Шут - Ник Гернар

Этот вариант показался мне наиболее вероятным. Скорее всего, по той же причине не возникло никаких сложностей с разрешением на допуск. Польская сторона не предполагает моего возвращения на их территорию — по крайней мере, живым.

И все бы ничего, но одна омерзительная мысль так и сверлила изнутри, хотя я старался отмахнуться от нее всеми силами.

Мог ли Ян продать меня, чтобы спасти себя? Заключить договор с Данилевским-старшим, без согласования с правительством провести через рифт, чтобы потом сделать крайним? Обвинить в неподчинении, обмане подчиненных и на законном основании прибить где-нибудь в пустоши? А заодно интерфейсом разжиться.

Консилиум корпораций наверняка будет лояльным к отпрыску влиятельной семьи, в особенности, если он в итоге моими же руками вытащит из Китая Анну с Крестоносцем. Правда, тогда манипуляции с нашивками не очень понятны. С другой стороны, если вдруг у этой гвардии не получится остановить меня, я же никуда не денусь, не сбегу и сам вернусь к Яну, потому что доверяю ему.

От грязи всей этой ситуации мне одновременно захотелось выпить и помыться.

Я был готов принять любой расклад.

Кроме последнего.

К Яну я относился, как к другу. Получить такой удар в спину от того, кому веришь…

Поэтому я решил, что не стану ориентироваться на такую возможность. До тех пор, пока нет прямых доказательств, я даже думать в эту сторону не буду.

Потому что не хочу.

Тем временем мир за окном начал меняться. Рыжая степь по краям бетонки становилась все более разреженной, а воздух — густым и дрожащим, как над раскаленным металлом.

Мы выехали на грунтовую дорогу, твердую, как камень. Воздух за окном поплыл, заструился. Казалось, всё вокруг вот-вот распадется на пиксели. Пейзаж за стеклом дрожал и двоился: на мгновение возникали то призрачные силуэты небоскребов, то какие-то руины вдалеке, то кромка морского побережья. Видения то возникали, то рассыпались, и вокруг снова была лишь выжженная, треснувшая земля под матово-белым, бездушным небом. Бетонка под колесами местами была оплавлена, будто по ней прошелся гигантский паяльник. Машину начало подбрасывать на застывших волнах искривленного асфальта.

Веселье в салоне поутихло. Ребята Гловацкого приумолкли, вглядываясь в дрожащий горизонт. Все, даже самые отмороженные, боялись Пустоши. Гловацкий с заднего сидения скомандовал:

— Прибавь ходу и не сбавляй обороты. Сколько успеем проехать — столько наше. Двигатели здесь быстро дохнут.

Я вжал педаль в пол. Ветер, уже не просто холодный, а ледяной, пронизывающий, завывал в открытых окнах. Стук камешков по стеклу сменился шелестящим скрежетом — это летела не пыль, а мелкая, острая, как стекло, крупа из спрессованного песка.

Я поднял все стекла в машине. Дышать становилось все трудней, голова начинала раскалываться. Парень на переднем сиденье закашлялся, и вскоре следом за ним начали кашлять все, в том числе и я. По телу начало распространяться жжение, как если бы кто-то невидимый кожу жгучим перцем намазывал.

— Это она еще спокойная, — пояснил мне Гловацкий. — А когда буря готовится, тут пяти минут провести нельзя. А уж когда сама буря приходит!

— А как же вольники выживают? — спросил я. — Или их тут нет?

— Только роботы в подземных шахтах, — отозвался Гловацкий. — И те ломаются постоянно…

Тут одна из следовавших за нами машин дернулась, чихнула — и встала. Из-под капота повалил то ли пар, то ли дым.

— Гони, гони! Не оборачивайся! — панибратски хлопнул меня Гловацкий по плечу — так, что в ответ тоже захотелось хлопнуть. Кулаком. Прямо в лживую рожу. — Если смогут — выберутся. Ждать никого не будем, а то все здесь встрянем!

И мы понеслись дальше. Двигатель заревел, будто ему не хватало мощности тянуть нас всех. У Гловацкого носом пошла кровь, лицо покрылось пунцовыми пятнами.

Еще пара километров и вдруг — резкий переход, как ножом отрезало. Мерцание прекратилось. Бетонка закончилась, упершись в старый, потрескавшийся асфальт дороги, ведущей в город. Перед нами, поднимаясь в небо сквозь дымку и чад, выросли башни Шанхая.

Мы добрались до заповедной земли.

Шанхай-призрак был все тот же, каким мне и запомнился. Черные скелеты небоскребов, буйная растительность, захватившая площади и трассы, гирлянды плетущихся лоз, свисающие с полуразрушенных зданий и навеки замерших в тишине эстакад.

В этот момент наш внедорожник задымился и встал, как вкопанный. Все облегченно выдохнули. Тяжело дыша, вывалили наружу, растирая виски.

И вдруг голос электронного помощника в моей голове жизнерадостно сообщил:

Доступ к рифту AAZ-3D1E — Вместилище Духа — завершен. Цивилизация рифта AAZ-3D1E — Вместилище Духа — законсервирована. Консервация инициирована: Императрица

Я не удержался от улыбки.

Неужели наконец-то хорошие новости подвезли?

Потому что, если уж Анна в порядке, хилая и беспомощная, значит, остальные тоже должны быть в порядке.

Молодец, девчонка! И насрать на то, что кто-то там просил не проходить все задания до конца!..

И тут моя улыбка резко растаяла.

Они закрыли рифт. Означает ли это, что прямо сейчас вся компания попытается выйти из него?..

Нет. Нет-нет-нет, стоять, подождите меня!..

А помощник продолжил:

У вас личное сообщение от: Императрица. Прочитать?

— Монгол, ты в порядке?.. — отвлек меня голос Гловацкого.

— Да, дай просто пять минут посидеть, — с фальшивой усталостью в голосе отозвался я, откидываясь на спинку кресла и демонстративно закрывая глаза.

Прочитать ли мне сообщение? Само собой прочитать!!!

Сообщение от: Императрица

Ты живой???

Мысленно я приказал написать ответ:

Живой:) И уже почти вернулся за вами. А ты, значит, уже получила доступ в чат? Вы там все в порядке?

Новое личное сообщение от: Императрица:

Удалено

Новое личное сообщение от: Императрица:

Удалено

Я написал:

Эй, ты там матом, что ли, ругаешься? Подожди немного, скоро сможешь сказать мне все это в лицо

Ответ пришел через полминуты:

У нас все в целом нормально

Какой-то очень обтекаемый ответ. Да еще после двух удаленных вариантов.

Это хорошо. Как тебе удалось так быстро получить доступ в чат? — спросил я.

И Анна ответила:

Для меня это не было «быстро». Я попыталась узнать у системы, существует ли кейс, позволяющий узнать о смерти или жизни игрока, его местонахождении и прочие сведения. Получила информацию о канале связи. Спросила, что мне нужно сделать, чтобы получить эту возможность, и система вывела мне длинный список возможных вариантов. В итоге мы прошли три дополнительных сюжета и закрыли квестовую линию рифта, за что мне и дали доступ.

Я едва удержался, чтобы не присвистнуть.

А что, так можно было? Просто