Влияние - Дуглас Престон

Единственное, что могло его спасти, — это восемь тысяч долларов, которые должны были ему выплатить в качестве выходного пособия и отпускных.

Он налил себе кофе с большим количеством сливок и сахара и сделал несколько глотков Он еще не смотрел радиолокационные изображения, но сильно сомневался, что увидит там что-то интересное, поскольку разрешающая способность радара составляла тридцать ярдов в отличие от снимков, где она равнялась одному. Но по крайней мере их было меньше.

Он заставил себя вернуться к компьютеру и открыл радиолокационные изображения. Это были обработанные компьютером длинные вертикальные разрезы поверхности Деймоса, с проникновением в глубину ярдов на сто. Изображения представляли собой длинные, как ленты, черные полосы с поверхностными и подповерхностными телами, выделенными красным и оранжевым.

Он почти сразу же заметил нечто странное. Под кратером Вольтер был некий плотный симметричный сгусток, оттененный оранжевым. Прищурившись, Корсо попытался разобрать, что это такое. Он откинулся назад: ну разумеется, всего лишь метеоритное тело, которое и образовало кратер. Ничего загадочного. Скорее всего ученые НЛРД уже исследовали его и пришли к какому-то выводу.

Тем не менее он открыл визуальное изображение Вольтера, чтобы вновь его рассмотреть. Это был самый глубокий и свежий кратер на Деймосе — настолько глубокий, что дно его было частично затенено.

Подавшись вперед, он пытался все как следует разглядеть: в затененной части что-то было.

При помощи установленной на диске фирменной программы повышения качества изображения Корсо попытался «вытащить» объект из тени. Он увеличил контрастность, сделал картинку псевдоцветной, усилил кромки и выжал из каждого пикселя максимум визуальной информации. Корсо проделывал подобные вещи на протяжении года и точно знал, как «оживить» изображение, при условии, что оно было реальным, а не компьютерным «глюком». Этот непростой и тонкий процесс занял около часа. Любопытство постепенно сменялось удивлением, изумлением и, в конце концов, ошеломлением. Потому что увиденное им в тени кратера под названием Вольтер было не естественного происхождения. Не оставалось никаких сомнений, что это некий электронный артефакт.

Какая-то конструкция, искусственный объект, машина.

Тяжело дыша, он встал, подошел к окну и, опершись о подоконник, сунул голову под вялую прохладную струю из кондиционера, жадно хватая ее ртом и одновременно пытаясь отдышаться. Солнце близилось к закату, подсвечивая бронзовым светом унылую картину перекрестка с убогими пальмами на фоне автомобилей, светофоров, электропроводов и безвкусных вывесок.

Машина. Инопланетное устройство.

Неожиданно к Марку Корсо вернулось спокойствие. Удивительное спокойствие. Все это значительно перевешивало его мелкие личные неприятности. Он вспомнил, что двигало им, когда он решил заняться наукой. Именно так он себе это и представлял.

Теперь, оказавшись без работы, он имел достаточно времени все обдумать и решить, что делать. Данные под грифом секретности оказались у него, и это являлось уголовным преступлением. Значит, он не мог просто так заявить о своем открытии. Если он обратится с этим в НЛРД, они наверняка найдут способ лишить его всяческих заслуг, а то и в тюрьму упрячут. Стало быть, следует действовать осмотрительно, не спеша все обдумав. Для принятия правильного решения ему нужны покой, место и время. Следующий шаг может стать определяющим не только для его будущего, но и для будущего всей планеты.

Глубоко вдохнув, он встал и принялся собирать вещи для переезда в Бруклин.