Кодекс чести - Евгений Гаркушев

– С удовольствием посмотрю какой-нибудь спектакль, – ответила девушка, накидывая просторный шелковый халат изумрудного цвета на ночную рубашку. – А днем мы могли бы посидеть дома, поговорить. Я, честно говоря, устала. Хочется просто полениться – поваляться в постели, посидеть у камина, посмотреть телевизор… Сколько у тебя каналов?

– Сорок четыре.

– Неплохо. Я думала, меньше.

– Нет, у нас цензуры нет, а связь и телевещание развиты хорошо. Стало быть, я заказываю билеты?

Я снял трубку стационарного телефонного аппарата, но гудка не услышал. Телефон был отключен.

Что ж, редко, но бывает. Можно подождать, можно заказать билеты по мобильному. Я решил не экономить деньги и позвонить в театр сейчас – чтобы не забыть и чтобы билеты остались. Сходил за мобильником и обнаружил, что он не ловит сеть.

Не скажу, что я испугался или даже насторожился. Почувствовал легкое раздражение, не более того. Возможно, произошла авария на электрической подстанции, и ретранслятор сотовой сети остался без питания, так же, как и телефонная станция. Хотя и там, и там в случае неисправности электросети должны создавать напряжение резервные источники питания. Я включил телевизор, чтобы послушать новости. Вместо картинки по экрану бежала рябь. Звук заглушало дикое шипение.

Перебрав несколько каналов, я обнаружил, что сигнала нет ни на одном из них. Нереально! Электричество не отключили – значит общего развала электросистемы нет. Но разные телевизионные станции вещают из разных районов города, и все передатчики одновременно отключиться не могут! Значит, причина – не в отсутствии электричества. А, например, в том, что кто-то включил генератор помех.

Я подошел к окну сбоку и выглянул, приоткрыв штору. В саду возились чужие люди. Два человека копошились около входной двери, пытаясь открыть замок отмычками, еще один занял позицию на крыше гаража. В руках он держал нечто, подозрительно напоминающее короткоствольную винтовку или обрез охотничьего ружья. Перед воротами ворчал небольшой грузовичок – в таких часто возят хлеб и другие продукты для маленьких магазинов.

Дженни, заметив мой интерес к происходящему на улице, сделала шаг к окну.

– На пол! – приказал я, когда увидел, что она вступила в пятно солнечного света, падающего через стекло, – снаружи ее стало отлично видно. – Быстро на пол!

И, поскольку Гвиневера не торопилась выполнить мой приказ – скорее всего она просто не поняла, что я от нее хочу, – пришлось броситься к ней, сбить с ног и прижать к теплому паркету.

– Эй! – негодующе воскликнула Дженни откуда-то снизу. – Тебе не кажется, что это чересчур?

– Во дворе подозрительные люди. С огнестрельным оружием, – объяснил я. – Связь не работает.

Девушка испуганно пискнула.

– Мы в осаде?

– Вроде того.

– Они будут выбивать дверь и пытаться убить нас? Или тебя? Или меня?

– Нас или меня, – через силу улыбнулся я. – Потому что тебя я в обиду не дам. Не бойся.

Время подходило к девяти. С минуты на минуту придет Нина – и окажется лицом к лицу с вооруженными бандитами. Они могут использовать ее в качестве заложницы. Если мой человек будет у них в руках, я буду вынужден пойти им навстречу. Во всяком случае, выйти из дома, чтобы отбить свою домработницу…

Джении тихо спросила:

– Что ты намереваешься предпринять?

– Вызвать полицию не получится. Все каналы связи блокированы. Они привезли с собой «глушилку» – генератор помех. Соседи рано или поздно сообразят, в чем дело, и кто-то придет на помощь. Значит, они будут действовать быстро. Постараются ворваться в дом и…

– Чего они от тебя хотят?

– Скорее всего убить. Зачем еще врываться в дом гражданина с огнестрельным оружием? Вряд ли для того, чтобы мирно побеседовать. Поговорить мы могли и просто так – и лично, и по телефону.

Но чем я не угодил неизвестным бандитам? Месть за прошлое? Маловероятно. В таких случаях не проводят «войсковых операций» с «глушилками» и привлечением нескольких стрелков. Просто поджидают человека на темной аллее – пусть и с обрезом охотничьего ружья. Выходит, то, что они задумали, нужно сделать срочно. Ждать времени нет. Или они хотят продемонстрировать свою силу…

Что замечательного происходило в последние дни? В политической жизни страны, со мной лично? Выборы пройдут только через полгода, и я, хоть и намеревался баллотироваться в Думу, об этом даже не заявлял. Никаких крупных подрядов земство не заключало, так что конкурентная борьба исключается. Да и не станут наши капиталисты, даже самые отъявленные бандиты, стрелять в людей из-за того, чтобы заполучить хороший контракт. Стало быть, причина в Гвиневере. Только она нарушила привычный уклад жизни. Только с ее появлением за моим домом началась слежка, произошли какие-то странные стычки, покушения… А чем им не угодила Дженни?

Политика, политика. Я скрипнул зубами, удивляясь своей недальновидности. Отец Дженни, хоть и не сенатор – проиграл выборы в прошлом году, – видный представитель демократической партии Соединенных Штатов. Если с его дочкой что-то случится в России – кому это будет выгодно? В любом случае на пользу нашей стране это наверняка не пойдет. Как ни крути, Америка – один из главных партнеров России. Партнеров и в то же время конкурентов. Сейчас, когда отношения между странами потеплели, кому-то не терпится их испортить. Охотятся за девушкой, а не за мной. Охотятся враги нашего государства!

Внизу под дверью усилилась возня. Ее пытались сломать, но сделать это не так просто – я позаботился о безопасности своего жилища. Входную дверь можно только взорвать. И почему я так уверен, что они этого не сделают? Действовать нужно срочно!

– Дай мне какое-нибудь оружие, – попросила Дженни. Глаза ее вдруг стали такими печальными, будто она поняла всё вместе со мной. – Никита, я не хочу умирать!

– Не бойся, маленькая. Я не дам тебя в обиду.

Поднявшись на ноги, я скользнул в спальню. Мою тень кто-то увидел – грохнул выстрел, посыпались осколки стекла. Дженни пронзительно завизжала.

В спальне я полез под кровать. Если девушка наблюдает за мной со стороны, может совсем испугаться. За несколько дней она могла забыть, что у меня там хранится.

Я выдвинул стальной ящик, достал автоматическую винтовку Калашникова, поспешно вставил снаряженный магазин, снял винтовку с предохранителя и передернул затвор. Помимо винтовки и магазинов, в оружейном ящике лежала моя армейская шашка и два боевых десантных ножа. Один я сунул за ремень, другой бросил Дженни. Кожаные ножны глухо стукнули о паркет. Девушка решительно схватила нож – но в глазах у нее был ужас. За пояс я засунул еще один магазин. Больше мне вряд ли понадобится.

– Ты собираешься стрелять?

Ответить я не успел – страшный грохот оглушил нас. Нападающие взорвали входную дверь. Хорошо, что у них не хватило взрывчатки на целый дом. Или кто-то из нас нужен им живым? Например, Дженни? И они хотят не убить ее, а взять в заложницы?