часть площади организованно, без толкотни и возможных жертв давки.

Я нанял двенадцать винных башен, чтобы обслужить всю эту толпу — еды наготовили так много, что её до сих пор привозят. Жареный рис, жареное мясо, курочка-гриль, пшеничный хлеб, ну и, разумеется, различная алкашка.

На всё это у меня ушло около ста двадцати золотых лянов — даже немножко жалко…

Толпа была разделена на четыре потока, по которым люди, под пристальным надзором стражи, прошли к длиннющим столам, ломящимся от гастрономического изобилия.

Наёмные виночерпии пробили бочки с вином и распечатали амфоры с рисовой водкой — началось бескультурное мероприятие, которое все запомнят очень надолго.

Я сразу же присоединился к народу, потому что я — народный кандидат, хе-хе-хе!

Мы думали об организации развлекательных мероприятий, ну, там, какую-нибудь музыкальную постановку дать, чтоб повеселить народ, но Сара сказала, что сначала лучше хлебом прикормить, а в следующий раз дать хлеба и зрелищ…

Пидарасы, заседающие в квартальном совете, обеспокоены — идёт лишь пятый день моей избирательной кампании, а обо мне говорят не только в квартале Байшань, но и в соседних.

У пидарасов избирательные кампании потупее и попроще, чем у меня. Они договариваются с лидерами общин, нанимают глашатаев, которые рассказывают всем мимокрокодилам о добрых делах кандидатов, ну и теперь начали заказывать пиздец какие дорогие листовки у каллиграфов.

Ещё они пытаются срывать мои листовки, но у Зонга команда из пятидесяти малолетних беспредельщиков, которые запоминают всех недоброжелателей и закладывают их патрульным, а те проводят «разъяснительные беседы» с применением дубинок. Короче, листовки под активной охраной, а все сорванные оперативно заменяются командой Зонга.

Выборы через сорок три дня — в тот день будет трёхдневный праздник, чтобы все смогли прийти и проголосовать за своего кандидата.

Честно нихуя не будет, поэтому я готов — у меня на примете команда юристов, которые будут пристально следить за ходом голосования.

Ну и ещё, ввиду того, что я изначально готовился к нечестным выборам, кое-кто в командах конкурентов уже подкуплен за деньгу немалую и докладывает о предпринимаемых своим начальством действиях.

— Ты неплохо выступил, хоуми, — похлопал меня по плечу Маркус. — Думаю, место мэра у тебя в кармане.

— Посмотрим, как сложится, — улыбнулся я. — Если проиграю, придётся переходить на тёмную сторону Силы.

Это наш план «Б» — если с должностью председателя совета не прокатит, будем подминать под себя неформальную власть, построенную на личном авторитете и грозной силе. Но это ненадёжно и точно не понравится властям.

Пока что, меня терпят — уже ходят смутные слухи, будто имперская администрация обратила на происходящее своё внимание и внимательно наблюдает за