Башня Вемовея. Душеспасательница - Анна Невер

Илья появился строго ко времени. Тоже при параде. Увидев ее, расплылся в восхищенной улыбке:

– Поли, какая ты сегодня красивая!

Полина довольно улыбнулась. Ее Илья всегда говорит правду. И сейчас он действительно восхитился ею, а не выдал дежурную фразу. Все-таки они хорошо друг другу подходят.

И хорошо, что он не курсант, а служащий. Иначе не видать бы им безотчетного выхода за пределы училища.

Городок зажег вечерние огни, когда они сошли с двуколки и поднялись по мраморной лестнице в дом Славиных. Это богатое семейство с завидным постоянством давало балы и не считало приглашенных. Просто на выданье насчитывалось аж пять дочерей, потому их батюшка делал все, что мог, для их пристроя. Полина уже была у них пару раз и знала, что милой улыбки и кивка из дальнего угла залы хозяевам достаточно. Тех больше интересовали незанятые кавалеры. Вот их они бдительно высматривали. Илья как всегда принес ей бокал игристого вина и розетку с виноградной кистью.

Сегодня они так и не смогли полностью влиться в компанию вэйскадровцев, которые звали их к себе. Лишь послушали, как Елисей виртуозно играл на гитаре, исполняя романс.

Полина старалась избегать танцев. Но Илья все же вытянул ее под конец бала. Они кружили по залу, и мужчины снова то и дело касались ее взглядами. Благо их эмоций Полина не слышала. Это только с лишаком защита сбоила.

– Ах, какая у вас прекрасная невеста, молодой человек! – старичок Невеселов подмигнул.

– Смотри в оба, Илья Терентьевич, а то уведут невесту, – приветственно отсалютовал Роман Сомов, командир третьей вэйскадры.

– Мои восхищения вашей наипрекраснейшей партнерше. Может, вы удостоите меня танцем, богиня? – усатый мужичок, которого некогда ей представили, но имя которого она напрочь забыла.

Полина всем вежливо улыбалась, пока не почувствовала взгляд. Обернувшись, она увидела молодого мужчину, стоящего чуть в стороне от веселящейся толпы, и сердце на миг обеспокоенно екнуло. Настолько жадным и пристальным ей показался взгляд незнакомца. Аристократично стройный, даже гибкий. Длинные волосы скреплены на затылке. Голубая радужка глаз настолько светла, что глаза казались лишены ее вовсе.

– Кто он? – прошептала она Илье, указывая на мужчину.

– Впервые его вижу, Поли.

– Давай уйдем отсюда, – попросила она.

На улице свежий ветерок заиграл подолом платья. Илья накрыл плечи девушки своим парадным белым мундиром и махнул ямщику. Крытая повозка домчала их до служебного портала – небольшое здание у лодочной станции. Переход работал в двух направлениях. Из городка в училище, что находилось на вершине отвесной скалы, и из училища в Ласточкино, а именно на его набережную.

Пара не торопилась возвращаться. Вода в заливе тихо плескалась. Ряд лодок мерно раскачивался.

– Пройдемся по пирсу? – предложил Илья, и они неторопливо зашагали по мосткам, держась за руки. Дар считывал мягкое сияние его чувств к ней. Полина улыбнулась. Он такой хороший, ее Илья. Конечно, их взаимному чувству очень далеко до родительских, но ведь такая крепкая и сильная любовь, как у мамы с папой, – это скорее исключение. А Илья добрый, милый и хорош собой.

– Тебе понравился вечер, Поли?

– Да, он просто замечательный, – другого она не могла сказать.

– Мне тоже. И весь вечер я мечтал поцеловать тебя. Ты позволишь?..

В сумраке Илья притянул ее к себе и наконец-то поцеловал. Приятное тепло разлилось по телу. Полина зажмурилась, стараясь предаться ощущениям на полную силу. Но воздух чуть треснул, и поцелуй оборвало облако говора, появившееся туманной дымкой над их головами.

– Командир, ты где?! Твой подопечный лишак в лазарете. Кажется, он при смерти.

* * *

Полина и сама не поняла, зачем увязалась за Ильей, лекарни она обычно избегала. Все потому, что в те времена, когда еще не умела ставить щит от эмоций, фон боли, страданий, а порой безысходности слишком ее давил. В лазарете училища, казалось, сам воздух был пропитан дезинфицирующим раствором. Бондарь, который и выслал говор, подозвал их к койке.

– А где?.. – Илья с мрачным видом оглядел пустую смятую постель и кучу использованных бинтов со следами крови на тумбочке.

Полина тоже предположила худшее, однако Яша пожал плечами:

– Вон у милой помощницы лекаря спроси. Она стояла грудью, чтобы не выпустить этого обалдуя.

Грудь у девушки на самом деле была впечатляющая и вполне могла остановить мужчину на скаку.

Илья воспринял совет всерьез.

– Это неслыханное безрассудство! Что я скажу лекарю Аркадию Гордеевичу? – причитала девица в голубом лекарском халате. – Как только очнулся после восстановительной процедуры, снял с себя бинты и сбежал. А ведь сам еще шатается. Бедненький. Травмы восьмой тяжести – это не шутки.

Илья хмыкнул:

– Безрассудство – это нормальное состояние Ранева. Благодарю за сведения, как вас по батюшке?

– Раиса Кузьминична.

Илья повторил благодарность, после повернулся к Бондарю:

– И кто его, ты знаешь?

– Заблицкий-старший. Патрульный Семен сказал, что видел, как он его вэй-градом засыпал и кулаками высшей категории. Мол, Ранев его младшего брата чем-то задел.

– Идиот. Мог ведь реально убить. И ведь снова с рук сойдет.

Они направились к выходу, когда их окликнула помощница лекаря:

– Если увидите Вема, убедите его, пожалуйста, вернуться в лазарет.

Сокращенное имя лишака она произнесла как-то хищно. Неужели понравился? Полина приспустила заслон и просмотрела девушку. Действительно, зародившаяся симпатия присутствовала с потерянным вектором. Неужели, когда бинтовала, прониклась. Но да это не ее дело. Одно хорошо, умирать сегодня никто не собирается.

* * *

На следующий день в кабинет душеспасательства явился Григорий Заблицкий. С видом оскорбленного благородства курсант старшего курса уселся в мягкое кресло, закинув ногу на ногу. Получается, Заблицкий попал в список «сложных», раз оказался здесь. Сопровождающий его высокий худощавый усач из отдела вэй-безопасности передал папку.

– Уважаемый Антон Серафимович, нужна бумага от вас для процедуры разбирательства на совете. Как обычно расспросите и проставите галочки.

Душеспасатель просмотрел список и начал:

– Почему вы вчера поссорились с Вемовеем Раневым?

– Он оскорбил мою семью и моего брата! – гордый ответ.

– Вы знали, что он лишак, но применяли приемы боя высшего порядка?

– Понятия не имел. Немного не рассчитал силу.

А это ложь.

– Вы раскаиваетесь в своем поведении?

– Конечно, – ответ с усмешкой.

Полина наблюдала за парнем и мысленно морщила нос. Таких высокомерных без царя в голове типов надо еще поискать. А ведь многим девочкам такие нравятся. А потом маются с ними, дурехи.

– Я вынужден буду поставить под сомнения правдивость ваших ответов, – меж тем закончил опрос ее патрон.

– Ставьте, что хотите, – фыркнул Григорий. –