Дакия - Алекс Хай

Атропа провела меня в самый конец коридора и отперла дверь из красного дерева.

— Прошу, господин.

Я вошел первым, и мне в нос ударил навязчивый запах цветов. Лилии! Черт, как же я их ненавидел. Мало того, что ассоциировались они исключительно с похоронами, так еще и от слишком яркого аромата мгновенно начинала болеть голова.

— Что-то не так, господин? — служанка, следовало отдать ей должное, мгновенно чуяла перемены в настроении гостей.

— Могу я попросить вас вынести эти цветы в коридор?

Атропа понимающе улыбнулась.

— Запах?

— Запах.

— Сию секунду.

— Спасибо.

Пока Атропа возилась с вазой и открывала окна, я осмотрелся. Что ж, снова повезло. Апартаменты вполне себе могли соревноваться с номером в приличном отеле. Антикварная мебель, собственная ванная комната и даже балкон, выходящий в сторону сада.

— Чем еще я могу скрасить ваше пребывание в Русском доме, господин?

Девушка сопроводила вопрос лукавой улыбкой, и мне почудилась некоторая двусмысленность.

— Если вас не затруднит, я бы все же хотел выяснить, где мои вещи, которые должны были доставить вместе с экспрессом. Если поезд уже отбуксировали в Букурешт, то я хочу вернуть свой багаж.

Служанка кивнула.

— Насколько мне известно, пострадавший поезд уже в городе. Я передам управляющему вашу просьбу, и мы постараемся все уладить в кратчайшие сроки. А пока, — она распахнула дверцы платяного шкафа, — могу предложить вам подобрать что-нибудь из дежурного гардероба. Полагаю, здесь найдется одежда вашего размера.

Я удивленно вскинул брови.

— Вы даже одеждой гостей снабжаете?

Атропа слабо пожала плечами.

— В Русском доме гостят разные люди в разных жизненных ситуациях. Как-то нам даже пришлось укрывать семью одного венгерского аристократа, решившего передать важнейшие сведения Империи. Эти милые люди провели в стенах нашего дворца три месяца, ни разу не рискнув выйти — за ними велась настоящая охота, и это было во времена очередного обострения конфликта. И лишь затем Чрезвычайному посланнику удалось безопасно вывезти их в Империю. С тех пор мы стараемся быть готовыми к любому развитию событий.

— Выходит, Русский дом имеет весьма обманчивый вид, — улыбнулся я. — Со стороны он кажется просто изящным дворцом избалованного богатея. Но, вероятно, он способен преподнести много неприятных сюрпризов нежеланным гостям.

— Именно, господин, — улыбнулась в ответ Атропа. — Можете быть уверены: пока вы не покидаете территорию Русского дома, вас никто не посмеет тронуть. Если, конечно, это имеет для вас значение.

Интересно. Что же за система безопасности здесь была установлена и как она работала, если слуги были так уверены в ее надежности?

Поблагодарив за работу и отказавшись от помощи с одеждой, я отпустил служанку. Первым делом залез в душ — не смог устоять перед здоровенной ванной на настоящих позолоченных львиных лапах. Архитекторы и дизайнеры здесь явно тащились от модерна и ар-деко.

Из одежды удалось подобрать подходящие по размеру рубашку и брюки, правда, местная мода явно диктовала носить яркие цвета. Это в Петрополе мужские костюмы укладывались в рамки пятидесяти оттенков серого, а здесь люди любили вырвиглазные расцветки.

— А что, мне даже идет, — усмехнулся я, глядя на свое отражение. Темно-зеленые брюки контрастировали с ярко-фиолетовой рубашкой с вышивкой на воротнике. — Джокер, блин.

Нет, можно мне мой багаж поскорее, а? Хреновый из меня цыган, отдайте мое скучное барахло.

До перекуса еще было время, поэтому я выполз на балкон и принялся искать глазами розарий. Сад оказался больше, чем мне показалось поначалу — за прудом были разбиты еще цветники, белели посыпанные крошкой дорожки, стояли скамейки. Вероятно, в теплое время года там тоже устраивали приемы.

Беседка все так же белела среди кустов, и там все еще кто-то находился. Я несколько раз моргнул — может, показалось? Кому понадобится торчать там так долго? А может Матильда устроила там тайник? Черт его знает. Нужно пробраться туда. Желательно — незаметно.

В дверь постучали.

— Входите!

На пороге возник Денисов — изрядно посвежевший и тоже сменивший потрепанную одежду на шмотки с местным колоритом.

— О, вижу, ты тоже поковырялся в местных шкафах, — усмехнулся он. — Чувствуешь себя придурком?

— Еще как, — ответил я. — Жрать?

— Жрать!

— А Аня?

— Дрыхнет, — отмахнулся товарищ. — Трапезничаем вдвоем.

Перекус оказался полноценным обедом, а кухня, слава небесам, была вполне традиционной. Наевшись блинчиков с джемом и запив все это почти литром кофе, я попытался сбросить накатившую было сонливость. Солнце начинало клониться к горизонту, а у меня не выходила из головы беседка.

“Сможешь меня прикрыть в одном деле?” — обратился я к Денисову, когда мы вышли покурить.

Костя вздрогнул от внезапно установившегося ментального канала и настороженно на меня взглянул.

“В каком деле?”

“Зацепочка появилась. Небольшая, но надо проверить. А для этого придется прогуляться по саду, что за домом. Я подозреваю, здесь следят за каждым нашим шагом, а мне не хочется, чтобы меня спалили”.

“Допустим”, — нахмурился Денисов. — “И что предлагаешь?”

“Дурацкая идея, но ничего другого придумать не могу. Выйдем вместе, начнем мирно гулять. А потом ты прикинешься, что тебе стало плохо. Пока все сбегутся, я аккуратно исчезну. Ненадолго. Пусть те, кто следит за нами, отвлекутся на тебя. А я смогу отвести глаза тем, кто окажется поблизости”.

Костя потушил окурок о край чаши-пепельницы на изящных витых ножках.

“Думаешь, получится? Здесь вроде бы есть артефакты отслеживания Благодати”.

“И что? Высокий ранг не нужен, чтобы отвести глаза. Дело-то в технике”.

Отчего-то Денисов продолжал сомневаться.

“Ну что тебе не нравится?” — не выдержал я.

“Не хочу, чтобы нас вышвырнули отсюда раньше срока, вот что”.

“Не ссы, Костя. Не вышвырнут. К тому же нам не давали запрета на использование Благодати в Русском доме. И даже если пожурят, отбрехаемся. В первый раз что ли?”

Денисов, хотя и не разделял моего оптимизма, в итоге сдался.

“Ладно, черт с тобой. Только, молю, скажи, что эта твоя зацепка хотя бы косвенно связана с нашим делом”.

“Возможно. Потому и проверяю”.

“Потом тебе придется объясниться, ты же это понимаешь?”

“Ага”.

— Ну тогда пойдем погуляем, — Денисов мгновенно оборвал ментальный канал и принялся болтать вслух. — Говорят, там какие-то редкие розы растут. Или гвоздики. Моя служанка что-то говорила о цветах, но я не запомнил. Но что-то очень редкое и красивое…

Мы обошли дом, и я осторожно взял азимут на беседку. Как раз за стеной кипарисов, служивших здесь чем-то вроде внутренних ограждений, начинали виться дорожки. Одна из них тянулась до пруда, но прежде вела к фонтану и скамейкам вокруг него.

“Вот здесь тебе