Тропа - Ал Коруд

Чую, сегодня вечером меня встретят в каюте чем-то тяжелым по голове. Хоть переезжай! Затем мысли невольно переключились на яркие утренние образы, и я совсем потерялся. Чертова физиология! Умом понимаю, но нутро рвется к ней. А ведь мы точно прилажены друг к другу, как две части одного механизма. Даже дуемся одновременно

— Ты ешь давай, — сидевший рядом Синебрад по-дружески налил мне кавы. — Сразу с заутрени правило у нас.

Я проглотил кашу с мясом, даже не ощущая вкуса, затем положил на большой кус хлеба сыр и потянулся за кофейником. Кофе был на редкость вкусным и насыщенным. Это же сколько эти ребята могут добыть всего в походах, что тратят немалые деньги на питание экипажа?

Синебрад, глядя на мою отрешенность, тихо посоветовал:

— После обедни будем осоковую протоку проходить, там водные цветы густо растут. Собери их сеткой за казенкой. Девы страсть как цветы любят.

Я удивленно уставился на товарища и кивнул. К дьяволу воздержанность и отрешенность! Похоже, что и Миле я глянулся. Тогда чего в самом деле рядить?

Правило, или на моем языке учение-тренировка состояло в отработке различных видов вражеского нападения. С носа, с кормы или борта, со струга, учана или торгового паузка. Пары и тройки действовали различно: сами по себе или в связке. Народ собрался в команде зело опытный. Потому повторили действия по одному разу. Никто не дергался, не тупил, каждый воин знал свой маневр. Я пока находился возле Рено, отдававшего команды, в виде резерва. Как тот коротко объяснил: моя задача замечать возможность прорыва, палить самому или подавать команду остальным. Пока же я старался замечать, кто что и как делает, и слушать пояснения командира.

Снайперы уже выверили все удобные для стрельбы точки нашего крейсера, потому далеко не бегали. Я сегодня смог подробно рассмотреть их винтовки и удивился. Больно уж смахивали они на наши СВТ второй мировой. Магазин на десять патронов, у каждого бойца на груди в специальных гнездах размещено еще десяток таких. Считай, сотня патронов на брата. Что для опытного стрелка более чем достаточно.

Основная команда разбивалась чаще всего на две тройки, действовавших в разных местах крейсера с различной тактикой. И, судя по всему, она была выработана прошлым боевым опытом. Вспоминая действия караульной команды, в коей состояли обычные матросы, абордажники в военном деле были на пару голов их выше. Настоящие головорезы! Только вот зачем я им нужен?

На вахту вышел после обеда. Кок расстарался, мясная похлебка из дичи получилась выше всяких похвал. «Мишлен» со звездами отдыхает! К ней прилагался салат из маринованных и свежих овощей. Какие-то мне были знакомы на вкус, другие нет. Мы хорошо набегались, потому умяли все, что было выставлено на стол, за милую душу. Милу то как раз я и не видел, раздавала тетка Вариха и поглядывала на меня сегодня излишне пристально. Милораду я заметил потом уже с мостика на маленькой кормовой площадке, она чистила груду овощей на ужин. Все в этот день знатно трудились.

Кроме меня и Слободана в рубке внезапно оказались Ерофей и Вениамин. Кормчий наш вчера малость перебрал с гостями, и его отправили отдохнуть. С одной стороны — явное нарушение дисциплины. Но с другой, означает, что высокой степени опасности пока нет. Или все так с ней свыклись, что на нее плевать. Я же, пользуясь моментом, начал выспрашивать инженеров насчет самого животрепещущего для меня в нынешней ситуации вопроса. Как у них дела складываются на «женском» фронте.

Мужики поначалу малость офигели от моей борзости, но быстро смекнули в чем проблема.

— Слава, в этом мире женки совсем иные. Забудь про страхи из твоего цивилизованного прошлого. Во-первых, основная масса населения Беловодья из миров Русланда, то есть варяжско-русских северян. А женщины в тамошнем обществе всегда занимали почетное место. Имели большие права, в том числе и на имущество. Так что тут и развод разрешен, но не приветствуется. Ославят тебя местные женки. И опять же, никакого мозгоклюйства или Домостроя. Девы понимают, что живут в довльно опасном мире и мужчин своих оберегают, по хозяйству усердны, но и от тебя ожидают внимания и ласки.

Я был несколько огорошен полученными известиями и некоторое время помалкивал. То-то Мила так своенравна! Они все тут такие!

— Протока, Слава, действуй!

Вениамин, не скрывал ехидства. Все уже были в курсе, чего я так нетерпеливо дожидался. Тут же метнулся на кормовую площадку, называемую «казенкой», где дежурный караульный уже протягивал мне сетку на длинном шесте. Ею обычно пользовались при ловле рыбы. Чем, собственно, и были заняты стоявшие на кормовой площадке караульные.

С западной стороны протоки потянулась лесополоса с высокими деревьями, дававшими густую тень. В воде появились водоросли, лилии и кувшинки. Вот какие цветы имел в виду Синебрад! Поначалу у меня не получалось ничего зацеплять. Крейсер шел слишком ходко. Но понемногу я приноровился ловить оторванные бурунами кувшинки на самой корме. В последний рывок в сетке внезапно оказались две здоровенные рыбины. От неожиданности чуть не упустил.

— Бросай сюда. Нерля, хорошая рыбка. Неси сразу в поварню. Пусть засолят.

Пока я рассматривал прыгающую по палубе рыбину, караульные подали заострённый прут. Собрал цветы в охапку, взял прут с нанизанным на нее уловом и двинул в поварню, куда вела отдельная дверь.

Встретила меня в камбузе сама Варена, помощница Мирояра, и домохозяйка лодьи. Что-то вроде нашего завхоза. Сначала она разглядела мою физиономию и скуксилась, затем обратила внимание на цветы и сразу расцвела.

— Долго же ты думал, ухажер! Рыбу клади сюда и бери нож.

— Это еще зачем?

Повариха нарочито глубоко вздохнула.

— Вот молодцы пошли. Ни в любовных утехах не соображают, ни даже цветы нарезать красиво не могут.

Варена начала ловко отрезать длинные стебли и лишнюю растительность с местного подобия кувшинок, затем сделал связку. Вскоре у меня в руках был увесистый букет.

Я растерянно пробормотал:

— Благодарствую.

— Держив кувшин! Воду сам найдешь? — повариха отвернулась и полоснула по рыбине. — Удачно ты поудил, рыба с икрой. Потом вас обоих угощу. Да что ты стоишь, Мила в поварне сейчас, шевелись, дурень!

После вахты и ужина я нашел укромный уголок на палубе, чтобы почистить оружие, предвкушая вечерний разговор с девушкой. Кроме цветов, на столике скромно лежал энергетический батончик, что остался у меня из того мира. Перед этим