Гадина - Квинтус Номен

А пока зал бился в аплодисментах, на сцену вышел наверное самый старший ученик хоровой студии, семиклассник по-моему (я специально у этих детей даже не спрашивала, как их зовут: кто его знает, какой мне объем памяти чучелка выделила, а вдруг она внезапно закончится), и он даже в хоре не участвовал, а в оркестре народных инструментов играл на бас-балалайке. Но парнишка был довольно сильным, и вышел он на сцены с самым что ни на есть народным инструментом, только не «русским», для игры на котором требовалась недюжинная сила и хороший музыкальный слух. Простенький инструмент: дощечка на веревочке, и если эту дощечку крутить, за веревочку придерживая, то она начинает гудеть. А вот высота и громкость гудения как раз и определялась тем, как сильно и как быстро ее крутят…

Я решила для простоты устроить зрителям «киноконцерт из будущего» и теперь ребятишки играли музыку из титров «Крокодила Данди». Тоже, между прочим, крайне непростое для исполнения произведение, но я лишь убедилась, что «накладывать новые знания на уже имеющийся бэкграунд» довольно просто, а следить за тем, насколько четко исполнители за музыкой следуют, и вовсе несложно оказалось. Потому что нужно было именно следить, лишь изредка их поправляя — и у меня все это с каждым разом получалось все лучше и лучше. А так как я к ученикам хоровой студии «присоединила» и с дюжину детишек из «детского духового оркестра» (именно два его руководителя мне все время помогали тяжелые инструменты таскать на сцену и обратно в хранилище, и я просто не смогла им в маленькой просьбе отказать), то на концерте удалось исполнить вообще все, что я хотела. То есть и из «Пиратов Карибского моря» музыку, и из фильма «Пипец», и из кучи других. И, конечно, «Игру престолов» не забыла: пятнадцатиминутным симфоническим вариантом этой простенькой музыки концерт и завершился…

То есть первое отделение завершилась: второе я решила все же сделать «классическим». Но, по возможности, веселым — и у меня была уже уверенность, что детки с этим справятся. То есть и они тоже справятся: я все же почти и не устала всей этой бандой управлять, они и сами отыграли на отлично. Разве что иногда мне их пришлось «поправлять», но на это сил у меня почти и не потратилось. Так что, когда Светлана Алексеевна объявила перерыв, я спокойно откинулась на спинку стоящего перед пультом кресла и приготовилась еще чуточку отдохнуть — но что-то меня насторожило. Скорее всего то, что Светлана Алексеевна сказала, что «перерыв будет на пятнадцать минут, просьба не опаздывать, когда начнется трансляция второго отделения, вход в зал будет ограничен»…

Так что я все же встала, подошла к Жильцовой:

— Какая такая трансляция?

— Концерт по второй программе транслируется, а там, сами понимаете, нарушение графика передачи недопустимо.

— Тьфу ты черт, а я думала, что будет запись концерта вестись…

— Да вы не волнуйтесь, запись тоже ведется, Николай Николаевич был уверен, что концерт этот придется несколько раз по телевизору показывать. И не только по второй программе: она-то только на Москву и область, а обделять другие города тут явно не стоит. Я вот послушала и тоже так думаю: людям по всей стране нужно такое показать. Ваши дети ведь так здорово играют!

— Это не мои дети, я тут только потому, что им инструменты свои дала поиграть… ненадолго. А вот когда они себе на инструменты нормальные денег заработают, я им и вовсе не нужна буду.

— Как это — заработают на инструменты? Они что…

— А, понятно, вы же без билета сюда прошли. А на билетах написано, что вся выручка с концерта как раз ни инструменты детям и пойдет. Копейки, конечно, но курочка по зернышку клюет, глядишь, и у хоровой студии инструменты нормальные появятся, а не дрова, на которых им играть приходится. У них в оркестре народных инструментов руководитель очень опытный и за дело болеет, сумел выбить деньги на покупку именно хороших домр — но это все, у профкома просто на то, чтобы всем детям инструменты нормальные приобрести, денег нет. А так хоть что-то…

— Но ведь хорошие инструменты… они очень дорогие?

— Это вы точно подметили. Сбора с нынешнего концерта хорошо если на одну скрипку нормальную хватит… впрочем, я им все же и сама постараюсь помочь.

— У бабушки вашей денег попросите?

— Нет, я просто куплю разные дрова и сама им нормальные скрипки сделаю. Получится и подешевле все же, и получше: я-то скрипки делать умею. Но это дело все же не быстрое…

— А… понятно. Интересно: дети, вы говорите, не ваши, а вы им уже готовы так помочь сильно… уже помогаете. Тогда… извините, я пока отойду, к началу следующего отделения постараюсь не опоздать, но если что — вы сами объявить сможете?

— Конечно, микрофон у меня есть. Но в буфете я вам перекусывать не советую: там, конечно, все очень хорошо готовят, но… дороговато, и вы все равно не наедитесь.

— Что? А… спасибо, но я не в буфет…

Впрочем, мне «подменять» ее не пришлось: через пятнадцать минут концерт продолжился. И я тихонько про себя порадовалась, что со швейным цехом «Мосфильма» так крепко успела подружиться: они всем детишкам успели сшить «правильные» одеяния. То есть что-то вроде фраков мальчишкам и шикарные «принцессины» платья девчонкам. А так как у меня по поводу «веселой классики» своих мыслей пока не возникло (хард-рок — это вообще не про веселье все же), то я воспользовалась «опытом предков» (или «потомков», неважно) — и на пустую сцену во втором отделении дети выходили уже как на концерте Андре Рьё, причем я даже специально выбрала под это дело «Funiculì funiculà» Пеппино Турко и Луиджи Денца. А для полноты картины двух флейтисток «пересадила» на кларнет и саксофон: они как раз оказались очень сильно «разногабаритными» и знаменитая шуточка знаменитого дирижера у них получилось отменно.

Так как на концерте дирижер даже не предполагался, роль «управления артистами» досталась Светлане Алексеевне, и у нее это тоже получалось… естественно. Конечно, она не дирижировала, но вот все эти «шуточки» регулировала великолепно, а так